"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ) - Горелик Елена Валериевна - Страница 520

— Ясно — послали отряд наперехват, да кое-кого прозевали, — недобро усмехнулась Галка. — Далеко они, эти важные люди?

— Близко.

Индеец, настоящее имя которого ни один член команды не мог даже выговорить, умел считать только до десяти. Потому вперед выдвинулись два француза с «Экюеля». И тут же вернулись.

— Две сотни шагов! — тихо чертыхнулся один. — И солдаты впереди. Человек полтораста, из них два десятка конных.

— Где они там? — прорычал Жером, оборачиваясь к монастырю на вершине и не замечая условленного сигнала. — Черт, не успеют ведь дорогу перекрыть!

«Одна баба и сорок разбойников против этих ста пятидесяти моджахедов, — насмешливо подумала Галка. — Негусто, но шанс есть».

— Придется нам самим управляться, без Пьера. — В Галкиных глазах промелькнула вредная искорка — верный признак, что ее посетила какая-нибудь сумасшедшая идея. — Так, братва, быстро — пока доны еще вне поля зрения — засели в кустах с ружьями на изготовку. Без моего приказа не высовываться и не стрелять.

Приказ капитана в боевой обстановке не обсуждается, таков закон. Что на корабле, что на суше. Пираты молча заняли позицию по обе стороны наезженной грунтовой колеи. А Галка, прихорошившись, вышла на дорогу.

Надо полагать, испанцы меньше всего на свете ожидали узреть такую картину. Дорога, тропический лес. Птицы орут. Откуда-то с побережья доносятся звуки боя — не иначе основной отряд доблестно сражается с этими грязными псами. А посреди дороги, уперев руки в бока, стоит темноволосая улыбчивая дама в мужской одежде и при оружии. Росточка небольшого. Цвет глаз не разобрать, но приметы сходятся, черт бы побрал эту пиратку!.. Четверо конных офицеров схватились за рукояти пистолетов.

— Сеньоры. — Дама, заметив это, улыбнулась, самым учтивым образом поклонилась и заговорила на довольно-таки плохом испанском. — Позвольте представиться: Алина Спарроу, вице-адмирал Антильской эскадры, службы его величества короля Франции. Прошу извинить меня за столь бесцеремонное нарушение ваших планов, однако должна сообщить неприятную новость: вам придется возвращаться в город.

— Дон Альваро де Баррио-и-Баллестерос, алькальд Картахены. — Вперед, отодвинув четверых офицеров, выехал седой полноватый сеньор в сопровождении некоего типа с внешностью настолько невыразительной, что Галка даже затруднилась определить его национальную принадлежность. Радости от общения с дамой-пираткой алькальд не испытывал никакой, это было видно невооруженным глазом. — Донья Алина, раз уж вы представляете здесь французский флот, довожу до вашего сведения, что Франция не находится в состоянии войны с Испанией. И нападение королевского флота на испанский город следует расценивать как пиратский рейд.

— Боюсь, сеньор, вас ввели в заблуждение, — еще более учтиво проговорила женщина. — Франция воюет с Голландией, а Испания, как вам известно, является союзником этой страны. Так что увы, вынуждена отклонить ваши обвинения в пиратстве.

— Однако ваши прошлые рейды, сеньора…

— …не имеют к нынешней военной операции никакого отношения, ибо я тогда не находилась на официальной службе. — Дама перестала улыбаться. — Итак, дон Альваро, вы ведь уже поняли, что я не от скуки пришла с вами поболтать. И что вы все под прицелом, в то время как ваши солдаты даже не видят, где сидят мои. Придется возвращаться, ничего не поделаешь.

— Сеньора, вы понимаете, каковы могут быть последствия, если я отдам приказ стрелять? — поинтересовался алькальд.

— Надеюсь, и вы тоже понимаете, каковы могут быть последствия, если столь опрометчивый приказ будет вами отдан, — вежливо ответила женщина. — Лично я терпеть не могу бессмысленного кровопролития.

Борьбу, происходившую в душе алькальда, было видно невооруженным глазом. С одной стороны, ему страстно хотелось поставить точку в жизни этой пиратки, уже три года досаждавшей подданным испанского короля. С другой — он прекрасно понимал, что если и успеет отдать приказ стрелять, то результата скорее всего не увидит.

— Дон Альваро, я мог бы…

— Оставь, Мартиньо. — Алькальд искоса взглянул на своего сопровождающего, уже запустившего руку в карман. — Это пираты. Они не простят нам даже случайного выстрела.

Еще один взгляд в сторону этой дамы. Ее спокойствие и уверенность… Неужели можно так правдиво блефовать? Женщины — прирожденные притворщицы, но лишь в том, что касается ухищрений для заманивания мужчин в их обольстительные сети. Эта же… Дон Альваро смыслил в военном деле и изучал операции пиратки на суше и на море. Немного подумал и пришел к неутешительному для себя выводу…

— Отставить, — скомандовал он офицерам. — Возвращаемся в город.

— Чудесно, — прокомментировала это дело пиратка. — Надеюсь, дон Альваро, я навещу вас в скором времени.

— Вы так любезны, сеньора, — усмехнулся испанец. — Я даже буду сожалеть, если наши доблестные солдаты не допустят вас в Картахену.

— Вот это вряд ли. — Дама снова улыбнулась. — Мы хоть и состоим на королевской службе, но в душе остались все теми же пиратами. А это означает, что в город мы все равно войдем. До встречи, дон Альваро. Смею рассчитывать на ваше гостеприимство.

Алькальд только грустно усмехнулся. В словах этой доньи Алины была доля истины. Испанцы действительно слыли доблестными воинами, если это были солдаты регулярной армии, а не рекруты из гражданских. Но пираты имели репутацию страшных противников. А сплоченные дисциплиной — дон Альваро был наслышан о порядках, заведенных капитаном Спарроу — они и небольшим числом представляли нешуточную угрозу. Значит, он поступил верно, не подставив под пиратские пули ни своих солдат, ни самых уважаемых граждан, пытавшихся выехать из города и вывезти свои семейства. Говорят ведь, эта сеньора не допускает бесчинств и резни. Так что вполне возможно будет откупиться. А убытки… Что ж, убытки можно будет легко покрыть после отплытия французских кораблей. Не в первый раз.

Солдаты уже уходили, прикрывая от возможного нападения уважаемых граждан, когда с горушки, где расположился монастырь, донесся свист. Галка повернулась лицом к высоте. Там размахивали флагом: условленный сигнал, что пушки доставлены, установлены и наведены. Оттуда очень хорошо была видна дорога. Женщина свистнула в ответ, как мальчишка-сорванец, и помахала рукой. А затем весело улыбнулась и заговорщически подмигнула испанцу.

— Вы удивительно любезный человек, дон Альваро, — сказала она. — Избавили даму от излишних хлопот.

Испанец перевел взгляд с пиратки на монастырь, затем обратно на пиратку… и, хлопнув себя по лбу, расхохотался.

— Вы провели меня! — смеялся он, наблюдая, как по знаку этой дамы из-за зарослей выходят ее головорезы — человек сорок, не больше. — Провели как ребенка, черт побери!

— Ну, дон Альваро, бесхитростный полководец обречен на поражение. А вы сильный человек, — добавила женщина, и в ее голосе промелькнули уважительные нотки. — Только такой умеет посмеяться над собой. Честное слово, рада нашему знакомству.

— Что ж, до встречи, донья Алина, — ответил испанец, поворачивая коня. — Не знаю, как скоро она состоится, но я тоже буду рад вас видеть.

И пустил коня шагом, не желая выказывать незваным гостям ни страха, ни неуважения. За ним тенью последовал его немногословный спутник.

— Ну ты даешь, Воробушек, — расхохотался Жером, когда испанцы уже были на приличном отдалении. — Так расшаркивались — хоть в Версаль вас обоих! Перед такой любезностью и я бы не устоял.

— В следующий раз капитан будет отдавать тебе команды исключительно в любезном тоне, — поддел его Эшби.

— Воображаю себе эту картину. — Галка едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. — «Глубокоуважаемый месье Жером, не будете ли вы так любезны оказать мне услугу и распорядиться поднять кливера… якорь вам в кормовую надстройку!»

«Сорок разбойников» заржали так, что в окрестном лесу с испуганными криками поснимались с веток птицы.

Обстрел бастионов Картахены продолжался без малого двое суток.[46] С небольшими перерывами на обед.