"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ) - Горелик Елена Валериевна - Страница 744

— Заряжай!

«Если уж за что-то взялся, то, клянусь Мадонной, я доведу дело до конца!»

«Насколько я успел изучить эту даму, она не настолько безумна, чтобы очертя голову бросаться на верную гибель, — думал Хиггинс, мрачнея. — У нее явно какой-то хитрый план, которого я, сухопутный человек, не могу пока разгадать… Ах, почему я не выбрал морскую службу!»

Он перевел взгляд с приближавшегося красно-белого республиканского флагмана на палубу «Сент-Джеймса». Матросы зарядили ружья и натянули вдоль борта абордажную сеть, дабы максимально осложнить пиратам остаток жизни. Посланная на смерть «Ирландия» начинает крениться, но все еще сражается с фортом. Лишь бы они продержались полчаса, а там все будет кончено… Затем взгляд одного из лучших агентов секретной службы его величества снова вернулся к красно-белому кораблю. Форштевень странной формы — острый, как клинок, обшитый медью — явно был одним из секретов высокой скорости кораблей новейшего типа. На английских верфях уже пытались воспроизвести нечто подобное. Пока не очень-то получалось: как сделают корабль с острым форштевнем, так он носом под воду и уходит. Со временем, конечно, секрет будет разгадан, и английские корабли сравняются в скорости с сен-доменгскими. Может быть, секрет еще и в том, что нос новейших кораблей вытянут, а фок-мачта поставлена дальше от бушприта? Надо будет спросить у Грина.

«Клинок, — подумал Хиггинс, глядя, как пиратский корабль преодолевает последний разделявший их кабельтов. — И в самом деле — он сейчас похож на острый тяжелый топор, предназначенный для рубки дров… Топор… Дрова… Черт бы меня подрал, никакой это не абордаж!!!»

Дельные мысли умных людей посещают, как правило, одновременно. Вон и Грин побледнел, словно привидение увидел.

— Ставить все паруса! — срывая голос, заорал старший помощник — ибо от адмирала в данный момент толку было как от козла молока. — Право руля! Разворачиваемся!.. Канониры — все орудия правого борта — огонь!

Легко сказать — ставить все паруса и разворачиваться. Это же не какой-то там дрянной фрегатик, это королевский линкор! Одна только постановка парусов — не меньше десяти минут, и то в самом лучшем случае. Матросы на реях и так делали все возможное, чтобы выполнить приказ как можно скорее: никому не хотелось попадать пиратам на зуб… Корпус флагмана сотрясся: все уцелевшие пушки правого борта дали залп по пиратскому кораблю. Однако были целых две причины, по которым «Гардарика» не только осталась на плаву, но и отделалась всего лишь незначительными повреждениями бака. Во-первых, сейчас она, развернутая к ним носом, представляла собой очень плохую мишень, а во-вторых, английские канониры и впрямь были из тех, что умеют попадать в движущуюся цель по большей части случайно.[175] Если бы стреляли французы, голландцы или хотя бы испанцы, пиратам пришлось бы очень туго… На «Сент-Джеймсе» еще не успели закрепить шкоты фока и грота, а «Гардарика», продолжавшая набирать скорость, приближалась ошеломляюще быстро. Тяжелый линкор, напротив, двигался ошеломляюще медленно, словно в страшном сне…

— Расчистить бак!.. Пушки закрепили?.. Эй, на реях и на баке — всем убраться на шкафут! Приготовиться к удару!

Таран! Приемчик, которого в морских боях не применяли уже очень давно. Галка помнила один из главных устоев рукопашного боя: если перед тобой враг, а ты безоружен — сам сделайся оружием. «Гардарика» больше не могла стрелять. По крайней мере, из стальных пушек: нечем. Бронзовые снарядили только пороховыми ракетами да картечью. Зачем брать на борт ядра, лишнюю тяжесть? Ракеты давно кончились. Зато картечи было — хоть засыпься. Но еще рановато было стрелять. Сначала «Гардарика» продемонстрирует гордым британцам, в каких ситуациях Галкины соотечественники-летчики во время неизвестной в этом мире Второй мировой войны шли на таран.

«Гардарика» — и сама оружие, да еще какое!

Джеймс приобнял жену за плечи, Галка обхватила его правой рукой за торс, и они намертво вцепились свободными руками в поручни квартердека. Миссис Эшби чувствовала каждое содрогание своего корабля. Ей казалось, что «Гардарика» живая, и способна отвечать добром на добро. Почти десять лет Галка заботилась о ней так, как мало кто из капитанов заботился о своих посудинах. И все это время «Гардарика» служила Галке верой и правдой.

«Давай, родная! Не подведи!»

Огромный, изуродованный дырами борт английского линкора приближался с фантастической скоростью — так казалось Галке, так же казалось матросам на палубе. Англичане палили из своих скорострельных ружей. Пираты пока прятались за фальшбортом, не отвечая: пусть постреляют, коль пороха не жалко. Цыплят-то по осени считают… Вот бушприт «Гардарики» пересек линию борта, разрывая абордажную сеть. Еще через мгновение — удар! Всех швырнуло вперед, Галка с Джеймсом едва не вылетели с мостика. Оглушительный треск ломаемой обшивки, стон меди, крики, разноязычные ругательства… Обшитый медными листами форштевень врубился в борт линкора словно колун в деревяшку. Оба корабля по инерции протащило по ходу «Гардарики» на несколько метров, и наконец они остановились…

— Огонь! Огонь! Не жалеть патронов! — звонко выкрикнула Галка, выхватывая из-за пояса револьвер и целясь в фигуры на полуюте линкора.

Вот тут пираты с ревом повскакали с палубы и — кто, встав на одно колено, кто, уложив ствол ружья на планшир, кто вообще стоя — открыли ураганный огонь по палубе противника. Высокий бак «Гардарики», наследие ее «галеонистого» прошлого, позволял пиратским стрелкам буквально подметать полуют и шканцы англичан свинцовой метлой. Сыны туманного Альбиона в долгу не оставались, яростно отстреливаясь из своих ружей новой конструкции. Но снайперы из них были примерно такие же, как и канониры, а за что пираты особо ценились на всех флотах мира, так именно за меткость. Жизнь научила. Плюс у англичан не было картечных патронов. А что мог наделать один такой патрончик, снаряженный девятью мелкими картечинками, джентльмены удачи знали очень хорошо. Проверили в Алжире на охране тюрьмы, где мусульмане держали рабов… Галка и Джеймс, вооружившись револьверами, тщательно целясь, вели огонь по мостику линкора. Они давно приметили там знакомую фигуру — мистера Хиггинса. Тот, повалив адмирала на палубу — жизнь командующего следовало спасать прежде всего! — стрелял из пистолета. Но поскольку это был обычный кремневый пистолет, то по скорострельности он на порядок уступал новейшим оружейным разработкам мастера Ламбре. Затем мистер Хиггинс разжился у кого-то, не иначе у погибшего матроса, скорострельным ружьем и принялся палить уже из него. При этом так же тщательно целясь по двум фигурам на мостике «Гардарики»…

— Джон, ты слышишь?

— Ничего не слышу, Ричард. В чем дело?

— В том-то и дело, что ничего не слышно. Канонада стихает. Видать, линкоры срыли форты к черту и добивают флот.

— Ага… — Харменсон быстро произвел в уме некие подсчеты. — Выходит, они высадят десант на набережную аккурат, когда мы выйдем на позиции… Дьявол! Эдак они успеют распотрошить городишко раньше нас!

Они и так потеряли время, отыскивая ямы-ловушки на дороге. Отстрелялись от нескольких засад, устроенных какими-то индейцами («А говорили — испанцы их тут всех перебили… Враки!»), при попытке обойти скопление выявленных ямок дважды нарывались на «сюрпризы» — протянутые в траве тонкие веревочки, приводившие в действие полулегендарный сен-доменгский «холодный запал», в свою очередь подрывавший привязанный к кофейному кусту небольшой картечный фугас. Результат — десяток трупов. И это они еще к окраинам не вышли, хотя по наезженной дороге должны были давно уже быть там. В одном месте, заметив какое-то движение в кустах, принялись палить в ту сторону. Харменсон мог поклясться, что слышал приглушенный вскрик. Оттуда не ответили, и несколько парней сдуру кинулись туда — догнать и хорошенько порасспросить… Капитан Харменсон всякое видел. Но чтобы земля под ногами без всякого запала или фитиля взрывалась — такого еще не бывало. Заряд был, правда, не очень сильный. Одному из парней оторвало ногу. Другой, сгоряча не разобравшись, в чем дело, ринулся к нему на помощь… и наступил на вторую такую же мину А в том, что это именно мины новейшей конструкции, Харменсон уже не сомневался. Сен-Доменг — та еще штучка. Остальные, застыв на месте, — боялись ступить в сторону, черти — принялись стрелять по кустам… Снова примчался капитан Фолкингем: «Что у вас опять случилось, черт бы вас побрал?» Чуть не присоветовал господину капитану поменьше времени проводить в арьергарде. Парни тем временем осторожно вернулись по собственным следам, а раненые… Этих оставалось только пристрелить, чтоб не мучились. Все равно не жильцы, а пока их вытащишь, еще кто-нибудь подорвется… Словом, приключений хватало. Теперь приходилось расходовать пули, время от времени постреливая по дороге. Пару раз это сработало: мины взорвались, и ямайцы спокойно прошли по образовавшейся «тропинке». Но в итоге они все-таки опоздали.