Сын дракона (ЛП) - Джойс Т.С. - Страница 14

И да, он полностью верил, что красный дракон был злым. Он ничего не чувствовал. Ему было всё равно. Им управляет голод и месть. Вот и всё. Вот и всё. Голод. Месть. Вир очень заботился о нескольких людях, но красный дракон буквально ни о ком не заботился

До Рии.

Ты причинишь ей боль. Вир стиснул зубы и зажмурил глаза, когда его крылья вырвались из тела. Е*ать. Остановись. Остановись или ты убьешь её, а потом вернёшься к тому, что около тебя ничего и никого не останется.

Рёв вырвался из его тела, сотрясая его в припадке и сотрясая комнату. Посыпался ещё куски бетона, и все лампы над ним погасли. А потом вспыхнул огонь, обжегший его горло и осветивший камеру, которая не могла удержать его монстра.

И когда дракон вырывал из него клетку за клеткой, завладевая его разумом, как черный яд… Вир снова погрузился во тьму.

Глава 9

— С дороги! — Рия закричала на охранников, блокирующих двери в камеру Вира.

— Он не останавливается, леди! И это место не создано для такого оборотня!

Рия с трудом сопротивлялась желанию щелкнуть пальцами и швырнуть придурков в стену силой, которая пульсировала в ней. Ей нужно было продолжать петь. Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие, Вир.

Раздался оглушительный рёв, сотрясший землю под ногами. Дерьмо. Она опаздывает. Она протиснулась между ними и вставила карту в считывающее устройство.

— Мерсер! Нет!

— Отъе*ись, Эммет. Если я не остановлю его, то кто? Только не твои чертовы лекарства! Посмотри, что хорошего они сделали!

Лицо Эммета было красным, пока он нависал над ней, его рука была прижата к двери.

— Я могу это сделать, — умоляла она.

Эммитт покачал головой и сунул кожаный мешочек ей на грудь.

— Это не проверенное лекарство, и у нас есть только одна доза, но она должна быть более мощной, чем до этого использовались. Это может убить дракона. Убей его, пока он не убил всех здесь.

Рию затошнило. Ей хотелось выблевать всё, а затем раздавить Эммета своей силой, но у неё не было времени на проявление своего гнева. Она должна была попасть туда. Она оттолкнула руку Эммета от двери и открыла её, и то, что она увидела, привело её в ужас.

Лампочки вспыхивали и гасли, вибрируя от волн силы. Вир всё ещё был частично человеком, но у него были массивные, кроваво-красные, изорванные и изодранные драконьи крылья, тянущиеся из его спины. Его лицо было искажено яростью и страданием, с него капала кровь. Он запрокинул голову назад и изверг огонь в смотровые окна на противоположной стороне камеры. Его глаза были совершенно пустыми, как будто он полностью отключился. Но она понимала, какую боль он должен был испытать, чтобы быть наполовину измененным и всё ещё бороться за то, чтобы его кожа оставалась такой. Огонь и магма, вытекающая из человеческого горла, должно быть, это адская агония. Её сердце разбилось. Он сломался, вот так просто. В этот момент она поняла, что любит его. Она знала, что сделает всё, чтобы уменьшить его боль.

Слёзы текли по её лицу, Рия побежала прямо к нему. Он взмахнул крыльями, когти на концах выцарапали глубокие ямки в бетонных стенах, когда он повернулся к ней, его глаза сияли серебром с удлиненными зрачками. Этот дракон точно не выглядел полумертвым.

Испуганная, но решительная, Рия двигала ногами быстрее. Она услышала щелчок поджигателя в его груди, но проигнорировала его, потому что должна была ему доверять. Она должна была верить, что Вир не сожжет её. Что его дракон оставит её в живых. И если она повернется, чтобы побежать, ей все равно будет гораздо больнее.

Почти дошла. Почти.

Быстрее. Её ноги горели, но, схватив кожаный мешочек, она прыгнула на последние несколько футов и врезалась в него как раз в тот момент, когда он открыл рот, полный острых как бритва зубов. На его коже были слабые чешуйки, и он покраснел, и она была так напугана, но она обвилась вокруг него и держалась изо всех сил.

Когда дракон взревел, голова Рии зазвенела от его громких звуков.

— Послушай. Послушай, — умоляла она дрожащим голосом. — Это я. Это Рия. И ты сказал, что не можешь быть со мной, но ты можешь. Вир. Красный Дракон, посмотрите.

Его руки сжались вокруг неё. Слишком туго, и его ногти впились ей в спину. Слишком резко. Он собирался раздавить её.

— Смотри! — закричала она, изо всех сил пытаясь вытащить шприц из мешочка. — Это может убить дракона. Хочешь, я убью его?

— Вырубите его сейчас же! — Эммет закричал под мигающими лампами, и раздался лязг оружия. Десятки винтовок щелкали, металл о металл, когда их взводили и заряжали. Здесь должно быть сорок охранников, готовых покончить с Виром. Готовые прикончить её только за то, что она мешает.

Лицо Вира исказилось от ярости, но он больше не давил её.

— Нет, — выпалил он. — Не убивай меня.

Рука Вира легла ей на затылок, как будто он пытался защитить её, когда выстрелил огненным шаром в самую плотную толпу охранников. Они отскочили в сторону, и стены сотряслись от силы взрыва. Кожа Вира горела. Очень горячий, слишком.

— Убей его, или я отдаю приказ! — Эммитт закричал из-за двери. У него тоже была направлена на них ​​мощная винтовка.

Чёрт. Чёрт. Чёрт. Она не могла. Она не могла убить его. Он просил её не делать этого. Одна доза. Один укол. Непроверенный. С горящими глазами Рия откинулась назад и прошептала:

— Притворись… а потом спаси меня.

Зрачки дракона сузились, а ярость на лице Вира испарилась, словно задуваемое пламя. Его место заняло замешательство. И когда она воткнула иглу ему в шею, он закричал:

— Нет!

Но Вир был в безопасности от неё. Она не могла навредить ему, чтобы спасти себя. Она изо всех сил заблокировала обзор охранников и вонзила иглу себе в руку, не более чем в дюйме от его шеи.

— Притворись, — взмолилась она.

И когда она опустошила этот шприц в себя, Вир дернулся.

От него исходил долгий низкий рокот, когда всё его тело напряглось. С тихим всхлипом Рия вырвала из себя пустой шприц и бросила его на пол.

— Она сделала это! — крикнул Эммет. — Отходи. Дай им место, отойди от него!

— Что ты наделала? — прохрипел Вир.

— Ты мой, и я не смогу причинить тебе боль. Останови оборот. Пожалуйста. Спрячь то, что я сделала или я не смогу здесь остаться.

«Проклятье. Чёрт. Нет. Рия». — Вир рухнул на колени.

С головокружением, она поправила рукав своей белой блузки и отползла от Вира, когда его тело сотрясалось от силы. Воздух был тяжелый, полный дыма, и становилось плохо видно, но Вир смотрел на неё, встретился с ней взглядом и стиснул зубы. Он стоял на коленях. Он ударил кулаками по бетонному полу, а агония забурлила в его глазах. Его крылья растянулись во всю длину комнаты, его ноздри раздувались, когда он тяжело дышал, и каждый мускул на его обнаженном торсе дрожал от напряжения.

— Пой, — пробормотал он. Он закатил глаза и закрыл глаза, и она продолжила с того места, где остановилась в «Baby Got Back», но мягко, едва шевеля губами, слова почти царапали воспаленное горло. От дыма ей захотелось закашляться, но она сдержалась, чтобы продолжить песню.

И медленно, медленно Вир сложил крылья и втянул их обратно в своё тело. Выражение боли на его лице было душераздирающим. Багровый цвет покинул его кожу, чешуя потускнела, и когда он стиснул зубы от боли, они потеряли свою остроту бритвы и снова превратились в тупые человеческие зубы. Его лицо смягчилось, скрывая резкие углы, и, дрожа всем телом, он испустил измученный вздох, расслабился на согнутых ногах, открыл глаза и посмотрел на неё сверху вниз.

«Тебе нужно идти домой. Я уже здесь, Рия. Тебе будет плохо от этого укола. Тебе нужно идти. Пей как можно больше воды. Позвони моей маме. Окажи себе первую помощь у себя дома. Я хочу, чтобы кто-то был с тобой, пока всё не закончится».

— Что закончится? — прошептала она.