Эхо минувшего (СИ) - Карпов Илья Витальевич - Страница 14

В Хельмгарде эльфу дали комнату, где он рассчитывал спокойно провести остаток дня, хорошенько выспаться. Завтра предстояло найти корабль, который доставит его на остров Морант, а для общения с несговорчивыми капитанами свежая голова будет очень кстати.

Сиреневые занавески в ночном полумраке казались почти чёрными и нагоняли сон, но стоило Рейквину открыть сундук, чтобы переодеться в ночное, как он увидел перевязанный тесьмой свёрток и вспомнил о просьбе верховного книжника. Должно быть, завтра будет поздно, да и искать архимагистра поутру в спешке ему не хотелось.

В этот же самый момент в дверь постучались, и Рейквин, склонившийся в этот момент над сундуком, ощутил то, что в Нерале называют «дежа вю». Точно так же, как перед отъездом, он поднялся с колен и отправился открывать, ожидая увидеть кого-то вроде верховного книжника Илберна. Но за дверью оказался высокий худощавый юноша, возвестивший о том, что архимагистр Филберт желает немедленно его, Рейквина, видеть.

– Немедленно? – переспросил эльф. Ему не понравилось это слово.

– Более поздний вызов мог бы прервать ваш сон, а завтра, должно быть, вы пожелаете покинуть крепость на рассвете, чтобы не терять времени, – невозмутимо точно ответил юноша, как и было принято в Хельмгарде.

Таким, как помнилось Рейквину, когда-то был и Илберн, когда его пригласили в Чёрный замок вскоре после коронации Альберта Эркенвальда. Разве что ростом был ниже. В то время волосы верховного книжника были гуще, а на его мантии уходило куда меньше ткани. «Славные были времена, спокойные», – подумал эльф.

– В таком случае, не будем медлить, – ответил Рейквин. – Ведите.

Что он знал об архимагистре Филберте? Лишь только то, что он был человеком незаурядным. В школярах будущий глава Хельмгарда не задержался и стал одним из самых молодых магистров за всю его историю. Уже к четырнадцати годам Филберт освоил три науки из семи, а к шестнадцати сумел сдать экзамены по оставшимся четырём, тем самым овладев «септимиумом», семью науками, которые должен знать каждый магистр. Когда-то давно Рейквин впервые прочитал о них в книге «Семь столпов знания» и невольно восхитился столь юным и способным умом молодого магистра. Позже, обнаружив надпись «архимагистр Филберт» на титульном листе остроумно написанного трактата «О мирском и божественном», он решил, что неплохо бы когда-нибудь встретиться со столь необыкновенным человеком.

Проводя эльфа до широких деревянных дверей, худощавый юноша кивнул и отправился прочь, не сказав ни слова. Когда Рейквин потянул за железную ручку, то с удивлением обнаружил, что дверь не поддаётся. Попытался толкнуть – то же самое. «А архимагистр не отличается пунктуальностью», – подумал эльф и принялся с любопытством разглядывать орнамент, которым была украшена дверь. Он состоял из символически изображённых семи наук, связанных одной цепью. Вот чаша, так похожая на знак Холара, обозначающая медицину, а рядом с ней весы и треугольник с кругами на углах – юриспруденция и мирология, наука о мирах-обиталищах богов и демонов. Чуть ниже, на левой створке красовались узоры, изображавшие риторику и логику, а на правой – арифметику и алхимию.

Рейквин провёл рукой по резным узорам и тут же услышал голос за спиной.

– Я, помнится, в первый раз тоже впечатлился. И действительно есть чему.

Эльф обернулся и увидел немолодого, но осанистого человека с короткой и пышной седой бородой, обрамляющей лицо от уха до уха. По бурой мантии с серебряным орнаментом, похожим на тот, что был на двери, Рейквин понял, что перед ним ни кто иной, как архимагистр Филберт. Тот в свою очередь добродушно улыбался. В глазах архимагистра было нечто озорное, юношеское, совершенно не вяжущееся с его возрастом и должностью.

– Рейквин из Караниса, я полагаю? Обойдёмся без формальностей. Мне всё равно, бывший ли вы верховный маг или будущий, меня никогда особенно не занимали придворные дела. Лучше пройдём в кабинет и перейдём к делу.

Скромных размеров комната, что лежала за резными дверями впечатлила эльфа куда менее их самих. Шкафы с книгами, большое занавешенное окно и стол с писчими принадлежностями, которые, надо отдать должное, были аккуратно разложены.

– Итак, полагаю, Илберн в письме имел в виду именно вас.

– Думаю, что так, – смутившись, ответил тот.

– В таком случае, могу ли я на него взглянуть?

Эльф передал свёрток, и архимагистр тут же развязал его. Внутри оказалась сложенная в несколько раз бумага и какой-то небольшой предмет, который Филберт тут же спрятал за пазуху. Пока архимагистр читал послание, юношеская несерьёзность в его взгляде всё больше и больше сменялась беспокойством. Закончив, он вздохнул и посмотрел на эльфа, попытавшись вернуть прежнюю улыбку.

– Что ж, благодарю вас за помощь, теперь вы можете славно выспаться. Завтра в порту будет ждать корабль, вас и ваши вещи туда доставят утром.

– Неужели отчёт о небесных телах поверг вас в столь сильное беспокойство? – усмехнулся Рейквин.

– Порой звёзды говорят больше, чем когда-нибудь смогут сказать люди, – невозмутимо ответил архимагистр.

– И что же они сказали на этот раз?

Архимагистр Филберт лишь улыбнулся и вздохнул.

– Вы ведь отправляетесь в Вальмору не просто так, верно? Его величество решил назначить вас новым архимагом.

– Это действительно так, в этом нет никакого секрета.

– А как считаете, почему именно вас Эдвальд Одеринг назначил на этот, вне всякого сомнения, почётный и значительный пост?

Эльф смутился.

– Полагаю, он мне доверяет. На большее мне рассчитывать и не приходится, ведь должность верховного мага занята.

– Вижу, до вас ещё не дошли известия с юга. Архимаг Вингевельд побеждён. Верховный маг Игнат же пропал без вести, а его друг и наставник Маркус Аронтил, бывший декан огня, погиб.

Для Рейквина эти слова оказались громом средь ясного неба. Новость о поражении архимага обрадовала его даже меньше, чем вести об Игнате и Маркусе, хоть он тут же и почувствовал укол совести за такие мысли.

– Рад слышать, что силы королевства одержали верх. Теперь нам не грозит оказаться в армии мертвецов.

– Да, это верно. Теперь, чтобы подобного не повторилось, король решил взять магический мир в свои руки, а потому назначил вас архимагом, – Филберт сделал паузу. – И сделал он это, потому что вам доверяет.

Рейквин кивнул.

– Не сочтите за грубость, но мне кажется, что причина в другом, – архимагистр старался выглядеть как можно более добродушным. – Это вы ему доверяете. И верите, что за верную службу он вознаградит вас, а возможно, и сделает верховным магом снова. Ведь вы весьма болезненно отреагировали на назначение на ваше место Игната.

Рейквин старался не подать вида, но ему было неприятно это слышать. И хуже всего, что, судя по всему, архимагистр был прав. Именно поэтому эльф согласился отправиться в дальний путь без каких-то гарантий вернуться обратно.

– Его величество делает то, что сочтёт лучшим для страны, – ответил Рейквин.

– Не сомневаюсь, – небрежно бросил архимагистр. – Я просто счёл нужным рассказать вам последние известия. Нам обоим пора отправляться ко сну. Но прежде задайте себе два вопроса. Первый: что будет, если король решит, что вы в нём сомневаетесь?

– Избавится от меня, – не задумываясь ответил Рейквин. – Но надеюсь не дать ему повода так подумать.

– Хорошо. Второй вопрос интереснее, хотя вы наверняка могли задаться им и сами. Итак, его величество контролирует Церковь, а с вашей помощью получит ещё и контроль над магами. Кого или что он попытается взять под контроль следующим?

Эльф пожал плечами и сказал, что его клонит в сон и что такое состояние не располагает к размышлениям, после чего попрощался с архимагистром и отправился к себе.

Филберт же остался в кабинете и ещё долго размышлял над посланием верховного книжника, что принёс Рейквин. Илберн не мог написать всё прямо, опасаясь, что эльф поддастся любопытству и распечатает свёрток, но среди пространных описаний созвездий и фаз луны между строк читался тревожный смысл. Ясность же в послание вносил тот самый предмет, который архимагистр сразу же убрал за пазуху, а теперь задумчиво вертел между пальцами: тонко сделанная металлическая фигурка сжатого кулака. Железная длань Калантара.