"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Жеребьёв Владислав - Страница 726

– Ты же не видишь разницы между добром и злом, так? Может, моя смерть принесла бы тебе какую-то пользу?

– Нет! – Зеленые глаза смотрели с мольбой.

Рабыня вскочила и заходила по комнате. Хотелось верить и одновременно не верить словам этого лицемера.

– Ладно, – в конце концов вздохнула она. – Не думаю, будто это недоразумение, но все-таки полагаю, что ты в случившемся не замешан.

Ангел благодарно кивнул и неожиданно спросил:

– Позволишь причесать тебя?

– Нет. – Она отступила на шаг. – Это будет лишним.

– Кэсс…

«Да что я теряю? Я ж теперь свободная…»

И девушка опустилась на краешек оттоманки, поворачиваясь к ангелу затылком. Тот улыбнулся, взял из ее рук гребешок. Кассандра закрыла глаза. Раньше ее причесывала мама Валя… А какие чудесные косы она плела! Или забавные «баранки», хвостики от которых задорно торчали из-за ушей. Как все тогда было просто, понятно, обыденно. До нее дотрагивались только с лаской.

Легкие пальцы коснулись растрепанных волос. Риэль был единственным в этом мире, кто смотрел на претендентку без высокомерия и не причинял боли. Под его руками хотелось раствориться, не дышать, не думать. Амон к ней никогда так не прикоснется…

– А ты можешь наложить заклинание, чтобы они не путались? – вздохнула обладательница огненной шевелюры, отгоняя неуместные мысли. – А то здесь мне их постоянно треплют.

– Могу, но не буду, – мягко ответил ангел. – Мне нравится их расчесывать.

– Угу… стричь тоже нравилось, – хмыкнула девушка.

Он добродушно усмехнулся.

– Так я теперь свободна? – спросила она.

– Еще нет, но скоро будешь.

– Как это?

– Когда мы освобождаем рабов, они забывают нас и все, что было связано с рабством. Так что ты даже не поймешь того момента, когда он тебя отпустит.

– А тебя я тоже забуду?

– Да. Весь наш путь в столицу. И начнешь жизнь заново.

«Не хочу!»

– Риэль… – позвала через какое-то время невольница. – Ты же ангел.

– Да.

– И ты ровня Амону. Так почему он постоянно тобой помыкает?

– Не совсем, – ответил сидящий за ее спиной ангел, продолжая разбирать блестящие пряди. – Амон – квардинг, сын левхойта. А я просто из знати.

– Риэль…

– Левхойт – это главный в кварде. Квардинг – воин, возглавляющий войско кварда. А такие, как я… мы просто знать.

– Понятно, – нахмурилась его собеседница. – То есть Амон… угораздило же меня! А что это он за мной пошел, раз такой важный?

– Тут дело не в важности. Ангелов-проводников немного, и я один из них. А так как я… принадлежу твоему хозяину, он не мог отпустить меня с кем-то другим. Ты не задумывалась, почему я не летаю?

– Да… – спохватилась девушка, – ведь можно было перекинуть меня через плечо и домчаться до столицы за пару дней!

– Нельзя, – усмехнулся такой наивности обитатель Антара. – По диким местам могут летать демоны – им не страшен огонь драконов. Стоит в небо подняться ангелу и… Но не летаю я по другой причине. Мне запрещено. Хотя Амон иногда позволяет.

– Еще раз. – Кэсс обернулась и внимательно вгляделась в юное лицо. – Мне уже давно кажется странным, что он с тобой обращается как… со мной, а ты даже не возражаешь.

– Он со всеми обращается одинаково. Хотя как раз с тобой он другой, – Риэль задумчиво провел кончиками пальцев по скуле собеседницы. – Он тебя терпит. Любую другую давно бы убил. А ты становишься только красивее…

– А почему, – девушка отстранилась, – ты принадлежишь Амону?

– Я приговоренный, Мышка, – после недолгого молчания ответил ангел. – Предатель. И только то, что мой хозяин крайне влиятелен, спасает мне жизнь. Не спрашивай почему. Я связан заклинанием и не могу рассказать. Меня лишили права оправдаться.

И он горько усмехнулся.

– А Амон?

– Спроси его, когда вернется. Я бы хотел, чтобы ты знала.

С этими словами Риэль поднялся с оттоманки и, снова коснувшись кончиками пальцев подбородка девушки, сказал:

– Мне нужно идти. Главное, помни, Мышка: для всех я – твой проводник. Так надо.

Она кивнула, провожая ангела недоумевающим взглядом. Он уже взялся за дверную ручку, но вдруг замер и, не оборачиваясь, сказал:

– Я рад, что ты помнишь тот сон, про детей.

Гость вышел, оставив хозяйку покоев в полной растерянности.

Эта дурочка опять громко думала, и снова в ее мыслях царил полный разлад! Как у нее вообще получалось выстраивать такие соображения? Амон покачал головой, в который раз поражаясь непонятному и непривычному ходу чужих мыслей. Сейчас рабыня находилась далеко, но стоило ей вспомнить хозяина, как все сумбурные мысли огнем вспыхивали в его голове. Их связь стала теснее. Намного теснее. Если раньше господин чувствовал невольницу, только когда она была рядом, то теперь…

– Так ты не против? – вернул его к реальности удивленный голос Рорка.

Демон перевел взгляд на левхойта и равнодушно пожал плечами.

– Мое несогласие пойдет только на руку оракулу, – ответил он. – Поэтому, если он хочет, чтобы я тренировал претенденток, словно обычный десятник, то… я буду их тренировать, только и всего.

Собеседник посмотрел с уважением. Они шли по длинной каменной галерее в Зал Совета, где собирались левхойты всех трех квардов. Амон внутренне подобрался, готовясь увидеть демона, который полторы тысячи лет делал его точным своим подобием.

– Всегда завидовал твоему хладнокровию, – задумчиво сказал Рорк. – Ты хотя бы иногда из себя выходишь?

– Нет. Моя раса лишена чувств, – напомнил Амон.

– Оракул растерял последнее почтение, – с досадой произнес левхойт. – Каждая его новая выходка становится возмутительнее предыдущей!

– Может себе это позволить. Без него не провести ритуал, – равнодушно отозвался демон. – Сколько их на этот раз?

– Безымянных? Больше двух тысяч, – грустно ответил гриян, сворачивая из галереи под сумрачные своды высокой арки.

У тяжелых бронзовых дверей левхойт остановился и обернулся к другу:

– Ты же понимаешь, что может случиться?

– Да, – кивнул он.

– И ты сделаешь все, что необходимо для проведения ритуала? – уточнил Рорк. – Тебе ведь в этом никакой выгоды.

– Выгода есть. Я хочу остановить того, кто все это начал, – сухо ответил демон, глядя в разноцветные глаза. – Это польстит моему самолюбию.

Гриян тихо рассмеялся:

– Отец, хотя и не смог воспитать в тебе почтительность, мой друг, зато тщеславие привил потрясающее.

Его собеседник в ответ на эти слова только широко улыбнулся.

К тому времени, когда квардинг выбрался с Совета, на столицу опустились прозрачные сумерки. Демон решил не утруждаться петлянием по бесконечным галереям – перемахнул через резные перила и камнем упал вниз. Черные сполохи крыльев бесшумно взметнулись за спиной.

Амон всегда любил летать, однако сейчас почему-то не получал удовольствия, паря над теряющимся в сумраке белоснежным городом. Он вдруг впервые понял, что каждый раз, принимая истинный облик, выпускает Зверя. А контролировать его в последнее время стало почему-то очень трудно. Так трудно, как никогда раньше. Животная половина натуры теперь отчего-то жила в разладе с человеческой. Демон не мог понять причины, по которой это происходило, и потому злился. В подлинном обличье ему будто сделалось сложнее думать, сложнее… чувствовать? Он не умеет чувствовать. Тогда что же? Хищник внутри ликовал, вырвавшись на свободу. Сегодня демон таки решил дать ему волю. Пусть. Иначе будет вовсе невозможно справляться с самим собой.

Он опустился на широкий подоконник распахнутого настежь окна.

– Ариана. – Незваный гость спрыгнул на пол и улыбнулся, когда невеста, явно ждавшая его появления, скривилась.

О том, как она относится к его человеческой оболочке, квардинг знал, и каждый раз старался задобрить будущую супругу, являясь в истинном облике, но сегодня ему не хотелось ее баловать.

– Прилетел сказать, что снова исчезнешь, – глядя на безыскусную дорожную одежду, констатировала Ариана. – С тобой скучно.