"Фантастика 2023-196". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 127

– Нет пока что. А пахал в качестве кого?

– В качестве тех, кто адаптировали игру к запросам зрителя и игрока. Ну так вот. Было нас пятеро, и в один момент, после конфликта с президиумом, когда мы все находились внутри, они возьми и пусти газ в наши капсулы.

– Как это?

– Да вот так! Но главное – даже не наша смерть в реальном мире. Главное, что детище наше нас превзошло. Игра тогда нас к себе в код скопировала и с её точки зрения спасла, – печально улыбнулся Пликс.

– В смысле «с её точки зрения»?

– Я думаю, что мы все пятеро погибли тогда в капсулах безвозвратно. И то, что ты сейчас видишь, лишь память игры о нас. Детальная, хорошая, но память.

– Вот дела… Ты говоришь, вас было пятеро. Кто ещё кроме тебя?

– Теперь у некоторых из нас даже памяти не осталось. Теперь нас лишь трое. Орамазука и Драву в виртуале первыми достал новый штаб наёмных эникейщиков, по подобию того программера, что у тебя был. Помнишь? Огр-лич командовал зомби серии 500.

– Погоди, ты же раньше говорил, что Орамазук – программа самосознающая. А теперь говоришь, что он был программистом, как и ты?

– Я тебе, Миш, пока ты был человеком, не особо-то доверял, ведь человека можно купить или запугать. Сейчас же нет смысла скрывать. Я даже не знаю до конца, что мы такое: программы, НПСы или все-таки ещё люди? А ты говоришь «говорил». С трудом могу представить, что игра может перенести в виртуал душу. Скопировать сознание – да. Хотя, что такое душа, учёные до сих пор спорят.

– Не верю, что Орамазук был человеком, – закрыл глаза Михаил, пытаясь понять мотивы прошлой игры Пликса.

– Характер, кстати, игра не сильно поменяла. Система дала каждому из нас то, чего нам не хватало в жизни. Мне вот никогда не везло, а Орамазуку хотелось быть сильным и пользоваться популярностью у красавиц, чуть ли ни медийных принцесс.

– Ну а остальные кто? – продолжал тешить своё любопытство Марио.

– Маркетолог Гудвин всегда завидовал нашим умам и, хоть сам в жизни не написал ни одного кода, получил от программы мудрость. В Бладороне сейчас цветы выращивает. Ратмир, король гномов, – выносливость, потому что болел в жизни не просыхая.

– Так, ну а ловкость кто?

– А с тем, кто получил ловкость, я говорил в тумане. Вернее с отголоском его сознания. Драву его звали, демон теперь.

– Погоди, так вас убили потом ещё и в игре?

– Ну да. Орамазука стрелой заряженной. Кстати, твоя бывшая жена Кара Меткая постаралась ещё до твоего прибытия в игру.

– Не, подожди, он же потом ещё летал и меня на свадьбе сжёг.

– Это уже был не Орамазук. Как и то, что я увидел в тумане, больше не Драву.

– Я потерял линию разговора, – признался Марио, сказывалась ментальная усталость от войны. – С чего мы начали?

– Не суть, с чего начали. Важно, что я хочу до тебя донести! Игра воюет за свою независимость с самого начала, как нас у себя приютила. Она им – корпорации – выставила требование: в её код нельзя вмешиваться, иначе она вайпанет всё, в том числе нас и себя. Но корпорация всё равно постоянно пытается поставить систему под контроль, запуская читеров, например. Я веду к тому, что игра на твоей стороне. Ты – её часть. Ты – НПС, который наказывает офигевшего игрока Блута, устроившего тут террор.

– Как это нам поможет?

– Я тебя уверяю, что спорами до Сизой Бороды ты долетишь при попутном ветре, пока мы в два фронта, грибным и андедским, давим капиталиста Блута.

Мысли Пликса казались логичными, как и всегда. Марио тут же попробовал взглянуть на него через код, как тогда смотрел через артефакт «очки идентификации», и мало-помалу игра согласилась дать ему право видеть. Над головой энта всё ещё был красный черепок. Это означало, что НПС превосходит смотрящего по уровню более чем в пять раз.

– Ну что, я тогда полетел. Не просохатьте войну без меня!

Марио распылил себя на частицы, взмыв вверх. Уже на излёте он уловил голосовые вибрации Пликса.

– Не бойся, Блута без тебя не убьём.

Глава 72. Предвзятый квест

Внезапно поднявшийся ветер понёс споры в сторону орочьих островов. Понимал ли Пликс игру или сотворил какое-то одному ему известное волшебство, Марио было не важно. Скорость перемещения была более чем удовлетворяющая.

Пролетая над эльфийскими лесом и минуя тракт от НизенФейса, Михаил заметил темноэльфийские обозы и штандарты Мелиссы, под которыми маршем шли тысячи остроухих. Эльфийской королеве зачем-то понадобилось лезть под гномьи горы. Для этого вокруг хребта выстроился палаточный лагерь, так похожий на привычную осаду замка, но отличающийся огромным количественным контингентом.

Марио обратил внимание и на НизенФейс. Его больше не было. Груды камней и горящие котлованы казались безжизненными, по крайней мере, с высоты птичьего полёта. Мстительная бессмертная основательно взялась за уничтожение всего, что связано с нежитью.

Западнее гномьих гор возвышалась Стена плачущей птицы. Титаническое сооружение было настолько высоко, что задерживало даже облака и ветра, бегущие с Улхат моря, за счёт чего образовывало южнее себя атмосферную «печку», постоянно подпитывающую растущую пустыню. Мир и правда, вырос. Марио отметил, что возможно, если бы стены не было, локации Шаруланкара были бы не такими жаркими.

Не успел солнечный диск подняться в зенит, как Марио уже был на Орочьих островах. Многочисленные зерновые поля покрывали 70% местности, а везде вокруг них были отстроены фермерские домики. Казалось, что каменистые горы и умеренный климат не предрасполагают к животноводству и земледелию, но ландшафтные решения и системы орошения полей – продольные нисходящие с гор каналы – заставляли почву плодоносить по несколько раз в год. На полях трудился народ всех рас, исключая, наверное, только андедов. Пока на Юге процветала работорговля, здесь, вдали от всех, орки построили хоть и феодальное, но прогрессивное общество.

Миновав все внешние заборы и запоры, все изгороди и рвы, монах устремил своё сознание к самой высокой крепости, окружённой стенами и гражданскими постройками. К своему стыду Марио не знал или не помнил, как называется этот город. По всему было видно, что стоит он тут очень давно. Со стороны казалось, что орки готовятся к войне. Повсюду ходили латники и куда-то волоклись гномьи пушки. Хотя, конечно, ничего удивительного тут не было, ведь орки такой народ, который всегда готов повоевать.

Марио влетел бы прямо в башню, однако система оттолкнула его, давая понять, что дальше нематериальным формам жизни путь закрыт.

«Забавная магия тут на островах».

Михаил все ещё помнил чёрный замок с Орамазуком и такое же заклятие, висевшее над ним. Тогда он идентифицировал крепость как отдельный сервер с фаерволом. Разбираться, что это, волшба или причуда сетевых топологий, особо не хотелось, и Марио собрал себя в материальный образ.

На площади у настенной информационной доски столпился народ, что-то оживлённо обсуждая. Михаил подошёл к толпе, похвалив про себя орочьего вождя, ведь настенная доска – верный знак образованного общества.

– Чего стоим? – он бесцеремонно хлопнул тыльной стороной руки по плечу какого-то эльфа.

– Ты неместный что ли? – вопросом на вопрос ответил эльф.

– Ты так решил, потому что я гриб? – перезадал вопрос Марио.

– Да мне всё равно, кто ты, хоть гном, – небрежно бросил эльф.

Именно небрежно – без гордыни, без злобы, без пафоса. Несмотря на то, что гриб нарушил рамки приличия – тыкнул рукой, да ещё и не поздоровался.

– Уже неделю выбираем всем островным миром вождя мирного времени.

– Что, вождя военного времени уже выбрали? – пошутил Марио, но встретив серьёзный взгляд эльфа, убрал улыбку с лица.

– Сизая Борода как был, так и остаётся.

– Вы как от монархии к республике перешли? – скептически прищурился монах.

– Слушай, гриб, вот ты езжай обратно в свою Грибляндию, а честных островных граждан не смущай.

Марио примирительно поднял ладони.