"Фантастика 2023-196". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 162

– Какого хера?! – начальник вскочил и заорал.

Виталик обомлел – добродушие оказалось фальшивым.

– Сейчас разберусь, сейчас…

Он торопливо отвернулся и склонился над клавиатурой. В этот момент он почти физически ощущал ствол оружия кибера, уставившегося ему в спину. Одна надежда была – что нихрена босс на самом деле не понимает.

«Код 31. Код 31. Код 31», – Виталий торопливо вбивал символы, в надежде, что тот, кто там рядом, кто натравливает, услышит и поймёт правильно.

Код 31 – аварийная остановка. Использовалась давно, в самом начале разработки игры. И конечно, этот код не имел никакого значения для игры сейчас… разве что для того, кто помнит самое начало. Для одного из тех программистов.

Сам Виталик не застал тех времён, ему только рассказывали о них. Да и с теми программистами знаком почти не был. Видел как-то Гудвина – пришёл из отдела по тестированию докладывать ему о проблемах, а тот откинул назад голову с аккуратно уложенными ниже плеч волосами и, сунув ему сигаретку, сказал: «Расслабься, Виталик, что ты так переживаешь?». Они покурили, а после той сигаретки нынешний программер до вечера глюки ловил, его чуть не уволили тогда.

И когда в ответе программы показался сигнал «Код 8» – запрос идентификатора оператора – Виталик чуть не вздохнул от облегчения вслух. Он не ошибся. Там в самом деле был кто-то из тех, кто начинал эту игру. Кто-то из тех, кто по слухам умер на рабочем месте и ушёл внутрь игры ещё до того, как туда стали копировать всяких смертников.

Гудвин стоял и наблюдал за парнем-донатером. Тот отбивался грамотно, аккуратно и, похоже, мог так довольно долго. Ресурса у него явно хватило бы ещё очень надолго. Но главное, чего хотел добиться Гудвин – увидеть, кто курирует это тело. Убить парня можно было в любой момент – телепорт, откачать воздух вокруг него, просто тупо закольцевать ему время, заставив сражаться бесконечно, или отражение ему нарисовать. Множество есть путей для убийства. Намного интереснее было другое – кто так нагло себя ведёт? И чего он хочет на самом деле?

И вдруг он увидел сквозь заклинание идентификации, что совсем рядом с дерущимся донатером кто-то шепчет «Код 31, код 31…».

Гудвин удивлённо поднял брови. Код никогда не работал даже в бета версиях, он использовался только на самых ранних стадиях разработки, когда технология только осваивалась, когда люди в самом деле с риском для рассудка ныряли в игру – проверить баланс разработанных тварей, проверить стабильность алгоритмов и аварийно остановить всё, если что-то пойдёт не так.

Такой код сейчас мог означать только одно – кто-то из тех, кто помнит его значение, пытается просигналить ему, Гудвину. Вызвать на переговоры. Хочет попросить остановить драку?

Гудвин и не подумал останавливать поток демонов. Зачем? Ясно было, что сигнал шлёт не сам донатер, а как раз тот, на кого Гудвин хотел бы посмотреть. Тот, кто послал его сюда. Гудвин мысленно коснулся напрямую кода игры.

«Представься», – сказал он.

«Код 8», – полетело туда, в реальность.

Виталик торопливо стучал по клавишам. По его спине ручьём лил пот, пальцы подрагивали, уши ловили каждый шорох за спиной.

Вот босс встал прямо у плеча, сопит зло, нетерпеливо. Сопит – это хорошо, значит прямо сейчас стрелять не будут. Пока начальник совсем рядом, стрелять не будут. Наверное. Кибер… где кибер? Он, зараза такая, совершенно беззвучно движется. Неизвестно, откуда ударит смерть.

А из игры Виталика спрашивал Гудвин. Тот самый Гудвин, что когда-то говорил легко и добродушно, угощал сигареткой. Сейчас он был строг и сердит. Программер еле удерживался от того, чтобы не начать умолять открытым текстом. Не потому, что был слишком горд – рядом со смертью не до гордости. Просто мольбы может понять сопящий над ухом босс. И надо было кодировать каждое понятие.

«Я Виталик. Я сейчас ведущий разработчик, а раньше был в отделе креатива. А до того – в тестировании...»

«Я Гудвин. А ты по-прежнему напрягаешься?»

«Гудвин, помоги мне! Меня хотят убить!»

«А меня уже убили. Бывает, Виталик».

«Гудвин, слушай, я не хотел засылать такого танка. Я не хотел ломать код игры».

Молчание. Ожидание. Демоны приостанавливаются. Виталик понимает, что надо говорить дальше. Больше. Подробнее.

«Гудвин, ты ж знаешь, что старый босс умер?»

«Блут-то? Неужели кто-то думает, что это я его?»

«Его сын взял контроль над компанией и хочет меня убрать».

«Сын? А что, у Блута был сын?»

«Да не у Блута, у Бориса, у босса. В реальности, Гудвин».

«Не напрягайся так. Что такое реальность, Виталик?»

«Гудвин, меня держат на мушке, я не могу играть в загадки. Меня тупо пристрелят».

«Добро пожаловать в смерть, Виталик. Здесь не так и плохо. Хотя, конечно, смотря как устроишься…»

Теперь замолчал Виталик. Надо было собрать мысли в кучу. Надо было придумать аргументы, которые имели бы значение для Гудвина.

Что может быть важно для Гудвина? Для того самого Гудвина, что советовал не напрягаться и, кажется, даже тогда, при жизни не делал большой разницы между жизнью и смертью.

Живые и мёртвые… Мёртвые и живые…

– О, вроде угомонились, – сказал босс и потрепал Виталика по плечу.

Потрепал одобрительно, как собачку, но Виталик чуть не закричал от неожиданности и отвращения.

Выхода не было. Он решил рассказать Гудвину всю правду. Если Гудвин решит держаться в стороне, Виталик может не дожить до следующей встречи с кем-то из первых. Но что делать? Оставалось только надеяться уговорить Гудвина помочь. В конце концов, насколько помнил Виталик, Гудвину должен был быть противен босс сам по себе.

Реальный мир. Дом игрока

Мёртвые и живые.

Сегодня ночью мне приснился Эффир. Он стоял голый и надевал на себя парадную форму ST.

– Квест надо выполнять, – сказал он, глядя мне в глаза.

Персонаж надел мундир, но застёгиваться не стал, и голый живот блестел из-под одежды.

Появилась Лиза, стуча копытами стала танцевать вокруг Эффира, потом взмахнула плетью и оторвала ему голову. Кровь хлынула вверх, Лиза припала ртом к разорванной шее и начала жадно пить. Голову Эффира девушка держала рукой за волосы, и она покачивалась туда-сюда. Когда повернулась ко мне, голова сказала:

– Не бойся, мёртвые, живые. Живые, а потом мёртвые. Главное – квест!

И я проснулся.

Помотал головой, прогоняя сон. Прошёл на кухню, налил себе стакан воды и выпил, проливая на живот. Вернулся обратно. Подумал, что как-то я, наверное, слишком увлёкся этой игрой. Может, не стоит?

Постоял, глядя на лежанку-ремни-датчики. Сел и начал застёгивать на руках и ногах датчики. Завтра привезут настоящую капсулу, такую большую, что придётся втаскивать через окно. С ней я смогу жить по-настоящему в мире, где я чего-то да стою, а пока...

Пора было доделывать квест. Не то живые так и не станут мёртвыми, а мёртвые – живыми.

Глава 26. Нет праведников

Гудок с улицы заставил меня поднять голову. Я поспал. Наверное, поспал. За окном потемнело. Парный гудок повторился, кто-то кого-то торопил или просто был навеселе. Таверна, находившаяся на отшибе, была в стороне от дорог города, по таким улочкам всё больше ездят на лошадях, попрекая паровой прогресс.

Поднимаясь к окну, звонко наткнувшись ногой на пустую бутылку вина, которую совсем не помню, как приговорил, я выглянул. Внизу была автокарета, блестящая полированным деревом и чёрным металлом, с откинутым верхом и, как и положено, гудком, на который снова нажала Нори.

– Прыгай в штанишки, зайчик, и собирайся – время кошмарить семерых козлят и мстить за Наф-Нафа с Нуф-Нуфом!

– Яков мстить! – высказался Яков.

– Конечно, мой хороший, не по головке же их гладить, – снисходительно бросила назад Нори.

– Кого, куда мстить? – спросонья не сообразил я.