"Фантастика 2023-196". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 202

На левом фланге группа грибов-игроков прорвала все-таки атакующий строй гномов. Толстый гриб, весь обвешанный железом, собственным телом навалился на пики, придавив их к земле. Прямо по нему вперёд забежал тощий полугриб-охотник, непрерывно стреляя во все стороны из двух маленьких ручных арбалетов. Как он успевал их перезаряжать было непонятно, наверное, какой-то классовый скилл. Девушка-лекарь выкрикнула заклинание, и толстяк поднялся, как ни в чем ни бывало. Гномы начали отступать, пытаясь снова сомкнуть строй. Трое игроков пытались удержать прорыв, закрепившись и не давая строю бородачей сомкнуться, грибы-пехотинцы выкапывались из земли и следовали за ними. В ходе битвы Марио вдруг показалось, что он вот-вот заметит что-то важное.

– Ура! Мы ломим! Гнутся гномы! – заорал Сашуас.

Марио сбился и понял, что всё это только показалось.

«Нервы ни к черту», – подумал он. – «Так скоро слоны начнут мерещиться! Розовые. С жёлтыми бантиками».

Позади гномов на левом фланге из рощицы вдруг выкатилось здоровенное облако дыма и пара. Марио повернул голову и всмотрелся.Сперва были видны лишь отдельные кусочки – искры, вылетающие из невысокой трубы, черная дыра, похожая на жерло здоровенного орудия, шипы, торчащие на броне.

Потом все сложилось. Гномы создали паровые танки нового типа. Огромные, лязгающие и грохочущие чудовища, что скрывали под бронёй мощные котлы и ползли вперёд хоть и медленно, но неудержимо.

Марио глянул через код игры и увидел, что танк ведут двое игроков и с десяток нпс. Из оружия на танке стояла паровая пневматическая пушка, выплёвывающая снаряды под воздействием нагоняемого поршнями давления – медленная в зарядке, но способная вести полуавтоматический огонь, буквально плеваться ядрами, кроме того не требующая пороха, который в этом танке легко мог бы взорваться от искр и простого перегрева.

Марио усмехнулся и спустя мгновение произнёс:

– Пликс, где-то тут у нас стоял лом. Подай, пожалуйста.

Сашуас вытаращил глаза, воскликнув:

– Против лома нет приёма!

– Точно, – ответил вождь. – Буду экономить ману.

Он взвесил ломик на руке и разобрал себя на споры, собрав уже позади танка, что выглядело чисто как телепортация, которую, к слову, Марио так и не постиг.

В лицо ударил горячий запах копоти и дыма, в уши – оглушительный лязг стали. Михаил аккуратно вставил лом прямо в сочленения гусеницы. Трак жадно затянул железный штырь в себя, будто голодное чудовище, и танк пошёл юзом. Внутри что-то хлопнуло, словно порвалось, и весь механизм на мгновение заклинило. Массивная машина встала, всё ещё пыхтя на месте. Наверное, сейчас гномий механик ломал голову, что же их остановило, под крики-команды своего командира.

Марио отошёл назад, когда конструкция паровой мысли сделала ещё несколько чихающих раскачиваний, а потом закрутилась вокруг своей оси, оставляя на земле лопнувшую левую гусеницу.

Грибы-солдаты заорали что-то радостное, когда бронированная громадина превратилась в бесполезный волчок, нелепо задрав пушку куда-то в небо и чихнув последний раз, чтобы заглохнуть окончательно.

Гномы отступали к танку, потеряв надежду, что громада стали и брони прикроет их от разгрома. Теперь они просто хотели отойти назад, под прикрытие орудия.Марио уже собрался обратно – здесь оставалось дел лишь для пехоты, как вдруг танк вздрогнул. В нижней части брони открылись большие отверстия, а из них во все стороны брызнула тёмная вонючая жидкость. Жидкость, которую тут же охватил огонь язычками пламени, струящимися также из-под днища машины.

Грибы, что успели подбежать, преследуя гномов, и сами гномы – все они разом заорали от боли, сгорая заживо. Марио еле успел подавить рефлекс поставить ледяной щит – от такого пламени не поможет, в лучшем случае даст выигрыш в пару секунд. Магический лёд быстро растопило бы вполне реальное пламя. Он разобрал себя на частицы и воспарил над боем, держась подальше от огня, медленно отлетая в штаб, и, опасаясь пропустить что-то ещё, скользил взором по битве.

Наверное, игроки решили не дать грибам захватить танк, а может, так и было задумано. Наверное, изначально они хотели включить огненный ад, когда доберутся до позиций грибов.Наверное.

Сейчас вокруг танка воцарился кошмар – пламя выжигало подземную грибницу, плавило доспехи своих и чужих, и скорее всего даже внутри танка никто в живых не остался. Просто игроки купили возрождение, а нпс… Кто их когда-либо считал?

Михаил смотрел, как гномы жгут своих же. Как игроки жгут неписей. Грибы там погибли тоже, много, но всё же большинство успели отойти. А вот гномы оказались в ловушке рядом с собственной бронемашиной и пали жертвой небрежности игроков.

Марио поморщился. Гномов было не жалко, они, в конце концов, враги. Но в который раз уже за сегодня он вспоминал это странное видение. Кто он сам такой? Игрок или уже нпс? Вроде бы игрок – он ведь был человеком, по-прежнему мог купить возрождение. Но реальное тело его давно сгорело в тюремном крематории. Так же, как сейчас горят те гномы.

И тут он заметил странное.

Сперва он не понял, что именно видит. Всмотрелся глазами, потом через код игры. И понял, что умирающие в муках в ожесточённой битве, горящие заживо в “дружественном огне” не исчезают, а каким-то непонятным образом словно уходят куда-то. И вдруг он вспомнил того мёртвого рыцаря, которого ему показал голос Бездны в видении.

Сколько их было – убитых? Умерших от магии или оружия, от хитрости или силы. И если они все не исчезли насовсем то, где они? И может ли кто-то достать их оттуда?

Марио стало по-настоящему страшно. Он медленно материализовался возле Пликса.

– Надо будет послать к гномам послов. Пора мириться. Хватит этого всего.

Глава 7. Раб Лампы

Это был кислотный ливень, один из тех, благодаря которым вот уже пару столетий всё, что не успевает укрыться и не имеет специального покрытия, рискует быть разъеденным и разрушенным коррозией. Так на планете погибли животные и птицы, некоторые виды насекомых адаптировались, некоторые виды грызунов тоже. Теперь, чтобы посмотреть на тигра или, к примеру, на собаку, надо идти в зоозоны.

Когда-то давно было такое понятие как дикая природа, но сейчас не было никакой природы ни дикой, ни одомашненной. Вместе с животными исчезли и веганы с вегетарианцами всех мастей. Теперь все, у кого хватает манкредов, питается синтезированной пищей, у кого не хватает – вынужден охотиться на крыс и насекомых, однако права паразитов никто не защищает, что называется «Человечество доигралось».

Капли скользили по моему оптоволоконному телу, ещё до начала ливня выделившего иридиевую чешую, распознав дождь как химическую угрозу. Я поднял голову, вглядываясь в серо-зелёное затянутое небо. Только во время ливня не работали галорекламы – такая же ложь, как и всё здесь – и мир можно было увидеть таким, какой он был на самом деле. За деньги и непрерывную тягу к обогащению человечество махнулось не глядя, отдав звёздное небо, синюю атмосферу и всех остальных братьев по планете, оставив лишь не смирившихся дельфинов.

Отсутствие гормонально зависимого тела дало мне много возможностей, я взглянул на мир иначе: не нужно есть и пить, не нужно искать плотских утех. Забавно, что даже игра перестала радовать так, как раньше, а всего-то стоило разбиться при прыжке со шлюпки на шлюпку.

Крыша тридцатиэтажки в благополучном районе наполнялась кислотной водой, но я сидел на бортике, привстав на носочках и невольно изображая спайдермена.

С момента того прыжка вся моя послежизнь стала целиком тем, что я умел и практиковал при жизни. Мне дали новое тело, но не дали покоя, мол, не заслужил ты, Филя Логунов, забвения, как тот же Мстислав. Не заслужил ты и царствования, как Рафи Нож. Но заслужил бесконечную цепочку квестов, суммарно характеризуемых как «подчистить за игрой».

– Вам не всё равно, кого убивать? – осведомился как-то Зу. – На войне вы убивали и за меньшее!