"Фантастика 2023-196". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 283

Из досье:

Генные трансформы: наспинный игольчатый пуленепробиваемый панцирь, удалённые ребра изначальной формы для удобства группировки в шар из шипов, панцирь на предплечьях и голенях.

Скиллы: Дендромаг Спирита 18 ранга, повелевает духами растений.

Атлетика: Средняя.

Страхи: Не выявлено.

Зависимость: Листья коки.

Отношения: Не выявлено

Детская мечта: Озеленение Марса, найти лекарство от репродуктивного стопа.

Слабые места: Анализ слабых мест показал, что СуппиС2 всецело полагается на духов природы, возможно, слабое место — её ботанический сад.

Справка составлена Т6.

Пометка Т2:

В ходе разведки заметил, что духи видят сквозь завесу, пробую нанять убийцу.

Эйни отвлеклась от чтения вслух и посмотрела на Чака, который гнал машину в направлении оранжереи Суппи.

— Смотри, а у неё атлетика средняя, — вслух удивилась девушка.

— У неё и рёбра удалены, — парировал Чак. — Может, потому и отношений нет, и слабое место лишь ботанический сад.

Лицо девушки налилось румянцем.

— Кроме того у ежей такие языки, что им вообще никто не нужен. И ведь удобно! Я, типа, ёж, нам положено в клубок сворачиваться уметь, — продолжил рассуждать Чак.

— Прекрати, рейтинг в Спирите упадёт! — Эйни легко ткнула Чака кулаком в плечо.

— А я себе тогда рёбра удалю и в ежи подамся, вот у кого со Спиритом хорошо обстоит. Заметила, кстати, она восемнадцатого ранга, и — мне не снится это? — она маг! То есть, в нашем мире есть магия, а мы не в курсе? — болтал как заведённый Чак.

— Это значит, что у неё вторая несгорайка уже, и Спирит ей дал две способности. А то, что мы не в курсе, так это не мудрено, если за нами, ищущими, ведётся такая охота.

— Спирит! — позвал Чак, и пред ним высветился его рейтинг: 27000. — О! Смотри, после посещения дома Безликого вырос на три тысячи.

— И у меня, — оживилась девушка. — Плюс простили те сотни за произнесение того слова.

— Сума сойти, магия существует, — улыбнулся Чак, наверное, тоже с приходом Спирита.

— Наверное, желания у людей разные бывают, — согласилась Эйни. — Кстати, волки пишут, что связи с Мячом нет, а его коммуникатор, судя по пеленгу, оставлен дома. Как можно не брать куда-то свой коммуникатор?

— Если идёшь убивать, то можно и нужно, — покачал головой Чак.

Дом Суппи находился в лесополосе, куда не вели флай-линии, а пролегала лишь извилистая дорога, больше похожая на утоптанную широкую тропинку. Чак посмотрел на Эйни, а девушка лишь, как бы извиняясь, пожала плечиками, за то, что придётся двигаться пешком.

Они вышли из бронемашины, не забыв экипироваться по полной ещё в салоне. Густота леса была такая, что кроны закрывали солнце сплошным ковром. Ребята шли на расстоянии двух метров, Чак держался немного впереди Эйни, лисодевочка приготовила свой автомат, сжимая его пред грудью.

В лесополосе пели птицы, то и дело прыгали мелкие приматы и суетились крупные насекомые: стрекозы и бабочки.

— Надо будет спросить, сколько она зарабатывает, — вслушивался в окружающий мир Чак, общаясь с Эйни через гарнитуру шлема. — Мы в частных владениях, а тут животных тьма, можно было свой завод открыть и людей туда наделать.

— И превратить чудесные сады в очередное гетто? — как бы упрекая за саму мысль, спросила Эйни.

— Да я так, к слову, — сканировал местность Чак, пока они не подошли к полупрозрачному куполу, мутному из-за высокой влажности внутри и осевшей по всему периметру гигантской полусферы росы.

Пара часов назад. Линия Мяча

Он знал, что впереди его ждёт кто-то опасный. Мяч подробно прочитал досье, оставленное вместе с пластиковыми деньгами за голову фурри ежихи из вокзального сейфа.

“С того момента, как ты взял деньги, ты нанят”, — гласил кодекс наёмников.

Объект был женского пола, что кота никак не смущало. Глупо думать, что с девушкой будет легче, но вот одно не сходилось в белошёрстной голове Мяча — в досье было указано, что цель — маг. Белый порошок разгонял мысли убийцы, однако магия всё равно была за гранью его понимания, как и какие-то пометки про древесных духов.

Ночью все кошки серы, и поэтому белошёрстный фурри выбрал для работы день. Мяч бежал бесшумно, отталкиваясь от корней деревьев, веток и даже воздуха. Лёгкий костюм ниндзя усиливал и без того атлетичное тело звероморфа, а реактивная система стабилизации падения так вообще наделяла носителя чуть-ли ни волшебным даром скольжения над землёй на длинных прыжках.

Флайбайк был далеко позади, а впереди ждала сферическая теплица метров сто в диаметре. Мяч оттолкнулся, кликнув на турбины, чтобы те подбросили его ещё выше, и, кувыркнувшись в воздухе, мягко, как и положено кошкам, приземлился на крышу строения. Пальцы коснулись шлема, переключая его в разные скан-режимы. Тепловизор зашкалило — в теплице было теплее, чем снаружи, и где-то внизу неспешно передвигалось почти сливающееся с общим тепловым фоном пятно. Мяч прицелился сквозь коллиматор пневматического пистолета, но, взвесив все за и против, решил, что стеклопакеты искажат полёт стальных шаров. Кроме того, там, в досье цели, было что-то указано про генную броню. С сожалением киллер спрятал оружие обратно в нагрудную кобуру.

Шлем не фиксировал внутри купола никакой сигнализации: ни тебе объемников, ни тебе инфракрасных лучей, не было видно и турелей с минами. Так почему же заказчик платит за простую девушку ежа, как за лидера клана?

“А, ну да, передо мной же маг!” — улыбнулся удачной шутке Мяч. — “Как превратит меня в лягушку, как заказы буду брать? Опять же, придётся прятаться от французской диаспоры”.

“Хех, клиент сам себя не убьёт”, — решил поторопиться головорез и, достав из разгрузки лазерный резак, начал пилить круглую дыру в стеклянном потолке.

Насыщенный запахами воздух ударил теплом и влажностью, пытаясь выбраться из искусственных тропиков. Звероморф сдвинул вырезанный тяжёлый пластиковый круг в сторону.

“Я там весь вымокну”, — подумал Мяч и, зацепив трос-кошку за металлическое перекрытие, плавно соскользнул вниз.

Лапы наступили на что-то мягкое, а руки с еле слышным звоном обнажили катаны.

“Понеслась! Начать и кончить!” — подумал мохнатый киллер.

Цель была совсем рядом, каких-то пятьдесят метров. Но тут что-то едко укололо кота в шею, как раз в зазор между наплечной броней и шлемом. Рефлекторно киллер прижал кулак с рукоятью меча к своей шее, коготки фурри потянули на себя то, что кололось и мешало. Это был шип какого-то растения. Длинный, почти с коготь Мяча, красный от крови и пахнущий чем-то токсично сладким.

Реальность дрогнула, и зелёные стволы деревьев поплыли в сторону, будто начали кровоточить мерцающими цветами радуги. В голове убийцы заиграла музыка — это были песни принцесс из детских Дисней мультиков, однако слов Мяч разобрать не мог.

Свет синих ламп моргнул и погас. Киллер огляделся, переключив шлем в режим прибора ночного видения. Вытоптанная тропинка, на которой он сейчас стоял, извивалась, но необратимо вела к яркому дверному проёму. Тень шагнула из света прямо на него. Очертания не могли принадлежать кому бы то другому, этой фигуры Мяч не забыл бы никогда. Казалось, прошло уже двадцать лет с момента его первого раза, его первой забранной жизни. Хатомо Макодзуки — глава клана Бешеной Пустоты — был давно мёртв. Глаза фурри лиса светились яростью, а в обеих руках тень сжимала длинное копьё. Силуэт приближался всё ближе и ближе, и кот мог видеть сгнившие ткани его лица, выцветшую от времени, некогда рыжую, а теперь белую шерсть, слипшуюся грязными колтунами, а из-под этого всего кошмара просвечивали бело-жёлтые, острые как бритвы зубы.

Хатомо узнал своего убийцу.

— Малыш Меч, вот мы и снова встретились, трусливый кот! Ты думал, яд убьёт меня навсегда?! — силуэт попробовал засмеяться, но из пасти лиса начала стекать какая-то вязкая тягучая жидкость.