"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Далин Максим Андреевич - Страница 1145

— Он что же, в одиночку ночью ехал по лесу? — недоверчиво хмыкнул я. — Бежал от кого-то? Или потерял разум?

— У него дочь в Хорагве чем-то нехорошим заболела, — посмотрев в сторону шатра, пояснил Сэдо. — Но он не из личных слуг, поэтому его отпустили домой. Наверное, думал — проскочит. Мы на той дороге редко стоим.

«Ага, или это классическая подстава», — хмыкнул про себя я и, кивнув Сэдо, направился к княжескому шатру.

Глава 2

Дзинмаку князя находился в центре лагеря, и шатром я называл его только по аналогии с палатками военачальников на Земле. У шатров все-таки есть какая-никакая крыша, а здесь — два десятка палок, обтянутых плотной материей с нарисованными гербами. Нет, так-то тут замерзнуть нельзя: температура даже по ночам градусов двадцать, но дожди бывают достаточно часто. Впрочем, Нори дождь нипочём, он с водой дружит. Я тоже дружу, хотя одежду сушить на себе не умею. Да и шатра у меня своего нет…

Я шёл по лагерю, кивал в ответ на приветствия солдат и думал о запланированной операции. Допрос перехваченного мужика меня интересовал только отчасти. Ведь даже если это не подстава соседей, вряд ли этот тип что-то интересное нам расскажет. Слуг у дайме как бы ни сотня, но большинство из них видят своего господина только по праздникам, и уж точно ничего не знают о его делах.

С другой стороны, то, что мне нужно, я знаю. От месторасположения шатра Ясуо до распорядка его телохранителей. Пленных за два месяца у нас побывало немало, и все они охотно шли на контакт. И все это без дыб, щипцов и иголок под ногти. Когда у тебя в отряде ёкай-менталист, никаких пыток не требуется. Главное — задавать правильные вопросы. Ведь, даже находясь под контролем, человек способен следить за своим языком, но, если спросить напрямую — он не сможет тебе не ответить. И соврать тоже не сможет, хотя тут возможны некоторые варианты…

Поприветствовав стоящих возле шатра ребят, я зашёл внутрь, и звуки лагеря тут же пропали. Не знаю уж, как называется такое заклинание, но конторские отдали бы за него душу дьяволу. И даже интересно, работали бы в этом шатре «жучки»?

— …не часто бывал в центре лагеря, сам не видел, но Озэму-бронник говорил, что госпожа всегда уходит спать в свой шатер…

От размышлений на тему прослушки меня отвлёк сухой надтреснутый голос. Допрос уже идёт, и Нори, как всегда, спросил про Аяку. Нет, парня понять можно. Свою сестру он боготворил и до сих пор не отошёл от предательства.

То, что Аяка в лагере, нам известно уже давно. Красно-белый шатёр без камонов[245] в сорока шагах от ставки главнокомандующего. Отвратная ситуация и изощренное унижение. Все вокруг ведь прекрасно знают, кто невеста их господина. И если после предательства я относился к Аяке с презрением и… пониманием, то сейчас убил бы её, не задумываясь. Впрочем, делать я этого, конечно, не буду. Не хочу расстраивать своего побратима…

Обойдя две ширмы с вышитыми на них птицами, я прошёл в главную «комнату» и кивком поприветствовал князя с Коямой. Мысленно поздоровавшись с Эйкой, подошёл к ней и, смерив взглядом пленника, так же мысленно поинтересовался:

— Что за тип?

— Помощник мастера камней, — пояснила кицунэ, не спуская с мужика взгляда. — Спешил к больной дочери, и его перехватили ребята Сэдо Танаки. Не лжёт, не закрывается, только ничего нового он не сказал.

Мужик выглядел достаточно опрятно, с учетом того, что произошло с ним прошедшей ночью. Серое кимоно промокло и обляпано грязью, но разорвано всего в двух местах. Оружия нет, на скуле оплывший кровоподтёк, в глазах тоска мешается с болью. На вид — не старше сорока лет. Щуплый, одет небогато. С виду — обычный работяга, которых с армией приходит едва ли не больше, чем солдат.

Ну а помощник мастера камней — это один из тех, кто создаёт все эти сады из булыжников. При этом я даже знаю, где именно он работал. Хояси разбили свой лагерь вокруг небольшой рощицы с озерком, и часть этой рощи закрыта для посещения простыми солдатами, поскольку там отдыхают старшие офицеры. Кусок озера, кувшинки, деревья и десяток покрытых мхом валунов — местным для релакса много не надо. Посидел, полюбовался, подумал — и уже вроде как отдохнул. Не знаю, правда, чем конкретно занимается этот мужик, но я был прав — ничего интересного мы от него не узнаем.

— Господин, я просто слуга, — словно прочитав мои мысли, произнёс пленный. — Я все вам рассказал. Не убивайте… У меня дочь… Моя Мика… Ей нужно лекарство, без него она умрет, а я…

— Никто не собирается тебя убивать, — Нори поморщился и посмотрел на меня. — Ответишь ещё на пару вопросов и езжай куда ехал. Таро-доно[246], — князь кивнул на пленного, — у тебя есть, что спросить?

М-да… Вот так сходу и, не зная о чем они тут говорили? Впрочем…

— Что-то необычное в последнее время в твоей работе случалось? — задал я вопрос ради вопроса. — Может быть, разговор какой услышал?

— Нет, — на мгновение задумавшись, потряс головой мужик. — Ничего необычного. Нам запрещено приближаться к господам самураям. Разговоров не слушаем, хотя… — Он тронул свой подбородок и посмотрел на меня. — Ясуо-сама перенёс медитацию на ближайшую ночь. Раньше он никогда так не делал. А у нас ещё мох как следует не отрос…

— Мох? — поморщился я. — Это тот, что на камнях?

— Да, — покивал пленник. — Мы же его специально выращиваем. А после каждой медитации он темнеет и осыпается.

— Ясуо Хояси медитирует в Тонком мире? — неожиданно включилась в разговор кицунэ. При этом спокойно стоящая девушка вдруг стала похожа на спаниеля, увидавшего за забором соседскую курицу.

— В Тонком мире? — мужик наморщил лоб и непонимающе посмотрел на лисицу.

— Он исчезает во время своей медитации или нет? — терпеливо пояснила та.

— Да исчезает, — помощник мастера покивал. — В лагере говорят, что господин Ясуо ходит советоваться со своим погибшим отцом, но люди болтают разное. Сам я утверждать такого не буду…

«Ага, с отцом он болтает, ну да, — мысленно хмыкнул я. Ведь, поначалу мне не был понятен такой интерес лисицы к медитациям, но теперь картинка сложилась. — Если мох темнеет и осыпается после „каждой такой медитации“, то Ясуо определенно с кем-то встречается, но только вряд ли с отцом. И вот казалось бы: тупой вопрос, чтобы отстали и как угадал…»

— Ты думаешь: это Илит? — князь тоже просек фишку и мысленно обратился к лисице. — Растения же умирают от Хаоса?

— Ещё от Тьмы, но вряд ли Ясуо встречается с Сэтом, — ответила Нори лисица, а вслух произнесла:

— А как часто твой господин проводил медитации?

— Раз в две декады, через час после захода солнца, — пожал плечами мужик. — А сейчас восемь дней только прошло. Мох ещё не отрос…

— А этой ночью тоже в это же время? — уточнил князь и, дождавшись утвердительного кивка, обернулся к Кояме. — С этим все. Ребятам скажи: мешок на голову, на коня, довести до дороги и пусть едет, куда ехал.

— Подождите! — Эйка сделала останавливающий жест. — Сейчас Иоши-сан подойдёт. Это важно…

Тануки появился примерно через минуту. Поздоровался со всеми, затем внимательно взглянул на пленного и, протянув ему какой-то корешок, произнёс:

— Вот лекарство для твоей дочери! Отрежешь кусок с ноготь, растолчешь и зальешь кипятком. Два часа настоится — и дай дочери выпить. Часа через три лихорадка пройдёт. Остальное в течение дня раздай таким же больным. Там ведь не она одна заболела…

М-да… И в этом они все… Князь, не казнивший ни одного пленного, и ёкай, старающиеся помочь каждому, вне зависимости от занимаемой стороны. Впрочем, ничего удивительного. Потомок богини Милосердия вряд ли станет серийным убийцей, ну а Иоши с Эйкой по-другому просто не могут. Для них помогать людям, как для Нэко лечить. Полагаю, енот все утро лазал по лесу в поисках этого корешка, но зато теперь куча народа излечится от смертельной болезни. Люди ведь не просто так почитают ёкай Синего леса. Хотя, я вот тоже ёкай, но никакого особого человеколюбия за собой как-то не наблюдаю…