"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Далин Максим Андреевич - Страница 348

Ра и Госпожа Ит-Ор вошли в тёплый покой. Женщины из свиты забрали их плащи; на минутку остановившись перед зеркалом, чтобы дать Госпоже Смотрительнице Покоев поправить церемониальную причёску своей Государыни, Ра не удержалась от нового вопроса:

– Как же они могут быть в тесном родстве вообще без чужих? А их жёны? Они ведь не могут вызывать на поединки своих родных братьев? Говорят, Небеса карают за такой грех тяжело и страшно…

Вдова Нэр усмехнулась невесело и, пожалуй, жестоко – но ласково сказала Ра:

– Вы проницательны и умны, моя дорогая Племянница. Поединок с Братом – преступление в землях Братства, как и поединок с Настоящим Мужчиной или Прирождённым Мужчиной вообще…

– «Прирождённый» – это Всегда-Господин?

– Да. И это сам Лев, конечно, это Львята, это Волки-воины со своими Волчатами, это вся знать Лянчина поголовно. Двое лянчинских аристократов не запятнают себя, скрестив клинки в поединке за любовь – они же считаются кровными братьями, даже если это не совсем так.

Сестричка и Забияка Ю-Ке, подойдя ближе, слушали слова Вдова Нэр, как недобрую сказку; Госпожа Ит-Ор скрестила руки на груди, прикрывая душу от зла. Ра спросила, хотя чувствовала – ответ будет неприятен:

– Но, дорогая Тётушка, вы не ответили, с кем они вступают в брак. Если со своими нельзя, то с чужими, очевидно, низко?

– Вы будете настоящей Государыней, – сказала Вдова Нэр нежно. – Вы понимаете суть и задаёте правильные вопросы. Всё верно. Жён у них нет, и в брак они не вступают.

– А дети?

– Как же можно без детей? Ведь им нужны новые Львята и Волчата, хищники, рождаемые для грабежей и убийств, натаскиваемые на грабежи и убийства, готовые грабить и убивать, стоит их Льву подать знак. Грабители и убийцы, расширяющие границы войнами – вот кто они. Их очень много, все они зовут себя Прирождёнными Мужчинами, а их несчастные рабыни, те, кто рожает им детей, никогда не становясь возлюбленными – это любые Юноши, не входящие в Братство и оказавшиеся на дороге Братьев в недобрый час.

– Хок! – не выдержала Сестричка. – Как это возможно?!

– Боевые трофеи, – продолжала Вдова Нэр. – Пленные. Дети крестьян, дети ремесленников, дети купцов, дети всех работяг Лянчина, которые считаются рабынями хищных зверей просто потому, что звери имеют право их взять – потому, что несчастным не повезло родиться Настоящими Мужчинами. Государыня должна знать, с кем именно граничат наши южные земли. Они впервые прислали послов, наши добрые соседи. До этого они лишь вламывались на нашу территорию с боями.

– Что же привело их теперь? – спросила Ра. – У них проснулась совесть или появилась добрая воля?

Госпожа Ит-Ор рассмеялась и Вдова Нэр улыбнулась.

– Маленькая Племянница, – нежно сказала Вдова, – таких приводит лишь страх и ненависть. В последней приграничной стычке в руки наших солдат попал Львёнок, молодой зверёныш, ещё не научившийся остерегаться. Мой покойный Брат написал Льву письмо, где пообещал поступить с этим зверёнышем, как с воришкой, попавшемся на мелкой кражонке – если Лев не начнёт переговоры. Это подействовало. Они же – Братья: бросить Брата в таком положении, если есть шанс что-то изменить – тяжкий грех. Если бы мы обещали убить маленького мерзавца, они огорчились бы, но не приехали бы сюда; мысль о том, что их Прирождённый Мужчина, да ещё львиной крови, будет рабыней какого-нибудь простака, если не хуже – нестерпима их самолюбию.

– Уважаемая Госпожа Нэр, – сказала Госпожа Ит-Ор, – я подумала, что лянчинцам вряд ли понравится присутствие женщин на аудиенции… Хотя они и привезли с собой свою женщину, всё же…

– Среди послов женщин нет, – сказала Вдова Нэр. – И не может быть. Женщина – грязная вещь, интимная принадлежность. Такое не показывают Государю враждебной державы.

– А мне тоже показалось, – сказала Ра. – В свите были люди без оружия, мы подумали…

– Это никудышники, – сказала Вдова Нэр. – Милая Сестричка Лью, учитесь властвовать чувствами – если вас затошнит в зале для аудиенций, будет нехорошо.

– Простите, Уважаемая Госпожа, – смущённо сказала Лью, прикрывая лицо рукавом. – Это не я, а ребёнок. Мне только удивительно – как это никудышники могут быть в свите Ближайших Родственников Государя? Если им женщины – грязны, неужели никудышники чище?

Вдова Нэр поправила Лью выбившийся локон, как собственной дочери.

– Вам будет тяжело понять, дорогая девочка, – сказала она. – Никудышники чище именно потому, что не касаются женщин. Именно никудышники служат их единственному богу – все прочие люди, по общему мнению лянчинцев, недостаточно хороши для этого. Вам, вероятно, будет ещё удивительнее узнать, что жрецы Творца-Отца и советники Льва проделывают с собой это увечье по доброй воле и чуть ли не самостоятельно.

– Теперь уже тошнит и меня, хотя я и не жду ребенка, – заметила Госпожа Ит-Ор.

– Я говорю вам это вовсе не для того, чтобы ваша неприязнь к южанам усилилась, – сказала Вдова Нэр. – Теперь время переговоров, вы узнаете о лянчинцах многие вещи, скрытые прежде – но то, что мы уже знаем, вам хорошо бы иметь в виду, дабы высказать все опрометчивые суждения среди своих, а не в зале для аудиенций.

– Я поняла, – сказала Ра. – Это всё равно, что этикет перед боем.

– Это должен быть этикет вместо боя, – возразила Вдова Нэр. – Мы должны победить, не обнажая клинка – от этого зависит спокойствие наших границ и счастье подданных.

– Мы ведь не отдали ни клочка земли за последние сто пятьдесят лет! – воскликнула Забияка Ю-Ке. – Варвары получают отпор всякий раз, когда суются через наши границы! Отчего нам любезничать с разбойниками? Мой Отец, Старший Брат и Муж – порукой тому, что врагов вышвырнут снова!

– Да, – кивнула Вдова Нэр. – Пойманный убийца будет казнен. Это спасёт от его руки других людей – но возвратит ли мёртвого домой живым? Солдаты Государя вышвырнут врагов прочь, но рабских клейм с лиц наших соотечественников не сотрут. Каково жителям приграничных земель оплакивать своих детей, погибших или похищенных во время набегов, даже если эти земли и не отошли Лянчину?

Забияка Ю-Ке пристыженно замолчала. Её, выросшую в Семье военных, жену юного офицера, всегда подводила горячность. Сложись поединок по-другому, Ю-Ке из Семьи Хен-Я ждала бы военная карьера – дипломатия никогда не была её сильным местом. Даже в нынешнем положении Ю-Ке без малейших сомнений отправилась бы за Господином О-Лэ на войну: слова Вдовы Нэр заставили её нахмуриться, она играла ножом, как прочие придворные дамы – веерами.

– Мы отправляемся в зал для аудиенций, а после нас ждёт обед, – продолжала Вдова Нэр. – Наша Государыня подаёт всем Дамам пример похвальной выдержки и спокойного разума – а я надеюсь, что ему последуют все её подруги. Госпожа О-Лэ, спрячьте нож – не стоит заставлять гостей чувствовать себя мишенями.

– А я не прочь заставить их так себя чувствовать! – проворчала Забияка Ю-Ке, но вернула нож в ножны и обдёрнула широкий рукав.

Ра тронула её за плечо.

– Забияка, милая, – сказала она тихо, – мы с вами отличаемся от варваров тем, что не показываем обнажённый клинок всякому, кто нам не по вкусу, правда? Даже если очень хочется…

– Наши мужчины тоже обречены терпеть их общество из гостеприимства, – вздохнула Забияка.

– Оэ, что за упрямство и боевой азарт! – воскликнула Госпожа Ит-Ор. – Мы еле заманили сюда этих робких южан, они с трудом преодолели страх, а теперь, завидев Забияку с её тесаком, непременно сбегут в ужасе – и пропали годы дипломатической работы!

На сей раз рассмеялась даже Вдова Нэр. Мгновения смеха позволили всем расслабиться и принять непринуждённый вид. Дамы, сопровождаемые Смотрительницей Покоев, шелестя шелками и распространяя запах лилий, розовой акации и хмеля, прошли Зимний Сад, отделяющий жилой флигель от официальных помещений, прошли Галерею Предков и Малый Храм – и оказались в зале для аудиенций. Гвардейцы отсалютовали обнажёнными клинками; Юноши и Мужчины, стоящие вдоль стен зала живописными группами, оживились – прибыли дамы, украсив встречу собой.