Персефона для Аида (СИ) - Михайлова Марина - Страница 52

— Я вижу, что он постоянно крутится рядом с тобой, вижу, как он всё ближе и ближе к тебе. Идёт и жалеет тебя, гонит на меня. Всё это бред. Ты не должна слушать его!

Зубы заскрежетали, ревность захватила в свой плен моё сознание.

— Мне никто другой не нужен, Хантер… Но сейчас… Ты пугаешь меня. — она попыталась отодвинуться.

— Прости, — я прижал её к себе — прости, просто меня раздражает его поведение. Что ты хотела у меня спросить?

С минуту она молчала, но не пыталась вырваться.

— Почему ты перестал… Ммм… — она замолчала,опустила голову, — Почему ты больше не пристаешь ко мне, как тогда в бассейне…?

— Ты это серьёзно?

— Вполне. Я понимаю, что что —то произошло и ты изменился по отношению ко мне. Я же не фарфоровая кукла, а ты как будто боишься меня сломать.

— Я вовсе не боюсь тебя сломать. Я больше не касаюсь тебя так, потому что боюсь, что не смогу остановиться. Не смогу затормозить…— честный ответ.

— А зачем? Со мной что —то не так? Ты… Ты не хочешь…меня⁇ — последние слова произнесла почти шепотом.

Вижу, как лицо краснеет, она кусает губы, пальцы накручивают край футболки. Она явно волнуется и не может этого скрыть. Касаюсь пальцами её подбородка, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Ты не представляешь, как я тебя хочу. С того самого момента, как ты вышла в моей футболке из душа в самую первую ночь в моём доме.

— Хантер, не подумай, что я прыгаю на каждого мужчину. Но меня притянуло к тебе, как магнитом. Это правда. И ведь тогда, в воде, ты…

— Снял с тебя купальник и ласкал твою грудь? И больше такого не повторялось, а тебе хочется?

Эмили смутилась, скрещивая руки на груди, как будто и сейчас она тоже была обнажена.

— О Боже. Не говори так, я сейчас провалюсь под землю.

Она потерла руками щеки, попыталась скрыть смущённую улыбку.

— Тебя волнует, что я не касаюсь тебя вот так?

Поставил бокал в сторону, придвинулся к ней, запустил руки под белую футболку, потянулся к застежке бюстгальтера. Она не отрываясь смотрела мне в глаза.

— Ты не боишься?

— Чего? — в голосе удивление.

— Ортон сказал мне что… — но Эмили не дала мне закончить.

— Понятно…— она резко отстранилась, одёргивая одежду. Обхватила себя руками. Как будто ей стало холодно, губы сжались в тонкую линию.

— Так это правда? Ты понимаешь, что должна сказать мне о том…

— О том, что я ещё никогда не была с мужчиной? — выпалила на одном дыхании и подалась вперёд — Да, это правда, разве это что —то меняет? Я не прокаженная… Просто я никогда не влюблялась, а трахаться просто так никогда не входило в мой обязательный список «сделать до двадцати лет». Это мой осознанный выбор… Я хотела встретить кого —то особенного, с кем бы мне хотелось быть по —настоящему, а не потому что «пришло время» или что —то типа того.

— Я понимаю. Просто никогда не встречал таких, как ты. Но тогда почему ты не боишься?

— Почему не боюсь близости с тобой? А нужно? Ты любишь садо —мазо или я чего —то не знаю? — наигранный смех.

— Ты должна была сказать мне. Ортону же ты сказала! — разозлился я.

— Просто я была пьяна! И это вылетело случайно! Он вообще не должен был…не должен был говорить тебе.

Я резко притянул её за руку, усадил на себя сверху. Обхватил затылок и впился своими губами в её губы. Они были всё ещё сладкие от сахара и вина. Она прервала поцелуй вопросительно глянув на меня. Видимо мои действия и поведение удивляли её. Но это был коктейль из ревности и непонимания.

— Ты должна меня понять, я должен был знать о таких вещах, чтобы не сделать тебе больно. У меня никогда не было. Ну знаешь. Всегда был кто —то до меня.

— В первый раз всегда больно. Во всяком случае так говорят…

— Я постараюсь это изменить.

Мои руки забрались ей под одежду, одним движением расстегнул застёжку и снял с неё бюстгальтер, вместе с футболкой, отбросив куда —то в угол комнаты, обхватил ладонями грудь. Она была мягкой и нежной, соски сразу же затвердели. Эмили запустила мне руки в волосы и потерлась об меня своей попкой. Мне показалось, что я сейчас взорвусь!

— Эмили… Эмили…— рваное дыхание, я не мог сосредоточиться

— Я хочу тебя…

Она стащила с меня футболку и потянулась к пряжке ремня.

Меня словно обдало жаром. Хотел взять её прямо здесь и сейчас. Сорвать джинсы, приникнуть губами к соскам, покрыть всё её мягкое и податливое тело поцелуями и, стянув с неё трусики, наконец войти. Заполнить собой. До упора. Член пульсировал, я знал, что она это чувствует, её губы нашли мои. Мягкие, сладкие… Она как источник, из которого я никак не мог напиться…

Сквозь пелену возбуждения, которое полностью затопило меня, я услышал покашливание. Открыл глаза и увидел, что моя мать стоит на пороге террасы.

— Блять! — ругнулся я, быстро хватая с пола свою футболку, прикрывая Эмили — Давно ты тут стоишь?

— Достаточно…— прошелестела мать.

Эмили спрятала лицо у меня на груди, не представляю какого ей сейчас. И даже не хочу представлять, что видела моя мать. Мы полуобнаженные, волосы растрепались, лицо горело огнём. Мать опустила глаза и стала пристально разглядывать свои идеальные ногти и кольца на них. Быстро справившись с футболкой, девушка поднялась на ноги. И проскочив мимо Линды, почти убежала на второй этаж.

— И как это называется, ма? Кажется, я говорил приехать завтра.

Я почти рычал. Меня вовсе не бесило, что она помешала нам. Может так и лучше, но вот так в открытую приезжать ко мне и почти поймать «на месте преступления».

— Ты мне скажи. Кажется, ты говорил, что вы не… — она указала на мой голый торс.

— Так и есть! Это вообще…Черт! Почему я должен оправдываться в конце концов!

Я наконец —то справился с ремнём и поднялся на ноги. Сердце ещё колотилось, и я пытался справиться с дыханием.

— Я и не прошу тебя оправдываться. Просто. Что ты вытворяешь, Хантер она же не…

— Нет. Она блядь не соблазнила меня, затащив в койку. И ничего не просила у меня!

— Я не это хотела сказать. — мать покраснела — Ты подумал, что будет с ней, когда всё это закончится?

Ну всё, это откровенно меня утомило. Мать лезет в мою личную жизнь, опекая как юнца, который не может уследить за своим членом. Эти советы моей семьи что мне делать, а что нет доводят до тошноты.

— Почему это должно закончится⁈ Может я хочу быть с ней! Хочу жить с ней!

— Это пока… — мать быстро покрутила кольцо на указательном пальце. Я видел, что она занервничала. Ей откровенно не нравились мои ответы.

— Хватит! — не сдержавшись рыкнул — Если ты приехала поучить меня, то лучше уходи. Садись в машину и поезжай домой. Сам знаю где и с кем мне жить!

— Просто ты ищешь спасения в ней. Она на месяц? Два? Ты хотя бы предохраняешься?

Я закатил глаза, кажется меня сейчас вырвет от этого тупого допроса.

— Нет, ты ошибаешься. Она не на месяц… И что за вопросы? Мы не спим, мам, хватит! Разговариваешь со мной, как с сопляком!

— То есть мои глаза мне лгут? — сухая усмешка резанула уши.

— Это в первый раз, ладно во второй…— сдался я…— она девственница, понятно? Я что всем вам должен доказывать, что со мной всё, черт побери, в порядке. Когда Эмили пришла в мою жизни, вся тьма стала рассеиваться. Может вам сложно понять и принять это.

— Почему же? Твой отец её принял и Рид тоже…

— Так почему ты волнуешься? — и тут до меня дошли её слова — Погоди, что? Отец принял?

— Она не говорила тебе? Он приезжал сюда, пока тебя не было. У них был длинный обстоятельный разговор и её ответы очень понравились ему. Она ничего не ищет ни положения, ни денег.

Тут в голове промелькнули её слова про правду «вы с отцом так похожи». Я упустил их из виду.

— Это так. Я не хотел продолжать диалог, но мать не хотела сдаваться.

— Хантер, я же твоя мать и волнуюсь за тебя. Не привыкай к ней, чтобы потом…

— Поздно. Она помогает мне забыть всё плохое, забыть кто я и кем стал, мам. Что бы не случилось, ты должна принять её… Это всё. Тяжелое молчание повисло в комнате.