Поединок - Крутов Игорь Владимирович - Страница 20

До этого эпохального события оставалось еще два дня.

4

Дервиш свернул вслед за «Фордом» Ягодина с проспекта Мира и подъехал к зданию спорткомплекса «Олимпийский».

Он следил за Ягодиным со вчерашнего вечера, но до сих пор у него не было удобного случая, чтобы поставить на его машину «жучок».

В сопровождении двух охранников Ягодин направился к входу в бассейн. Один из телохранителей нес его сумку. Машина осталась на автостоянке. Дервиш подождал, пока Ягодин зайдет в здание, вышел из машины, подошел к ягодинскому «Форду» и наклонился — для того чтобы завязать шнурок. Потом внимательно огляделся по сторонам и, прежде чем выпрямиться, просунул руку под бампер автомобиля.

На входе в бассейн Дервиш предъявил вахтеру удостоверение сотрудника Московского уголовного розыска, выданное на имя капитана милиции Владимира Михайловича Шемякина, и сказал, что должен встретиться с кем-нибудь из представителей администрации.

Через несколько минут он объяснял одному из заместителей директора, что по поступившим в МУР оперативным данным один из посетителей бассейна пронес в сумке огнестрельное оружие и взрывчатку, которую предполагается передать некоему покупателю. Дервиш сказал, что нужно срочно проверить кабинки в раздевалке.

Встревоженный заместитель даже не догадался спросить у Дервиша ордер на обыск или хотя бы позвонить в МУР с просьбой подтвердить полномочия прибывшего к нему капитана. Взяв ключи от кабинок, он прошел вместе с ним в раздевалку.

Они просмотрели десятка полтора кабинок, прежде чем Дервиш нашел то, что искал, — сумку Ягодина.

Он расстегнул на ней «молнию» и заглянул внутрь: там лежал пакет с купальными принадлежностями, полотенце, несколько флаконов — шампунь, гель для душа — и еще какая-то мелочевка.

Стоявший рядом заместитель не смог, разумеется, заметить, как Дервиш установил «жучок» в подкладке сумки. После этого он проверил еще несколько кабинок, сказал, что нужной сумки здесь нет, поблагодарил представителя администрации за оказанную помощь и обратился с просьбой — о его визите не распространяться.

Заместитель, довольный тем, что все обошлось благополучно, согласно закивал головой.

Дервиш сел в свою машину и вставил в ухо маленький наушник, похожий на те, которыми пользуются при прослушивании плейера. Подкрутив ручку настройки магнитолы, он нашел нужную волну. Сквозь шум и легкое потрескивание до него донесся голос Ягодина.

— …Проиграл полтыщи баксов на «Блэк Джеке». Сначала приходит туз, потом дама, беру еще — червонец. Перебор, мать твою! Играю дальше…

Дервиш дождался выхода Ягодина из здания. Все это время его разговор с двумя охранниками — одного из них звали Игорь — прослушивался исключительно четко.

Ягодин и его ребята сели в «Форд», и Дервиш проверил второй микрофон. Он работал так же безукоризненно.

Теперь Дервиш имел возможность слушать изумительный голос популярного певца не с эстрады или с кассеты, а, если можно так выразиться, в натуральном виде.

Глава 5

«ТАРЗАНКА»

1

Охранник Игорь Забродин был трусом.

Казалось бы, разве может быть охранником, человеком, по определению, бесстрашным и готовым к любой опасности, тот, кто не обладает таким обязательным для личного телохранителя качеством, как безоглядная смелость? Эта профессия и пусть даже не трусость, а обычная робость любому представлялись бы «несовместными, как гении и злодейство».

И тем не менее факт — Игорь был трусом.

Говорят, нет на свете людей, совершенно ничего не боящихся. Но подлинные храбрецы тем и отличаются от остальных, что имеют в себе силы преодолевать свою боязнь. Игорь Забродин занимался этим всю свою недолгую двадцатидвухлетнюю жизнь.

Еще в детстве он ужасно боялся дворовых хулиганов. Игорь воспитывался в интеллигентной семье — его отец был школьным учителем географии, мама работала в Научно-исследовательском институте стран Азии и Африки, — и среди пацанов, живших в старом московском дворе недалеко от Арбата, Игорь всегда считался чужаком — «гнилая интеллигенция». С ранних лет Игорь узнал, что значит быть объектом насмешек — во дворе ему просто не давали прохода. А с первого класса родители отдали его в музыкальную школу по классу игры на скрипке, что еще больше унизило его в глазах соседей-пацанов.

Однажды, возвращаясь из ненавистной «музыкалки», Игорь увидел сидящих в беседке ребят.

Сначала Игорь хотел, как он это часто делал, спрятаться за углом соседнего дома и подождать, когда пацаны куда-нибудь уйдут, но на этот раз ничего не вышло. Они его заметили. Самый ненавистный из всех и самый страшный пацан по кличке Береза подозвал его к себе. Оставался еще один выход — бежать, бежать от них сломя голову, но страх помешал ему и это сделать — ноги не слушались.

Пацаны окружили его полукругом, стали расспрашивать, откуда он идет и не сыграет ли он им какой-нибудь «полонез Огинского». А потом Береза потребовал дать ему скрипку. Игорь покорно протянул футляр.

Береза достал инструмент, приложил скрипку к плечу и стал водить смычком по струнам. Скрипка издала ужасающий, режущий по нервам скрип, вызвавший приступ веселья у его приятелей. Береза и сам хохотал вместе с ними, но не оставлял попыток извлечь из скрипки хоть какой-нибудь сносный звук.

В конце концов, сделав вид, что это его жутко расстроило, Береза взял скрипку за гриф и сказал, что все дело в том, что инструмент никуда не годится. После чего размахнулся и ударил скрипкой об угол беседки. Она жалобно взвизгнула, полетели в стороны осколки деки, и жалкие обломки инструмента, за который родители отдали две свои месячные зарплаты, упали к ногам Игоря.

Выходка Березы вызвала у дружков дикий восторг. С воплями и криками они стали пинать обломки и принялись громко выражать свою буйную радость по поводу гибели «пиликалки».

Игорь молча, глотая слезы, собрал щепки и струны в футляр и отправился домой.

Родителям он сказал, что перебегал через дорогу, упал, футляр открылся, скрипка выпала на проезжую часть и ее переехала колесом машина.

Похоже, родители не очень поверили ему, — кажется, они подумали, что сын сломал скрипку сам, чтобы раз и навсегда закончить с обучением в проклятой «музыкалке». Тем более что он уже заявлял, что никогда больше не переступит ее порога, даже если родители решат выгнать его из дома.

С музыкальной школой отныне было покончено.

Зато прямо на следующий день Игорь пошел в детскую спортивную школу и записался в секцию бокса. Полгода он не вылезал из тренировочного зала, часами напролет молотя по боксерской груше. Все это время, возвращаясь с тренировок, он встречал во дворе ту же компанию, и почти каждый раз к нему приставали с очередными расспросами, продолжая издеваться, обзывая «ботаником» и устраивая различные экзекуции.

Но теперь он знал, что рано или поздно пробьет его час.

И вот однажды вечером он сам пришел в беседку, где его заклятые враги распевали под гитару песни про то, как «голуби летят над нашей зоной». Они очень обрадовались его появлению, предвкушая очередное развлечение.

Игорь попросил у них гитару, обещая сыграть что-нибудь «классическое».

Он взял гитару за гриф, покачал ее в руке, словно пробуя на вес, потом размахнулся и обрушил инструмент на голову ничего не подозревающего Березы.

Тот истошно завопил и схватился за разбитую голову.

Все, кто был в беседке, набросились на Игоря, но достаточно было пары-тройки апперкотов и хугов, которые он отработал до совершенства, и его противники частично попадали на землю, частично предпочли подобру-поздорову унести ноги.