"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 741

Краем глаза я увидел, что из-за угла выбежали еще люди. Эти уже в форме были, чекисты. Снова те же вопросы, вопли и мат. Оказалось, что мы спасли от разграбления архив НКВД, судя по репликам, непростой. Через минуту старшему чекисту докладывали, что охрана вся лежит внутри – перебили как детишек. На меня тоже смотрели без особой приязни: надо бы еще разобраться, что тут произошло. Мои документы проверяли чуть не с микроскопом. Просто прибора рядом не оказалось, а то обязательно заглянули бы. Приволокли и Веру из подъезда, и к ее объяснениям отнеслись с не меньшей подозрительностью. То, что мы тут за НКВД кучу дерьма подобрали, стоящего передо мной лысого капитана с казацкими усами а-ля Буденный мало интересовало.

Спас ситуацию Буряков. Как мне показалось, он появился в ту самую секунду, когда чекист собирался отдать команду задержать нас. К счастью, его корочек хватило на то, чтобы отношение к нам изменилось, и очень быстро. Минуту спустя тот же капитан благодарил товарища Соловьева за оказанную помощь и вообще чуть ли не в гости на сто граммов приглашал. Я же свою роль скромно задвинул назад, а все плюшки предложил отдать товарищу Васильевой, которая врагов и обнаружила, а потом и военную хитрость проявила.

– Остапчук! – рявкнул капитан. – Что стоим? Пленного в управление, остальных… и остальных пока туда! Действуйте! Документы собрать, оприходовать! Быстрее! Приступайте, я на подмогу сейчас пришлю людей!

Вокруг нас тут же ускорилось движение: забегали чекисты, начали вытаскивать тела из-под коробок и носить в здание архива документы. Один из немчиков к этому времени кончился, а второй так ничего, увезли живого. Дитера под руки повели пешком. Наконец-то про нас забыли. Разговаривавший со мной в самом начале подошел, и я его разглядел. Возраст ближе к пятидесяти даже, стройный, в военной форме, с двумя шпалами в петлицах, майор.

– Павловский, – представился он. – До войны преподавателем в пединституте работал, а тут, видите, – провел он рукой по гимнастерке, – пришлось вспомнить. Вот, из студентов истребительный батальон создали, штаб тут недалеко, в общежитии.

Из разговора с преподавателем (мировой мужик оказался, это же надо, собрал в кучу целый батальон!) я узнал главное: загс находился буквально в паре кварталов отсюда, и он работал!

Особист нас отпускать не хотел: ему нужны были подробности того, что произошло и как так вышло, что за те несколько минут, пока он отсутствовал, мы не только обнаружили немцев, но и обезвредили их.

– Ничего не произойдет, если мы задержимся еще немного, – сказал я. – Нам надо срочно пожениться. Сами понимаете, время такое, откладывать нельзя.

Тут и Вера подключилась. Когда женщине кто-то не дает выйти замуж, а она этого очень хочет, то такому человеку я лично не завидую. Буряков решил не мешать нашему простому счастью, тяжело вздохнул – и отпустил нас, наказав нигде не задерживаться и сразу же по окончании процедуры явиться в особый отдел дивизии.

Регистратора загса, или кем там работала маленькая пожилая женщина, мы застали, только она уже заперла дверь и собралась уходить.

– Завтра приходите, – буркнула она. – Свадьба – не похороны, можно и подождать. Командование ваше, опять же, должно разрешение дать… В восемь открываемся, приходите.

На мою невесту сейчас лучше было не смотреть. Вторая безуспешная попытка за день – это, пожалуй, перебор. А ну как передумает за ночь? Надо действовать здесь и сейчас. Или я не будущий супруг? В книгах, вон, писали, как попов и из постели доставали для венчания, а мы чем хуже? Ладно, начнем сначала.

– Извините, мы не представились. Военврач второго ранга Васильева, – кивнул я на Веру. – Старший лейтенант Соловьев. К вам как обращаться?

– Дора Анатольевна, – поджала губы женщина. – Но открывать отдел я не буду, и не просите.

– Дорогая моя Дора Анатольевна, пожалуйста, подождите минутку, сейчас я вернусь, и мы продолжим. Только не уходите! – крикнул я, устремляясь в полуоткрытую дверь подъезда какого-то дома через дорогу от нас. Вера удивленно посмотрела мне вслед. Регистраторшу я не видел, да и мне не очень интересно, как она на меня смотрела. Лишь бы не сбежала.

К счастью, в подъезде было пусто, и свидетелей того, как я доставал из каблука царский червонец, не нашлось. Думаю, этого хватит. Время сейчас такое, что люди за литр постного масла будут готовы на что угодно, а эта небольшая монетка позволит целой семье месяц, а то и больше, жить безбедно.

Возвращался я с улыбкой. А регистраторша смотрела на меня немного раздраженно и с недоумением, что такого я делал в подъезде и зачем ей надо ждать результатов вместо того, чтобы идти домой.

– Вот, кажется, вы уронили, – я схватил ее руку и накрыл ладонь сверху своей.

Новый предмет она оценила мгновенно, только мельком глянув, когда я отпустил ее. И настрой у нее поменялся мгновенно, будто ту, ворчащую и недовольную, заменили точно такой же, только улыбающейся и доброжелательной.

– Нет, если вам некогда, то давайте и сейчас все сделаем, – сказала она, доставая из сумочки ключи и устремляясь к входу в загс. – И правда, время такое, что тянуть нельзя… – Она широко распахнула дверь и торжественно произнесла: – Добро пожаловать!

И через десять минут мы стали мужем и женой, о чем свидетельствовал документ с печатью. И еще копия с него, которую нам сделала и вручила Дора Анатольевна (на всякий случай, как сказала она).

– Извини, что без платья и фаты, – сказал я своей жене, целуя ее в губы.

Мы стояли на безлюдной улочке у загса, и никто не мог нам сейчас помешать. В городе царила непривычная тишина.

– Ничего, Петя, – ответила Вера, тоже целуя меня. – Кончится война, и сыграем свадьбу с платьем и фатой. Пойдем к особистам?

– Не спеши. Давай-ка наведаемся в штаб истребительного батальона.

– Зачем? – удивилась рыжая. – Что мы там забыли?

– Пять минут терпения, скоро все узнаешь.

Студенческое общежитие я помнил, мы мимо него проезжали. Найти там Павловского было проще простого. Какой-то студент, присутствовавший при задержании немцев, узнал нас и провел к майору.

– Петр Николаевич, – увидев нас, он встал из-за стола и подошел пожать руки. – Что-то случилось?

– Случилось, – я не стал ничего скрывать. – Мы только что поженились и хотим это дело отпраздновать. Вы же местный, подскажете, как это лучше сделать?

Глава 15

«Сообщение Совинформбюро от 6 июля 1941 года. В течение ночи на 6 июля продолжались упорные бои на Островском, Полоцком, Борисовском и Новоград-Волынском направлениях и на Бессарабском участке фронта.

На остальных направлениях и участках фронта происходили бои местного значения, ночные поиски разведчиков.

На Островском направлении упорные бои велись ночью и продолжаются с утра.

На Полоцком направлении наши войска отбили все атаки противника, прочно удерживая рубеж реки Зап. Двина. В боях на подступах к реке остались тысячи немецких трупов, много подбитых танков и самолетов. Значительная часть наступавших нашла себе могилу на дне реки.

На Борисовском направлении в течение вечера 5 июля шли упорные бои наших войск, перешедших в контратаку. Бои продолжаются.

На Бобруйском направлении противник неоднократно пытался наступать, но все его попытки были отбиты нашими войсками с большими для него потерями.

Упорными боями на Новоград-Волынском направлении наши войска сдерживают наступление крупных мотомеханизированных частей противника.

На Бессарабском участке фронта крупная немецко-румынская группировка пехоты, конницы и танков пыталась наступать в направлении Бельцы. Упорным сопротивлением наших войск наступление противника на этом направлении задерживается.

По уточненным данным, наша авиация в воздушных боях 4 июля уничтожила не 43 самолета противника, как это указывалось в предыдущем сообщении, а 61 самолет, потеряв при этом 29 своих самолетов…»