Шут - Кей Фрост - Страница 12

– Я в курсе, – пробормотал он. – Мне нравится рисковать.

Глаза расширились, когда Тэмпест осознала его намерения всего за мгновение до произошедшего.

Король поцеловал ее.

Больше всего на свете ей хотелось отшатнуться, но, поскольку столб находился у нее за спиной и все смотрели на них, другого выбора не оставалось. Пришлось поддаться натиску короля. Желудок скрутило, и Тэмпест сосредоточилась на других ощущениях, например как дерево впилось в позвоночник и вдавилось в затылок. Пульс участился, когда Дестин сильнее прижался губами к ее губам и провел по ним языком, очевидно, желая, чтобы она открылась ему навстречу.

Черта с два. Вместо этого она закусила его нижнюю губу. Сильно.

Дестин дернулся и прервал поцелуй. Их груди соприкоснулись, когда она попыталась отдышаться. На его губе выступила капелька крови. К горлу подступила тошнота. Она пометила короля. Другие погибли бы за подобное посягательство.

Он провел языком по укушенной губе, и медленная улыбка расплылась на его лице, а глаза загорелись еще сильнее. Ужас скрутил все внутренности. Теперь он смотрел на нее с еще большим вожделением, чем раньше. Насколько сильно извращены его наклонности? Янтарные глаза скользнули вверх и вниз по вздымающейся груди и дрожащим ногам. Ее слабость выставлена напоказ. Нравилось ли ему все контролировать? Его характер явно об этом свидетельствовал. Она полагала, что ей не следует так уж удивляться, учитывая, сколько любовниц было у короля Дестина. Его сексуальные наклонности вряд ли относились к заурядным.

Не зная, куда себя деть, Тэмпест нырнула под руку короля, пробормотав:

– Я должна идти.

Она знала, что король не сводит с нее глаз, поэтому Тэмпест постаралась не бежать. Девушка двигалась медленно и обдуманно, подставив спину под удар. Она едва успела отойти на пять футов от мужчины, как он крикнул:

– Не слишком уж веселись с повстанцами.

Тэмпест вздрогнула. Хотя король заранее предупредил о том, что она должна сделать все, чтобы внедриться в ряды талаганских повстанцев, брошенная в спину фраза больше походила на настоящий приказ.

И прозвучала как угроза.

Измученная, с ноющими от физических нагрузок мышцами и почти не проходящей головной болью, влияющей на зрение, Тэмпест побрела обратно в казарму, размышляя о том, что предпочла бы проспать весь день напролет. Она вытерла рот тыльной стороной ладони. Оттереть королевские слюни стало главным приоритетом.

Она сбилась с шага, заметив незваного гостя в казармах. Губы изогнулись.

Пайр. Шут. Он лежал, раскинувшись на ее койке, с ленивой грацией, которая нашептывала о темных ночах и шелковых простынях. Неужели ей нельзя просто отдохнуть? Сначала король, а теперь кицунэ? Без всяких сомнений, высшие силы вступили в заговор против нее.

Рука Тэмпест инстинктивно потянулась к рукояти меча, даже когда захлопнула дверь, чтобы защититься от любопытных глаз. Брови девушки сомкнулись на переносице. Затяжная головная боль почти переросла в полноценную мигрень просто от того, что она посмотрела на Пайра, беззаботно курящего трубку и явно наблюдающего за ее реакцией, с подергивающимися лисьими ушами и веселыми золотистыми глазами.

Чертова трубка.

– Что, во имя Дотэ, ты здесь делаешь? – прошипела она, оглядывая пустые казармы, словно кто-то мог прятаться в тени.

– Разве я не мог соскучиться по тебе? – промурлыкал он.

Глава седьмая

Пайр

С тех пор как Пайр последний раз попал в Дотэ через главный вход, прошло уже несколько лет. В городе его никто не знал, так что он спокойно и без проблем мог пройти прямо через ворота. Нужно было только подавить в себе желание покрасоваться, скрыть черты Оборотня и опустить глаза, чтобы никто не заметил блеска золотистых радужек. Но он никогда не шел легким путем. Поиски новых способов проникновения в Хеймсерию стали своего рода игрой.

И сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих.

Нежелание воспользоваться городскими воротами на этот раз было связано с работой. Тэм начал создавать проблемы. Когда-то контрабандисту можно было доверять настолько, насколько вообще возможно в отношении контрабандиста, но он стал скрытным. Что ж, еще более скрытным, чем обычно. Что-то не так. Пайр вознамерился выяснить, в чем дело. Ранее он без препятствий проник в Дотэ через бедный квартал. Так как же, черт возьми, поймали его людей? За несколько часов здесь не появилось ни одного стражника. Пройти по ветхим крышам трущоб не составляло труда.

Несмотря на то что прошли годы с тех пор, как он в последний раз посещал Дотэ, Пайр все еще прекрасно знал, где находятся казармы Гончих. Он бродил по городу, впитывая каждый вид, звук и запах. Воздух трущоб смердел нечистотами. Район бедняков ничуть не изменился.

Приятный запах свежеиспеченного хлеба донесся из торгового квартала, но Пайр с гордостью подумал, что в лесной пекарне Рины пахло лучше. Он ненавидел торговый квартал. Там слишком много мошенников и шума для его ушей. Торговцы же еще хуже. Для вида они казались честными людьми, при этом грабя людей за глаза. Они самые настоящие воры. По крайней мере, Пайр не притворялся тем, кем он не являлся. Любой, приходящий к нему за помощью, точно знал, во что ввязывается. Он никогда не скрывал своей натуры.

В поле зрения появились казармы, и он осмотрелся. Именно здесь ему нужно проявлять крайнюю осторожность, прислушиваясь к любым приближающимся шагам. Проникнуть к Гончим легко, но всегда стоит перестраховаться. Это много раз спасало ему жизнь.

Пайр принюхался. От знакомого женского запаха он тихо зарычал.

Тэмпест. Его Гончая.

Губы изогнулись в оскале. Гончая. Ему она не принадлежала.

Пока.

Сначала ее аромат угадывался слабо, потому что в воздухе витали кисловатый запах пота тренирующихся Гончих, звон металлических мечей, лязгающих друг о друга, и невыносимая, едкая горечь исходящего от костра дыма. Пайр заглядывал в комнаты казарм и проходил мимо, поддаваясь желанию стащить несколько видов оружия и интересных приглянувшихся предметов. Вряд ли по ним будут скучать.

Кинжал с резной костяной рукоятью. Роскошный украшенный орнаментом ключ, настолько дорогой на вид, что, по идее, должен защищать что-то ценное. Пайр любил сложные головоломки, и ему хотелось бы узнать, что открывает этот ключ. Он нашел карту Дотэ, на которой несколько, казалось бы, ничем не примечательных районов города обвели ярко-красными чернилами.

Еще одна загадка.

Напоследок Пайр украл изумрудное кольцо из казарм. Оно оказалось слишком маленьким, чтобы налезть на его пальцы, а это означало, что, скорее всего, украшение досталось в подарок на память от какой-нибудь родственницы Гончего. Пайр не испытывал ни капли сочувствия к Гончему, который обнаружит пропажу. Они наемные убийцы.

Он приблизился к последнему зданию казарм. Запах Тэмпест тут сильнее. Трепет радостного возбуждения заставил сердце биться чаще. Запах девушки-Гончей всегда вызывал такую физическую реакцию. Что в ней такого, что выводило Пайра из себя? Раньше его это возмущало, но теперь он смирился с тем, что какой-то внутренний, животный инстинкт вне всяких сомнений влек к этой женщине.

Пайр осмотрелся и быстро взобрался по стене здания, чтобы заглянуть внутрь. Перед ним оказалась длинная прямоугольная комната, заставленная кроватями, с большим камином в одном конце и дверью в другом. Совершенно пустая. Отлично.

Он быстро вскрыл замок на окне, отодвинул стеклянную панель в сторону, осторожно проскользнул внутрь и закрыл окно за собой. Пайр спрыгнул на каменный пол, приземлившись на пятки. Он еще раз оглядел комнату в поисках скрытых врагов, но никого не нашел. Унылая комната: только необходимое и никакой роскоши. Вдоль двух длинных стен стояли кровати, а вокруг них разбросано оружие.