Оставьте Поттера в покое (СИ) - "Akku" - Страница 20

После школы мой отец поступил на службу в Аврорат и там же познакомился с Лили Эванс. Вместе с еще несколькими десятками магов, они убежали из Министерства после захвата оного пожирателями смерти. Постепенно всех сбежавших отлавливали и убивали, пока наконец, после полугода осады, сам Темный лорд не пришел к дому в Годриковой впадине, который на деле был скрытым иллюзией замком и штабом Ордена Феникса.

Пробив защиту, Волдеморт принялся очищать местность от магов. Он действовал с особой жестокостью, не оставляя никого в живых, ведь всего месяц назад проиграл крупнейшее сражение при Роттердаме, где погибли три четверти его сторонников.

Через полчаса кровавой бойни, Темный лорд обнаружил тайник, где пряталась моя мать с Гарри Поттером на руках. А далее, как и в каноне, заклятие отскочило в отправителя, разрушив его телесную оболочку и выпустив неприкаянного духа наружу. Судя по всему, Дамблдор знал об этом или как минимум догадывался, так что уже с года начал готовить героя Британии к новой битве.

Так как Темный лорд пришел к штабу Ордена, никто никого не обвинял в предательстве. Тем более никто не мог обвинить Сириуса, державшегося в стороне от конфликта. Питер Петтигрю же после суда был отправлен в Азкабан за участие в многочисленных рейдах, пытках и убийствах. Попался он, кстати, на расстреле маглов в Албании через несколько лет после падения Лорда. Крысеныш искал своего повелителя, но начал сходить с ума и принялся убивать.

Все это предстояло еще обдумать, дополнить вырезками из газет и поспрашивать друзей. Каноничная информация оказывается с каждым днем все менее полезной. Единственное, что мне может помочь в будущем, так это знания о крестражах. Но для начала поиска необходимо было найти Тайную комнату с диадемой.

Второй крестраж, дневник, никак не мог оказаться у Малфоя, ибо Люциус не был пожирателем. Так же как и чаша из хранилища Лестрейнджей не могла быть там, ведь Беллатриса сражалась на стороне света. Оставалось узнать про судьбу Регулуса Блэка, и попробовать прикинуть, где сейчас медальон.

Найти змею и кольцо представлялось полностью невозможным, по крайней мере пока что.

Так думал я, пока идущий чуть впереди Дин не зацепился за натянутую посреди коридора невидимую нитку. Мгновенно из стен вылетели маленькие шарики и взорвались под нашими ногами. Сам взрыв не нанес серьезного урона, вот только из каждого шарика повалило облако серого дыма.

Дышать сразу стало сложно, мы начали кашлять и хвататься за горло.

— Уизли, — промелькнула мысль. — Вот их месть.

Я упал колени, задыхаясь и, видимо, вновь умирая. Опять та же чернота застлала мне глаза и звуки отступили на второй план. Как вдруг все прекратилось. От дымки, в которой корчились десять тел не осталось и следа.

— Круцио. — Тихий, но отлично слышимый голос произнес непростительное заклинание и все тело сковала боль. Я хотел кричать, но не мог произнести ни звука. Все тело, руки и лицо покрылись тоненькими порезами, из которых струилась кровь. А стоящие над нами фигуры в капюшонах продолжали пытать. Одного за другим, складывая силу заклинаний. Они проходили круг и возвращались к первому.

После пары минут в почти отключившийся мозг пришло осознание, что питатели могут и не остановиться, доведя нас до смерти или до безумия.

— Лучше уж встретиться с директором, чем опять умирать. — Четкий приказ к действию в моей голове привел в движение руку. Я аккуратно вынул палочку и, пока не видели мои противники, занятые кем-то из друзей, направил ее в спину самому высокому из них.

— Авада Кедавра, — твердым голосом произнес я и зеленая вспышка осветила темный коридор школы.

Глава 11

— Авада Кедавра, — мой, на удивление, твердый и уверенный голос, разнесся эхом по пустому темному коридору.

Яркий, ослепляющий зеленый луч, на коротком расстоянии больше похожий на вспышку, ударил в спину фигуры в капюшоне. Приятное тепло расползалось от руки с палочкой по всему телу. Кровь в венах пульсировала, а на языке ощущался привкус сахара. Картинка в глазах, еще пару секунд назад размытая и мутная, полностью прояснилась. Боль от заклинаний и удушья ушла, а ранки на руках затягивались с поразительной скорость.

Три другие фигуры обернулись, со страхом в глазах уставившись на меня, в то время как их друг упал на землю. Палочка в руке не дрожала, когда я перевел ее на младшего Уизли.

— Беги, — тихо сказал я в полной тишине, нарушаемой лишь постанываниями лежащей чуть поодаль Литы. Несколько человек отключились, а те, кто осознавал мир вокруг себя затаили дыхание и наблюдали за мной.

Рыжий сорвался с места и побежал по коридору. Спустя мгновение за ним следом помчались близнецы. Я опустил палочку и пнул бездыханное тело на полу. Ли Джордан, однокурсник старших ублюдков и друг семьи.

Опознав тело, я осмотрелся вокруг. Круциатус в этом мире не только причиняет боль, но и оставляет на теле маленькие кровоточащие надрезы. Больше всех досталось Малфою, лежащему без сознания и Лите, видимо не осознающей мир вокруг себя. Кивнув Гринграсс, которую только приложили каким-то несильным заклинанием, но особо не пытали, чтобы она осмотрела Драко, я присел около Лестрейндж.

— Надо сообщить учителям, — проговорил Эд. Парень лежал в луже собственной крови и не шевелился, но взгляд его был ясным.

— Панси? — спросил я оглядываясь. Девочка тоже не сильно пострадала. — Сейчас же беги к леди Вальпурге. Скажи, что нам нужна помощь.

Проследив, чтобы она убежала, я вернулся к умирающей. Для начала, легкое обезболивающие, затем начать затягивать порезы. Все это я успел прочитать еще летом и отработать вместе с друзьями в закрытом кабинете.

— Почему я так спокоен? Даже с учетом перерождения, я же только что убил человека… — думал я, водя палочкой по ранам и нашептывая заклинание. — И куда делись раны. Меня пытали не меньше остальных, если не больше. Да и боль от яда в воздухе исчезла. Остальные вон откашливаются до сих пор…

Те, кто был способен держать палочку, постепенно поднимались и начинали помогать друзьям, когда коридор озарила вспышка огня. Директор Дамблдор стоял перед нами с палочкой и быстрым взглядом осматривал коридор. Взмахнув палочкой, он очень быстро затянул все раны и поднял не способных двигаться самостоятельно учеников в воздух.

Следом за директором из-за угла выбежали профессора МакГонагалл, Блэк, Слизнорт и Кэрроу.

— Поттер, дай мне палочку, — резким голосом приказал Дамблдор. Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Взяв ее в руки, директор взмахнул своей палочкой, в которой я сразу узнал изгибы старшей палочки.

Сначала из кончика моей палочкий выползла легкая белая дымка и шепот исцеляющего заклинания. А затем, зеленая молния пробила воздух и ударила в пол. Вместо приятного, успокаивающего шепота, послышался металлический скрежет, в котором угадывались два латинских слова.

— Пройдемте ко мне в кабинет, мистер Поттер. А ваша палочка пока побудет у меня. — директор развернулся и быстрым шагом пошел в противоположную от меня сторону. Посмотрев на профессоров, с опаской смотрящих в ответ, я пошел за директором. Кажется, очень не простой вечер только начинается. Надо как минимум добраться до палочки.

Пока мы шли по пустым коридорам школы, в которых лишь изредка встречались загулявшие студенты, приведения или дежурные учителя, со страхом исчезающие перед нахмуренным директором и спокойно шагающим за ним героем страны.

— Гильотина, — сказал директор, когда мы подошли ко входу в его кабинет. Интересный пароль, в каноне была какая-то сладость или что-то такое?..

— Проходи, присаживайся, — махнул директор рукой на кресло напротив своего трона. Я сел туда, куда мне сказали и стал рассматривать кабинет.

Причудливое место, совершенно не похожее на то, что я себе представлял. Тут не было никаких механизмов, весело позвякивающих или пускающих дым. Стены были уставлены шкафами с книгами и свитками, а на шкафах стояли головы самых диковинных зверей. Между головами попадались огромные зубы, кости, шкуры и другие охотничьи трофеи. Еще чуть выше расположилась целая картинная галерея, собранная, судя по всему, с самых разных уголков мира.