Принципы и несчастная гордость (СИ) - Дубинская Анна - Страница 38

Мы с Ромой внимательно слушаем экскурсовода и честно, как дети смотрим во все глаза на окружающую нас обстановку. Всю дорогу Рома заботливо держит меня за руку или обнимает. Иногда шепчет непристойности, и я краснею. Или же шутит, и я тихо смеюсь.

С ним так хорошо и немного волнительно. Особенно когда он смотрит на меня таким серьезным взглядом и молчит, явно что-то прокручивая у себя в голове.

Дальше нас провожают на второй этаж и рассаживают по местам. Начинается программа. Вот тут-то мы перестаем шептаться и внимательно следим за 3D представлением. Высокий купол, оснащенный специальной техникой, максимально точно передает картину звездного неба. Нам рассказывают о вселенной, о планетах и даже о черных дырах.

Мы с замиранием в сердце смотрим наверх и, кажется, даже не дышим. Такой красотищи я давно не видела. Это незабываемый опыт, который, я думаю, каждому человеку надо испытать хоть раз в жизни.

– Спасибо огромное. Мне очень нравится. Ты мое чудо. Не ожидал, что будет настолько круто, – шепчет мне Рома и нежно целует в щеку.

– Я сама не ожидала, – шепчу в ответ и улыбаюсь ему. – Спасибо. Мне хотелось тебя удивить.

– И почему я раньше здесь не бывал? Я думаю, это даже круче тусовки в клубе, – тихо смеётся Рома.

– Ага. И ещё очень познавательно. Например, про то, что черная дыра может поглотить целую планету. Даже жутковато стало.

– Не бойся. Я достану тебя даже из черной дыры, если понадобиться. И ты не убежишь… – шепчет он мне.

– Ты же сам слышал, что черная дыра – это билет в один конец. Из нее нет выхода. Покинуть ее не сможет даже свет, не то что я…

– А я достану, или же прыгну за тобой в черную дыру. И там ты точно никуда не денешься….

– Ой, Ромка, что ты хочешь мне этим сказать? Что это за намек? – пытаюсь бодренько ответить, а сама вновь волнительно облизываю губы.

– Ничего, не отвлекайся, – Рома сжимает мою кисть в своей ладони, распуская миллионы жарких мурашек по всему телу.

Я смотрю на Рому, а он смотрит наверх на купол, но улыбается. Вот хитрюга. Но блин, как я его люблю.

Сегодня кстати после инцидента на крыльце института он больше не намекал на «горяченькое». Мы отлично провели время. Сперва съездили ко мне домой, и я переоделась в теплую одежду. Потом поехали в кафе и целых два часа просидели там. Мы болтали, разговаривали, смеялись.

Я хотела затронуть тему про маму, ведь Надежда Андреевна попросила с ним поговорить. Но сегодня я решила не делать этого. Не хочу омрачать наше первое свидание. Пусть в наших сердцах оно останется лёгким, романтичным и загадочным.

– Ну что, может сейчас погуляем? Время ещё не позднее – спрашивает Рома, когда программа подходит к концу.

– Погуляем. Обязательно. Только у нас впереди еще один сюрприз, – заговорщицки произношу я.

– Правда? И какой же? Ммм..

– Мы будем смотреть на звёздное небо в телескоп. На настоящее небо. Круто?

– Анютка, я говорил, что ты у меня необыкновенная?

– Говорил. Уже несколько раз за сегодняшний день, – улыбаюсь я мягко.

– Наверное, скажу ещё и не раз, – произносит Рома и целует уже в губы.

Чуть дольше, чем это положено в общественных местах. Особенно, когда проектор уже выключен, и в зале светло. Я не отстраняюсь. Я вошла во вкус и теперь уже сама оттягиваю время.

– Кхе, кхе, – слышу искусственный кашель работника планетария.

– Это нам, – подсказывает Рома, прекращая долгий сладкий поцелуй.

– Угу. Пора идти в обсерваторию. Это в другом зале.

– Отлично, – Рома встаёт первый и тянет меня за собой.

– Прошу за мной. Я провожу вас в зал. И там кое-что расскажу и покажу все планеты, которые можно увидеть, – вежливо сообщает экскурсовод.

Все посетители направились к выходу, а мы с Ромой идём в другой зал.

– Мы будем одни? – интересуюсь у приветливой женщины.

– Да, одни, – отвечает она.

– Круто! – шепчу Роме.

– Супер! – отзывается он и теснее прижимает меня к себе.

Мы поднимается ещё чуть выше и оказываемся в маленьком тёмном зале.

Экскурсовод объясняет нам правила обращения с телескопом, и мы приступаем к просмотру.

Первым выбираем смотреть на луну. Рома настаивает, чтобы я смотрела первая, и я осторожно заглядываю в зрительную трубу.

Желтовато-серый серп выглядит могущественным и величавым. От него исходит слабый, едва уловимый серебристый свет. И это не передать словами. На луне видны пятна и кратеры, круги разных размеров.

Вообще, чтобы наблюдать за небесными телами нужно очень много терпения и времени. Сколько я смотрю на луну, даже боюсь представить. Наверное, целую вечность. Меня затягивает, и потом становиться тяжело отлипнуть от телескопа.

Потом смотрит Рома. Тоже долго, с замиранием, практически не дыша. Но он что-то комментирует и иногда смотрит на меня.

После луны мы смотрим и другие планеты. Венера – белый серп, оказывается у нее тоже есть фазы, как и у луны. Юпитер – полосатый серый круг. Очень интересный и завораживающий. Уран и Нептун выглядят как точки. А вот Сатурн просто сражает наповал. По моему мнению эта самая красивейшая из планет. Планету окружает туманно-белое кольцо. А вокруг самого созвездия плавают воздушные облачка и какие-то точки.

Смотрим мы на всю эту звёздную красоту около двух часов. И я думаю ещё бы смотрели, просто начали глаза болеть от постоянного напряжения.

– Я думаю хватит! – решает за нас обоих Рома и обнимает меня.

– Я тоже так думаю. Ух. Красотища, – немного устало бормочу я.

– Иди ко мне, – Рома пользуясь, тем что мы остались совсем одни, крепко меня целует.

Мои ноги становятся ватными и слабыми, а в груди появляется лёгкая волнующая дрожь. Рома ласкает меня, дразнит, играет с моими губами. А я думаю о нем. Какой он у меня клёвый, забавный, умный, смелый, красивый, непредсказуемый…. И мой. Самый любимый мой парень.

* * *

– Анют, а у меня тоже для тебя кое-что есть, – удивляет меня Рома, когда мы уже сидим в его машине.

На улице красота и тишина. В душе радость и лёгкое волнение.

– М… Что же это?

– Помнишь, я говорил, что в коробке было письмо?

– Помню.

Рома достает сзади какой-то листок.

– Так вот. Держи, – парень протягивает мне сложенный вдвое белый лист бумаги. – Это конечно не оно. Оригинал ты выбросила. Но дома я нашел черновик этого самого письма. Если интересно, можешь почитать. Правда, мои каракули может и не разберёшь.

– Давай скорее, – чуть ли не выхватываю я письмо из его рук и начинаю жадно читать содержание.

«Дорогая Аня, честно, долго думал, чем тебя ещё удивить? Чем завлечь? Как оправдать себя, в том, чего я не совершал. Долго думал и придумал написать письмо. Как раньше общались люди только так. Хочу извиниться, если чем-то тебя обидел. Прости, что был груб и дерзок. Прости, что позволял себе лишнего. Да, я спешил, торопил события, не разбирая дороги, шел напролом. При том не разобрался в себе и своих чувствах. Не разобрался с прошлым. И дал тебе повод усомниться в себе. Прости, что не поверила. Прости, что не поверил и я вчера в кафе. Прости дурака.

Я чист, поверь, я ни с кем не спал. Обещание свое я держу, хоть на спор ты так и не дала согласие.

Я долго тебя искал. И вот, наконец, нашел. Теперь все в твоих руках. Я хочу определенности, без мутности и без намеков. Я сделал все, но не учел главного. У тебя тоже есть выбор. И только ты сможешь решить, что будет с нами. Все в твоих руках.

Я люблю тебя. Приходи сегодня в Центральный парк к семи. Я буду тебя ждать. Твой землянин…»

– Вау, – произношу я тихо и перевожу взгляд на него.

В автомобиле темно, но его глаза я вижу отлично, потому как, они горят ярче всех звезд на небе. Такие сияющие, радостные и теплые. Мои любимые глаза.

Он любит меня! Боже мой, это самое крутое, что я когда-либо слышала. Он любит. Любит…

– Как думаешь, мы могли бы встретиться раньше? Тогда, в парке? М? – задаёт Рома вопрос.