"Фантастика 2023-202" Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Каменев Алекс "Alex Kamenev" - Страница 740

Смотрю, что по задачам. Одно из обращений подсвечивается красным, пользователь возвращает его уже третий раз. Этот кретин, как раз из тех, кто считает, что машина должна делать за него всю работу, а служба поддержки - его подданные. Если система дает хоть малейшую оплошность, то вывернуть на меня ведро желчи становится делом чести.

Пару раз доказывал ему, что причина некорректной работы кроется в его растущих из задницы клешнях. Мудак соглашался. Соглашался и писал жалобу о плохом обращении с клиентами. Я до сих пор считаю, что фраза: “изучай инструкции, прежде чем подавать обращения, свидетельствующие о твоей низкой квалификации” самая лайтовая, которую можно было подобрать. Если бы я ответил словами, которыми думал, ворд бы три четверти подчеркнул красным.

Открываю обращение. Пишет, что очень срочно, что ничего не работает и тому подобное. Вернул еще в пятницу вечером. Провисело все выходные. Похоже у Тонкого появилась веская причина размять голосовые связки. Звонок не заставил себя долго ждать.

- Да, - поднимаю трубку.

- Мирон, зайди ко мне!

Ой, бля-я-я... Откидываю голову, вытягиваю ноги. Закрываются глаза. Сейчас бы полежать где-нибудь на пляже с коктейлем в руке. Посмотреть на загорелые попки, почувствовать вкус соленой воды на губах. Ага, с моим талантом просирать бабки, отпуск светит только в тизере. Стоп! Отпуск же. Точняк! У меня должно быть дофигище дней отпуска. Нужно брать...

Для приличия ударяю два раза костяшкой в дверь, вхожу.

- Проходи, присаживайся, - говорит, не отрываясь от моника.

Сажусь напротив. Гладко выбритое лицо застыло камнем. Выглаженный костюм отлично сидит на крепком теле, галстук крепится золотым зажимом. Пахнет туалетной водой. Мысленно вздрагиваю от его нервных нажатий на мышку.

- Видел ли ты обращение?

Все! Жопа! Просек эту тему уже давно. Если Тонкий задает вопрос, в котором есть частица “ли” - хоронись. Перед тобой сидит зануда восьмидесятого уровня, который готов нагибать.

- Какое?

Поворачивается. Лучи сканера проходят от поясницы до подбородка. Упс... Я же так и не побрился. Каменное лицо надламывается неопределенной гримасой.

- То, которое пользователь возвращает уже в третий раз, - так отчетливо выговаривает каждое слово, словно беспокоится, что глухой не прочтет его по губам. - То, которое находится в статусе “на доработке” с пятницы. И это при том, что имеет приоритет “срочно”.

- А, это обращение?! Ща посмотрю, что у этого придурка за траблы, - отвечаю и офигеваю. Это Я с ним сейчас говорю?

Тонкого, похоже, тоже впечатлил. Левая половина лица сползает вниз. Округляются глаза.

- Что?!

- Что? - включаю дурачка.

- А ты, не охренел?! - понеслась. - На работу опаздываешь! Меньше всех закрываешь обращений! На тебя жалуются! Мне начальник отдела звонил! Они хотят штрафные санкции выставить! Ты за выходные ни разу не появился в сети! Сейчас он посмотрит!

- Мне за работу в выходные не платят, - свербит оглянуться, чтобы посмотреть, кто с ним разговаривает. Пожал бы этому челу руку или даже обнял. Это же не могу быть я, верно? Или как? А куда делась мямля с языком в заднице?

- ЧТО?! - от каменного лица не осталось и следа, краснеет. Только бы его как Скока не раздуло.

- Что?

- Да ты, с-с-су... КАКИЕ! НАХЕР! ВЫХОДНЫЕ...

- Сергей Александрович, я в отпуск хочу уйти, - контрольный в голову.

- ЧТО, БЛЯТ..?!

- А что?

... ... ...

Стою на ступеньках бизнес-центра. Нос накачивает в легкие воздух свободы. Снимаю галстук, кладу в карман.

В отпуск Тонкий не отпустил. Я что-то доказывал про трудовой кодекс и год работы без отдыха. В какой-то момент так разошелся, что готов был угрожать инспекцией по труду.

Тонкий не был бы собой, если бы не раскатал меня на татами делопроизводства. Не на того я напал. Заявление не писал - захват; по графику в отпуск стоит зимой - бросок; под графиком стоит моя закорючка - туше.

Я уже собрался выбросить белый флаг, как вдруг Сергей Александрович (язык не поворачивается это сказать) стал нормальным мужиком. Стирает искусственное выражение лица и откровенно говорит, что затрахал я его - жуть. Да - делаю много, да - делаю самые сложные задачи в отделе, но на этом плюсы заканчиваются. Опаздываю, вечно таскаюсь с кислой миной, грублю клиентам, разлагаю атмосферу в коллективе. Каким бы гением поддержки себя не считал, но работа отдела важнее, чем один хороший исполнитель.

И... я с ним соглашаюсь. Ведь действительно. Таскаюсь на работу, которую не люблю, а вместо того, чтобы что-то менять, распускаю токсичный газ по всему этажу. Может проблема во мне...

В какой-то момент показалось, что он достанет бутылку заныканного вискаря, мы нажремся и будем петь песни его молодости. Он будет петь, а я невпопад шевелить ртом, потому что не знаю слов. Но все оказалось куда проще. Тонкий достал чистый лист бумаги и предложил написать заявление. Отпустит меня без двухнедельной отработки прямо сегодня.

Мы оба от этого только выиграем. Говорит, что они не пропадут. Незаменимых людей не бывает. Потерпят немного, но найдут шестеренку с подходящим количеством зубьев.

Пишу заявление. Первый раз в жизни жму Сергею Александровичу руку.

Понедельник. Прошло два часа рабочей недели. Я шлепаю разношенными мокасинами по тротуару, улыбаюсь погрязшим в рутине прохожим. В отделе кадров сказали что-то про обходной лист, но я не трачу на это время, есть дела поважнее. Ноги ускоряются, звоню Димону:

- Мужик, мне нужен гараж!

- Приезжай.

Даже спрашивать не стал - высший уровень дружбы. По интонации все понял. Я на взводе. Я готов действовать.

Димас всегда дома. Кажется, что ему даже мобила не нужна. В девяти случаях из десяти дозвонишься по домашнему. Он типо фрилансер. Говорит так родителям. На вопрос: “чем занимается фрилансер и почему не зарабатывает деньги?”. Димон отвечает, что сейчас трудные времена. Кризис повлиял на рынок онлайн услуг не меньше, чем на стоимость нефти и курс доллара. Ему не хватает “совсем децл” чтобы выстрелить... уже три года. Ну а успешный бизнес родителей - просто удачное стечение обстоятельств. Димас говорит, что денег не просит. Сами присылают...

Подхожу к метро. Ну нафиг - долго. Еще утром понял всю серьезность произошедшего, но признался себе только сейчас. Макс может оказаться в конкретной жопе, пока я тут жетончики покупаю. Нахожу на стоянке бомбилу. Едем.

Кидаю шефу пятихатку. Крутой чел внутри меня запер жиденыша в толчке, говорит таксисту: “можно без сдачи”. Вываливаюсь из тачки.

Расстегнутая на груди рубашка, развевающийся на ветру пиджак, целеустремленная походка - я, словно мир прилетел спасать.

Мирон крутится у открытого гаража.

- Здарова, - жмем руки.

- Ну че там? - спрашивает.

- По собственному написал.

- Красава, - растекается в улыбке. - Не пожалеешь.

- Посмотрим, - захожу в гараж, раздеваюсь. - Боюсь, что ты прав. Макс мог выжить.

- Бля-я-я, - хватается за голову.

- Есть идеи?

Садимся на диванчик. Какой тут придумаешь план, если понятия не имеешь, что творится внутри? Обсудили самые очевидные вещи: один на него не рыпаюсь; валю только если уверен, что минусану. А как быть уверенным? Скинуть бетонную плиту на Гольф?

Устраиваю булки в капсуле, говорю Димасу чтобы не ждал - может затянутся. Показывает сначала большой палец, а потом прикладывает имитацию телефона к уху. Киваю. Поехали.

Осматриваю очередную квартиру. Чувствую, как изменился мой взгляд. Я больше не рассматриваю предметы декора, личные вещи выдуманных жильцов или безвкусные картины на стенах. Взгляд превратился во взгляд мародера. Смотрю на найденный предмет и шевелю извилинами. Каждый из них - потенциальная возможность что-то скрафтить, усилиться или дольше прожить.

Кроме мародера во мне проснулся и садист, причем сейчас его интересы преобладают над остальными. Задерживаю взгляд на булавке, степлере, канцелярском ноже или вантузе и думаю, как можно использовать эти итемы, чтобы продырявить, сшить, распороть или отчпокать Скока.