"Фантастика 2023-202" Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Каменев Алекс "Alex Kamenev" - Страница 745

Скок делает два неуверенных шага, отступаю. Цепляясь пятками за ступеньки, взбегаю на пролет выше. Разгневанный, пылающий монстр прет на меня. Завожу копье за спину, швыряю.

Лезвия вонзаются в левую часть груди. Скок отводит назад плечо и приостанавливается. Вижу, как обугливается его кожа. Да сдохни ты уже!

Поднимает глаза. Снова загораются красным, лицо превращается в волчий оскал. Орет и прет дальше. Зверю, который разорвет меня на куски, осталось преодолеть пять ступенек.

Вытягиваю вперед руки, зажмуриваю глаза. Только бы быстро убил...

Скок спотыкается, торчащее из груди копье упирается в последнюю ступеньку. Лезвия вонзаются еще глубже.

Дышит, как медведь, слюна стекает по бороде. Челюсти кусают воздух. Там столько злости, что он готов сожрать меня. Глаза, не отрываясь, пялятся в мои, а ноги толкают вперед. Он обезумел. Вся эта гора мышцы все глубже и глубже насаживает себя на копье.

Слышу металлический хруст - ломаются лезвия. Черенок с металлическим звоном скатывается ему под ноги. Скок поднимается на площадку, тянет правую руку к моей шее... Замирает. Лицо бьется в конвульсиях, из уголка рта вниз ползет кровавый ручеек. Подгибаются колени. Падает на спину, как подрубленное бревно. Скатывается на площадку своего этажа...

От автора

Всем, кто уже жмякнул “мне нравится” - Спасибо! Автор прется от будоражащей и приятно волнующей единички рядом со вкладкой “Уведомления”, если вы понимаете, о чем я :)

Глава 7. Проспект

Опускаю трясущиеся руки. Сердце накачало в голову столько крови, что кажется вместе с венами на висках, пульсируют и глаза.

В нос ударяет запах горелого мяса. Огурцы, шпроты, хлопья и колбаса собрались выходить. Отвожу голову в сторону, затыкаю нос. Немного попустило.

На смену марафону страха, напряжения и злости приходит спокойствие и желание отдохнуть. Чувствую, как остывает тело, мышцы превращаются во вчерашний кисель. Сейчас бы шлепнуться на задницу и посидеть, но, черт возьми, нужно действовать. Давай, мужик, давай...

Пытаюсь вспомнить, какими были следующие шаги моего плана. Сложно. Похоже, не особо я в него верил. Ну, же! Закрыть дверь, чтобы не реснулся снова! Точно!

Хватаюсь двумя руками за перила, перелетаю через горящее тело, будто прыгун с шестом. Пламя почти погасло, но света оказывается достаточно, чтобы разглядеть валяющийся на площадке ключ. Вот что звенело, когда вытащил из Скока копье. Похоже, вояка не успел закинуть его в карман, а потом просто разжал кулак. Спасибо. Спасибо, что не пришлось выковыривать его из запекшегося сгустка кожи и штанов.

Поднимаю ключ, плечом наваливаюсь на металлическую дверь. Латунь царапает замочную скважину, рука психует, старается впихнуть силой. Второго Скока мне не одолеть. Ну же... Поворот, щелчок. Есть! Если реснуться не успел, то тут уже не появится. Черный риелтор Мирон знает свое дело.

Снова открываю дверь. Вхожу:

- Макс!

Бегу в комнату, по дороге ловлю небольшой ступор - комнаты две, значит квартиры с металлическими дверьми - двушки. Всматриваюсь в темноту - пусто.

- МАКС!?

Пацан не отвечает, несусь во вторую комнату. Ноги сбивают стоящие на пути предметы, делают много шума. Врываюсь, дверь стучит о стенку. Никого... Проверяю кухню, санузел, кладовую - пусто. Больше пацана спрятать негде. Макса в квартире нет. Как нет и времени на размышления: почему? Стягиваю с кровати плед, бегу на площадку.

Серый прямоугольник в полоску накрывает Скока. Через четыре секунды прекращается треск пламени и шипение синтетических тканей. С удовольствием оставил бы все как есть, но мне нужен гребанный рюкзак, что висит на спине. Делаю три глубоких вдоха, на четвертый задерживаю дыхание, откидываю покрывало. На площадке снова стало темно, но недостаточно темно, чтобы не заметить поднимающийся к потолку дым мертвечины, а еще эта вонь... Глазные щели становятся толщиной с монету. Хочу быстрее покончить с этим, и, как обезумевший от голода койот, рывками тяну рюкзак. Протащил Скока сантиметров двадцать, опаленные шлейки не выдержали. С треском завалился на задницу, крепко сжимаю трофей.

Воздуха не хватает. Жадно вдыхаю это дерьмо. Голова идет кругом, воображение рисует картинку, где я выковыриваю ключ из запекшейся кожи. Огурцы, колбаса и остальные выходят на площадку, растекаются неправильной лужицей.

Слезы из глаз и испарина на лбу. Животу стало легче, а телу - сложнее, конкретно проседаю по силе или выносливости, не знаю. Бьет дрожь, хочется полежать и выпить воды.

Нельзя. Как далеко он респаунится? Через сколько появится здесь? Поторапливайся, Мирон!

Заваливаюсь в квартиру, теперь мое внимание приковано к тому, чем можно поживиться. Глаза мародера жаждут увидеть арсенал из калашей, эмочек, осколочных гранат, метательных ножей и пары самурайских мечей. Квартира отрезвляет суровой правдой: бейсбольная бита, топор, армейский нож. В одной из комнат меня ждут шесть бутылок вискаря и таблетки. На кухне нахожу консервы, крупы, бомж-пакеты, сахар, чай, яблоки, сушеную рыбу и еще какую-то хрень.

Бегаю по комнатам и пихаю в рюкзак все, что мозг считает наиболее ценным. Быстро забивается под завязку. Вспоминаю о розовом рюкзаке, что лежит на пролете над Скоком. Идти за ним влом, потому что придется снова смотреть на тело. Хватаю целлофановый пакет, так же быстро наполняю.

Как же хреново без часов. Чувство времени растворилось в преследуемом страхе увидеть фулового Скока. Убеждаю себя, что прошло минут тридцать. Пора валить.

Выхожу на площадку. Сердце взрывается новым приступом трепета. Тело ИСЧЕЗЛО! Вместе с ним растворился запах, тускнеют кровавые пятна. Ну, бля! Если это НЕ признак того, что он реснулся, то я - кардеболетинка, мать твою...

Ключ оставил в замке, когда входил - это прям подарок. На то, чтобы попасть трясущимися протезами в замочную скважины, ушло бы не меньше недели. Поворачиваю замок, ключ прячется в кармане, прыгаю по ступенькам.

Остановился на четвертом этаже, замер. Мойша поучительно трясет пальцем и отчитывает за то, что я так просто оставил копье, над которым провозился не один час. Трусишка, отвечающий за то, чтобы уйти из передряги живым, трясет за калошу и, исходя на писк, орет: “ВАЛИ НА ХЕР ОТСЮДА! КАКОЕ В ЖОПУ КОПЬЕ?!”.

Оставляю ношу, возвращаюсь на пятый. Рука хватает обломок, ноги несут назад. Подхватываю рюкзак, пакет, вываливаюсь из подъезда.

Через десять минут щелчок замка в моей лачуге позволяет вдохнуть воздух безопасности. Опираюсь спиной о стену, сползаю на задницу. Дышу...

... ... ...

Выхожу из астрала с мыслями о том, что нарисованные наркоманом цветочки на обоях имеют по шесть лепестков. Но это ТЕ, что смотрят вверх, а голубенькие, что завалены на бок - по семь. Но всех их обставил красный цветок, он хвастается целой дюжиной лепестков. Мать-цветок, среди прислужников...

Миро-о-он? Ау-у-у! Ты, о чем вообще?

Так... Стоп! Сижу на заднице в кромешной темноте. Судя по онемению и гарцующим на заднице мурашкам - сижу давно. Не могу даже вспомнить, о чем думал, ну кроме узора на обоях. Ноги разгибаются под приятный треск в коленях. Устал, как... Устал, так, что даже впадлу придумывать сравнение.

Медленно приходит осознание, что все получилось. Я сделал этого козла. Ушатал уродца! Чувствами радости и гордости хочется поделиться. Встретить первого встречного, по-блатному плюнуть на асфальт, оттянуть спортивные штаны в районе причиндал и сказать, что вальнул Скока. Впечатлений - хоть татуху набивай.

Рюкзак и лут - это конечно хорошо, но где Макс? Неужели он все-таки умер тогда? Может быть... Я ведь даже не дал ему шанса объявиться. Так стремился спасти от издевательств Скока, что даже не удосужился хорошенько все проверить. Будет забавно, если приду к его квартире, а на двери - ответ: “я за хлебушком выходил, а сейчас дома”.