В Желании Сиять (СИ) - Лир Утау - Страница 32

А Тинг все продолжала говорить, не открывая глаз, голос её уже срывался на крик:

— …Вэньцзи не станет подобным тебе… Я не позволю этому случиться!

Воплотить грезы в реальность. Ради этого Янь'эр готова была пойти на всё. В конце концов, именно это желание погубило её.

— Тогда всегда будь рядом с ним, — сказал Цин Лэй с легкой, немного грустной улыбкой.

Эти слова были последними. Иллюзия начала постепенно рассеиваться, а Тинг приходить в себя. Последние слова Цин Лэя эхом раздавались у неё в голове.

— Тогда всегда будь рядом с ним, — одними губами прошептала она эти слова, и сердце птицы наполнилось решимостью, — «Пока я рядом, Вэньцзи не пойдет по его стопам!»

***

Когда сознание Тинг вынырнуло из иллюзии, она поняла, что час там был равен всего лишь мгновению в реальном мире. Лишь на мгновение она задержалась в даньтяне Цин Вэньцзи. Бросив последний взгляд на черное, как смоль, ядро, сознание девушки вернулось в тело.

Цин Вэньцзи еще какое-то время сидел с закрытыми глазами, окончательно стабилизируя ядро и дьявольскую Ци, а потом открыл глаза. В нескольких метрах от него стояла Тинг. Лицо её было задумчивым, а взгляд направлен в никуда. Словно она пребывала совсем не здесь.

— Учитель?.. — негромко позвал юноша, и взгляд Тинг стал осмысленным.

Она посмотрела на него и мягко улыбнулась. Она выглядела как обычно, но Цин Вэньцзи смог уловить скрытую за улыбкой тревогу. Ощущая какой-то подвох, юноша внимательно оглядел внутренности дома, но ничего не заметил.

— Что-то случилось? — уточнил он, мысленно прикидывая примерный масштаб неприятностей. Он ясно чувствовал тревогу Тинг, но не мог понять, с чем она связана. У него было слишком мало данных.

Тинг некоторое время молчала, затем покачала головой:

— Нет, но нам пора возвращаться в секту.

Она повернулась, чтобы выйти из дома, однако Цин Вэньцзи словно врос ногами в пол. Он не шевелился, подозрительно глядя на девушку. Заметив это, Тинг вновь повернулась к нему, посмотрев вопросительно.

— Почему мне кажется, что ваша тревога… из-за меня?

Тинг вздрогнула. Она не ожидала, что Цин Вэньцзи так быстро догадается, в чем причина её волнения. Действительно не ожидала.

— Вэньцзи… можешь мне кое-что пообещать? — наконец спросила она, напряженно глядя на юношу.

— Конечно! Что угодно! — после ее слов Цин Вэньцзи мгновенно расслабился. Ведь он действительно был готов на все.

Тинг тихонько выдохнула, немного успокоившись. Она боялась, что юноша не прислушается к ней, однако увидев его глаза сейчас, девушка решила, что он точно услышит её.

— Пообещай мне, что, куда бы ни пошел и что бы ни делал, ты всегда будешь помнить о ценности человеческих жизней.

На мгновение на лице Цин Вэньцзи застыло замешательство, но практически в ту же секунду сменилось пониманием. Серьёзно посмотрев прямо в глаза Тинг, он произнес, будто давал клятву пред лицом целого мира:

— Обещаю.

И он действительно пообещал это ей. И не только ей, но и себе самому. Вот только истолковал слова Тинг юноша немного не так, как того желала птица. Это его обещание касалось лишь смертных.

Только смертные до конца своих дней остаются людьми. Ведь путь культивации приводит их к становлению Богом, Демоном, Дьяволом… или даже Бессмертным. Безбрежные Просторы велики и необъятны, в них хаотично расположены множество различных миров, которые населяют многочисленные народы. Им нет числа, они практически бесконечны… и среди этого множества народов лишь смертные в конце концов не обратятся иным существом. Навсегда останутся людьми, не сумев пробудить спящее в их крови наследие.

Тинг не знала, как Цин Вэньцзи истолковал её слова, однако стоило ему сказать это слово, «обещаю», как девушка окончательно расслабилась. Как бы наивно это ни было с её стороны, она действительно хотела ему верить. Верить в созданный ею образ.

— Спасибо, — сказала она, искренне улыбнувшись.

Эта улыбка словно стала ключом, приоткрывшим неприметную дверцу в душе Цин Вэньцзи. И из-за этой дверцы послышался тихий голос, который ворвался в сознание юноши, прогремев оглушительным громовым раскатом:

— «Не разочаруй её!»

Как только прозвучали эти слова, дверца вновь закрылась и словно исчезла. Как бы Цин Вэньцзи ни искал, он так и не смог найти её.

За той самой дверцей находился кабинет, обставленный черной мебелью, а в центре него сидел медитирующий Цин Лэй. Стоило двери закрыться и исчезнуть, как он открыл полные задумчивости глаза. Какое-то время он продолжал сидеть так, а потом, сделав тихий вздох, запрокинув голову, посмотрел в потолок кабинета.

Словно повинуясь ему мыслям, пространство кабинета начало искривляться, и вот он уже сидит посреди звездного неба, а вдалеке перед ним парит огромный континент. Если смотреть на него сверху, по форме он напоминал арахис или восьмёрку. Словно овальный континент ровно посередине двумя пальцами сжала огромная рука.

Это был мир Демонов и Богов.

— Янь'эр, — прошептал Цин Лэй, — Я создал этот мир лишь для нас двоих… Поэтому, прошу, хоть в этой жизни не будь столь жестока…

Он смотрел на огромный континент впереди, и его взгляд постепенно мутнел из-за вставших в них слез. Он устал терять. Устал, забыв о себе, выполнять приказы главы клана Цин. Устал от этой жизни. Устал жить, раз за разом вспоминая прожитые годы. Сейчас он желал лишь раствориться в потоке мыслей нового себя. Чтобы больше никогда не вспоминать прежнюю жизнь.

***

Вернувшись в секту Небесного Облака, Цин Вэньцзи поспешил на четвертый пик, чтобы отчитаться перед Лэй До о результатах проведенного расследования.

Подлетев к его пещере бессмертного, юноша сомкнул руки, выражая уважение и, чуть склонившись, произнес:

— Ученик девятого пика Цин Вэньцзи выполнил задание.

Он стоял так, слегка согнувшись в поклоне, около пяти вдохов, когда из пещеры не раздался безэмоциональный голос.

— Входи…

В то же время скала пошла рябью и стала полупрозрачной, пропуская юношу.

Цин Вэньцзи не стал церемониться и просто вошел внутрь. Представ перед четвертым старейшиной, юноша не стал кланяться, решив, что тех пяти вдохов Лэй До хватит на всю оставшуюся жизнь, и начал рассказ.

— …поэтому примерно через пять месяцев следует ожидать нападение со стороны союза Забытой Жизни. Среди нападающих, вероятно, будет кто-то на третьем отсечении или даже на стадии Поиска Дао.

Лэй До выглядел мрачным, но Цин Вэньцзи смог разглядеть проблеск довольства в его глазах, тут же сделав определенные выводы.

— Что-то ещё? — с нотками раздражения в голосе спросил четвертый старейшина.

Цин Вэньцзи немного подумал, стоит ли выкладывать все, но все же сказал:

— Полагаю, они хотят добиться полной капитуляции секты и ее вступления в союз, поэтому приведут сильно превосходящие силы.

Лэй До про себя невесело хмыкнул, подумав, что у союза точно не будет кого-то царства Дао восьми или девяти эссенций, а значит, и силы их, какими бы они ни были, будут подобны пыли в глазах Цзи Ланя.

— Хорошо, — кивнул четвертый старейшина, сжав губы в тонкую линию, — Можешь идти. Я сам донесу принесенные тобой вести до главы и старейшин.

На самом деле, за выполнение задания и то, что Цин Вэньцзи принес столь ценную информацию, ему полагалась какая-то награда. Это понимал как сам юноша, так и Лэй До. Вот только ни один из них даже не заикнулся о ней.

Цин Вэньцзи ничего не сказал, поскольку понимал, что секта Небесного Облака не сможет дать ему чего-то действительно полезного.

Техники, божественные способности, секретная магия? Даже если он просто выпустит поток концентрированной дьявольской Ци, он будет мощнее любой способности из секты внешнего кольца.

Что же касается сокровищ, большая часть обычных артефактов попросту не сможет выдержать его дьявольскую Ци, постепенно разрушившись. Опять же, Цин Вэньцзи не верил, что в секте внешнего кольца может найтись что-то достаточно мощное и качественное, чтобы оно не только выдержало его Ци, но и оказалось действительно полезным.