В Желании Сиять (СИ) - Лир Утау - Страница 43

Тинг застыла, невольно восхитившись работой, что проделал Юй Мин. С его объяснений выходит, что озеро можно назвать «озером маленькой птички», но непосвященные в секрет Тинг, да чего уж там, даже посвященные в него, ни за что бы не догадались об этом.

— «Если бы здесь был Вэньцзи, — мысленно усмехнулась девушка, — Он, наверное, сильно бы всполошился из-за этого. Может, даже потребовал бы сменить название».

Юй Мин еще немного нервничал по поводу реакции Тинг, но, поняв, что девушка не злится, заметно расслабился. Он очень давно не видел Тинг, но в детстве сильно к ней привязался, а потому воспоминания восьмилетней давности не потеряли свои краски. Он часто вспоминал их разговоры и игры на берегу озера. На самом деле, с того самого дня как Тинг подарила ему свое перо, Юй Мин никогда с ним не расставался. Перо стало для него чем-то вроде талисмана удачи, он и представить не мог, чтобы выйти куда-то без него!

Вспоминая о пере, он вспомнил один инцидент восьмилетней давности. Тогда Тинг уже покинула деревню и была далеко отсюда, а в деревню пришел мальчик ненамного старше него и потребовал перо Тинг. Точнее, он спрашивал про саму Тинг, но тогда Юй Мину казалось, что помимо информации о девушке тот мальчик отберет у него и перо. Отчасти именно поэтому перо атаковало, хотя мальчик не навредил самому Юй Мину.

Когда тот мальчик ушел, Юй Мин еще какое-то время подозрительно косился на деревенских, боясь, что и они попытаются отнять перо, но вскоре забыл о том случае. Но сейчас это событие всплыло в его памяти и показалось очень важным. Таким же важным, как жизнь или смерть. А потому он не решился молчать.

У него возникло странное чувство, которое он не мог толком разобрать – толи внутренний голос просил утаить это от Тинг, толи наоборот, рассказать. Но сам Юй Мин не думал, что нечто столь важное, пусть и очень давнее, стоит скрывать от Тинг. Всё-таки он понимал, что для бессмертных вроде Тинг время течет совсем не так, как для него.

— Сестренка Тинг, может, это уже и неважно, но я должен кое о чем рассказать, — посмотрев прямо в глаза Тинг, твердо произнес Юй Мин.

Уловив что-то в тоне его голоса, лицо Тинг сразу приняло серьезное выражение. В глубине души что-то отчаянно заныло, словно останавливая её от очередного глупого поступка, но, словно обрубая все мосты, девушка упрямо кивнула, готовая слушать.

Глава 15

Получив позволение Тинг, Юй Мин начал свой рассказ, акцентируя внимание на том факте, что непрошенный гость искал именно Тинг. Повинуясь какому-то внутреннему чувству, парень не стал высказывать никаких предположений, словно сам того не осознавая, чего-то опасался.

А опасаться было чего, ведь в это время за несколько сотен километров от деревни Осеннего Клена Цин Вэньцзи медленно начинал паниковать.

Тинг внимательно слушала обстоятельственный рассказ Юй Мина, ощущая при этом странную фантомную боль. Словно что-то внутри упорно твердило, что ей не только не нужна эта информация, но еще и опасна. Но из-за глупости ли, или из внутренней упертости, девушка продолжала слушать.

А когда Юй Мин закончил пересказ событий восьмилетней давности, с мрачным предчувствием направилась к деревенским воротам, где почти десяток лет назад прощалась с жителями деревни Осеннего Клена.

Домен Пространства и Времени – это не просто знания и образ мыслей Тинг, но и ее главная и, по сути, единственная сила, способная на мгновенные разрушения. Это техника, которую она начала постигать еще до знакомства с Цин Вэньцзи. И сейчас, мысленно очертив нужное пространство, птица была намерена обернуть время вспять. Конечно, на реальности это никак не отразится, ведь она, по сути, создавала иллюзию.

Стоило Тинг протянуть вперед руку, как очерченное незримой линией пространство пошло рябью, искривляясь и открывая взору свои не очень далекие воспоминания.

Вот на дорожке показывается быстро приближающаяся чёрная тень, вот побледневший дозорный, спотыкаясь подает сигнал всем деревенским встретить молодого бессмертного, вот тот оглядывает нестройные ряды селян…

— Мое имя Цин Вэньцзи, — говорит этот мальчик, глядя на Юй Мина, — Я ищу ту, кто дала тебе висящее у тебя на шее перо.

Тинг смотрела на разворачивающуюся перед её глазами сцену и чувствовала, будто что-то в её душе стремительно умирает.

А когда детское тело в черном с силой отбросило от Юй Мина, птица ощутила, как у неё самой подкосились ноги, а крылья, которых она не имеет в этом обличии, чья-то невидимая рука безжалостно вырвала из спины.

От накативших эмоций девушка перестала понимать, что происходит вокруг. Лишь чудом не упав на землю, Тинг шаг за шагом приближалась к иллюзорному мальчику в черном. Она не осознавала, что происходит вокруг неё, словно мир сузился до одной детской фигуры. Не знала, что сделает, когда между ней и иллюзией не останется и метра.

И когда Тинг, словно в трансе, протянула руку, чтобы уже привычно исцелить раны, навеянная иллюзия разрушилась. Просто рассеялась налетевшим потоком ветра, была сдута, словно дым костра.

Это стало последней каплей. Держащаяся на ногах лишь из упрямства, Тинг упала коленями в сухую листву. Подол платья, распластавшийся по мокрой земле, в нескольких местах посерел и испачкался, пропитавшись запахом прелой листвы и почвы, мягкой из-за недавно прошедшего дождя.

В голове было пусто, но грудь переполнялась самыми разными эмоциями. Будь то отчаяние и обида от осознания того, что Цин Вэньцзи никогда и не был на ее стороне, грусть и боль, словно её предали, гнев на себя за наивность… или глупая надежда на то, что все то, что происходило в последние пять лет, было правдой, а не её выдумкой.

Сидя на земле, обхватив себя руками, Тинг вспоминала, какой простой была жизнь в духовном лесу. Духовные звери предпочитают прямоту. Они не будут юлить, а без излишней церемониальности выскажут тебе все, что о тебе думают. Звери не станут лгать, просто оставив при себе то, что не желают говорить. Они могут открыто использовать друг друга, но никогда не опустятся до удара в спину и жестокого предательства. Только если иначе им не защитить все то, что дорого их звериным сердцам.

Сейчас Тинг отчетливо понимала, что они с Цин Вэньцзи словно из разных миров. Что за ирония, все эти годы она верила человеку, который с самого начала был её врагом. Но что еще смешнее, она все ещё желала ему верить. Будь то Цин Вэньцзи или Цин Лэй, она хотела верить этому человеку. Хотябы из-за проклятья Дьявола.

Из её глаз не текли слезы, а лицо ничего не выражало. Лишь чрезмерная бледность выдавала её состояние. Поднявшись на ноги, она коротким взмахом рукава удалила грязь с платья и вернулась к Юй Мину.

Все время наблюдавший за ней подросток понимал, что надо бы что-то сказать или сделать, но не знал, что именно. Сейчас он жалел, что рассказал Тинг о событиях восьмилетней давности. Если бы только время можно было повернуть вспять, он ни за что бы не повторил сегодняшней ошибки! Вот только это невозможно.

— Сяо Мин, — чуть дрожащим голосом позвала Тинг, обращая на себя внимание парня, — Не мог бы ты раздать вещи отсюда жителям Осеннего Клена?

Только сейчас Юй Мин заметил в руках Тинг серую бездонную сумку. Она была самой простой, поэтому ей мог пользоваться даже смертный.

— Ты уходишь?.. — прекрасно зная ответ, спросил подросток.

Тинг только кивнула, не став ничего говорить. На самом деле она просто боялась, что не сможет сдержать эмоции и голос сорвется. А больше всего сейчас Тинг не хотела показывать собственную слабость. Потом. Потом, вернувшись на девятый пик, она вдоволь наплачется и окончательно решится на то, что сегодня задумала. А пока нужно держаться.

— Вот как… — Юй Мин понимал, что глупо пытаться её остановить. В конце концов, если Тинг пожелала уйти, даже вся деревня не сможет удержать её, что уж говорить о нем одном, — Хорошо, я все сделаю! Только… сестренка Тинг, пожалуйста, пообещай, что ещё навестишь нас.