На осколках памяти (СИ) - Катаева Татьяна Анатольевна - Страница 7

Глава 6

В постельном режиме провела пару дней. И хоть чувствовала на третий день себя как новенькая, выходить с комнаты мне все равно нельзя было. Моё отекшее, синее лицо, не позволяло появиться в институте.

И так прошла неделя.

Пришлось придумать болячку, чтоб отбрехиваться перед преподами. Больше всего я переживала, чтоб не сообщили Лисицкому. Ведь в этом случае, он мог заявиться в общагу, и чтобы я тогда ему рассказала, сказку о злом волке, напавшем на прекрасную красную шапочку? И после нападения шапочка, посинела. Смешно. Но смешно, потому что меня пронесло, и мой зло опекун ничего не узнал.

Ещё один серьезный разговор ждал меня с Денисом. Он мне хоть и не парень, но иногда кажется, что ведёт себя именно так. Ну или мой телохранитель. Первые дни после боя он не отходил от моей постели, а потом словно исчез из жизни, и не появлялся. Я понимала, что сердится, но бежать и извиниться за свое поведение, я не собиралась.

И вот сегодня иду наконец-то в институт. Проснулась в настроении. Приняла душ, и пошла собираться. Взглянув в зеркало, улыбнулась отражению. Ни намека на следы побоев. Ни синяков. Ни отёчности. Словно новая копеечка. Оделась и рванула грызть гранит науки.

После пар договорились с Катюхой сходить в кино. И вот сейчас бегу по коридору, чтоб забрать свои вещи в шкафчике, и найти Катю. Возле шкафчика меня ждёт сюрприз, в виде злого Дениса.

— Ну привет, — говорю ему с улыбкой.

— Ну привет, — отвечает он мне, но с меньшим энтузиазмом.

— До сих пор злишься?

— А ты как думаешь?

— День, ну хватит губы дуть. Ну правда, прекращай. Ну не сказала тебе я, скрыла. Но ведь знала, что ты не пустишь, знала, что вот так вот обижаться будешь.

— Считаешь, что я просто так переживаю? И что ничего не произошло такого?

— Ну как бы не так считаю. Но ведь всё хорошо.

— Ты ведь не дура Сонь, пойми, тебя могли покалечить там.

Он уже орал. Вот не нормальный. Чего так орать. Ну все же хорошо. А он сцены закатывает.

— Все я понимаю. Успокойся. Это не повториться, обещаю.

— Честно?

— Честно, — говорю я, веря своим словам.

Но уже через время сама же изменю свое решение.

Прошло три месяца с того момента.

Жизнь текла своим чередом. И уже через несколько недель мне исполнится восемнадцать. Сказать, что я ждала этого и радовалась? Нет. Как-то наоборот, грустно становилось. Всего пройдет один день рождение, и я навсегда останусь одна. Лисицкий хоть и был всего лишь моим опекуном, который не принимал участие в моей жизни, но я знала, что он связан со мной узами обещания. Но вот скоро эти узы разорвутся, и я останусь навсегда одна.

Грустила от этого каждый день. Накручивала себя. Состояние — словно вхожу в депрессию. Но бесило больше всего, то, что я не понимала почему. До этого столько лет было плевать на него, и на его присутствие в моей жизни. А теперь грустно?! Я последние время совсем перестала себя понимать, и свои чувства.

Последней каплей моего состояния стало то, что я залезла в интернет прочитать новости о нём. Разные издания, статьи, писали много, но ничего интересного. Пока не наткнулась на журнал "Time" и на интервью с Лисицким.

Как всегда, сначала сплошная вода. Вопросы о бизнесе, хобби, отдыхе. И тут пошли вопросы о личной жизни. Где черным по белому написан ответ Егора. "Может я скоро и женюсь! Кто знает, возможно моё сердце, наконец-то удалось завоевать. Нет, имя избранницы пока я не могу вам сообщить. В скором времени вы обязательно о ней узнаете!"

Вдохнула воздух, и замерла словно статуя. Дышать, дышать, — повторяю себе. Не могу. Больно как-то стало. По факту не понимала почему так. Единственное логическое объяснение, это из-за сестры. Наверное, чувствую, что он предал её. Но на самом деле, ничего не понимаю. Просто больно. Выдох...

Вскакиваю на ноги и выбегаю в коридор.

— Дышать, дышать, — снова повторяю себе.

Значит женится скоро...

Предатель.

Конечно, пара недель и он лишится главной обузы, в качестве меня. Можно и семью наконец-то заводить. Сама мысль об этом так ранила, что слёзы полились рекой.

Бежала по коридору, пока не врезалась в Серёгу. Он остановил меня, и странно посмотрел. После того боя мы с ним не разговаривали. Лишь здоровались и всё. Денис запретил ему подходить ко мне.

— Эй, малая, ты чего? Что случилось?

— Ничего. Паршивый день, — отвечаю. Пытаюсь вытереть слезы. Не хватало рыдать у таких, как он на плече.

— Бывает. Как твои дела?

— Ну такое. Слушай Серый, можешь меня снова на бой записать? — вдруг спрашиваю.

— Э-э, ну понимаешь малая, как бы Ден меня убьет. Он тогда такое мне творил.

— Мне очень надо.

— Малая, может не стоит? Ты после того боя неделю с комнаты не выходила.

— Знаю. Но я очень хочу.

Он стал сомневаться. Я улыбнулась и немного построила глазки.

— Я попробую. Но реально, если вдруг чего, я ни при чем. Скажешь сама записалась, если Ден узнает.

— Договорились.

И вот снова стою возле входа в уже знакомый коридор. Обещала ведь себе, что не вернусь сюда. Солгала. Мне нужно снять стресс, и заработать денег. Если я где-то и хранила надежду на то, что Егор будет мне помогать и после восемнадцати, то она умерла, после прочитанной статьи. Его жена никогда не даст добро на такое. Я ведь никто для их семьи.

Переоделась в раздевалке. Надела любимые красные шорты, топ и перчатки. Завязала волосы в хвост. Странное чувство не покидало меня. Словно сегодня меня не должно здесь быть.

Задумалась. Может уйти?

Обещала ведь всем и в том числе и себе, больше не драться в боях без правил. Но нет же. Этот чертов Лисицкий даже со страниц журнала меня достает.

Горько усмехнулась отражению. Ненавижу его, ненавижу.

И пошла к рингу.

Соперница сегодня у меня не такая мощная, большая и грозная, как тогда. С улыбкой приступила к бою. Но соперница лишь на вид была вялая, по факту, довольно-таки сильная, и хорошо дралась.

Двигаюсь на ринге, не стою на месте. А вот мысли где-то далеко. Никак не могу настроиться на победу. Вот только что я пропустила апперкот, удар снизу в ближнем бою, за ним последовал удар в живот, ногу, и снова в лицо. Упала. Это хорошо, что упала, есть возможность перевести дыхание и набраться сил на рывок и нападение.

Собралась подниматься, и повернула голову в сторону зрителей. Чей-то очень жгучий взгляд выделялся из всех.

Такой чёрный.

Такой знакомый.

По телу пробежали мурашки. Не может этого быть.

Показалось.

Поднялась и продолжила бой. Но мысли не давали покоя.

Разве могла я спутать эти дьявольские всепоглощающее черные глаза? Вряд ли. Снова дрожь. И я пропускаю череду мощных ударов. Снова падаю. В этот раз сразу же перевожу взгляд в ту же сторону. Я должна убедиться, что это не он.

Но это он. И, кажется, он уже не собирается стоять на месте. Подрывается и начинает идти в сторону ринга.

— Мне конец, — мелькает мысль. И я правильно подумала, так как увидела его вблизи ринга. Охрана остановила, но он машет руками, доказывает, орёт. Понимаю, что мне конец, и единственный выход — это бежать. Бежать, пока не поздно.

Показываю судье, что сдаюсь. Даже Егор замер на месте, пока объявляли победителя. Я же тем временем, только и ждала возможности сбежать.

Был ли у меня другой путь, шанс, возможность? Не знаю. Когда вижу эти чёрные глаза, мозг отключается. Хотела благодаря этому бою забыть его, выкинуть с головы, а получается, наоборот, наткнулась и нарвалась на неприятности.

Забежала в раздевалку, за три секунды переоделась, схватила вещи и наутёк. Не успела. Прямо в коридоре налетаю на него, и ударяюсь в большую, широкую грудь. Пытаюсь сбежать, не получается. С легкостью, и показалось, со спокойствием он меня останавливает.

— Ты что думала, что я никогда не узнаю? Чем ты вообще думала, София? Немедленно отвечай.