Хранитель сердца моего (СИ) - Светлая Варя - Страница 24

Поначалу это было легко. На каждом этаже я останавливалась и осматривалась. Многие этажи были пусты, на них не было ничего, кроме маленького окошка, больше похожего на узкую бойницу.

На некоторых этажах были неприметные двери. Входить в них я не решалась. Интуиция говорила, что библиотека находится гораздо выше. Возможно, настолько высоко, что придется подниматься не один час.

Я поднималась выше. Дыхание сбилось, мышцы ныли. Считать этажи я давно бросила. Иногда мелькала мысль, что меня могут хватиться и начать искать. Но возвращаться было уже поздно. Почти половина пути была пройдена. Я надеялась на это.

Через еще четверть часа я присела отдохнуть и перевести дыхание.

«Как он поднимается сюда каждый день?» — думала я.

А потом вспомнила, что он умеет перемещаться в пространстве. Мне бы такую способность.

Я поднялась и принялась разминать уставшие ноги. Выглянула в окно. Увидела лишь небо. Смахнув пот со лба, начала уже было подниматься дальше, как услышала чьи-то голоса. Кто-то разговаривал через два, может, три пролета выше. Я замерла. А что, если меня услышат? Тогда уже никакая проверка мне не поможет.

Медленно-медленно, стараясь не дышать, я на цыпочках подкралась к двери, что была на этаже. Обхватила дверную ручку. Повернула. Ничего. Попробовала еще раз, но в другую сторону. Заперто. Спрятаться было негде. Можно было попробовать сбежать вниз. Очень и очень тихо сбежать.

— Как ты посмел закинуть Пролана в низины? — неожиданно раздался голос короля прямо надо мной.

Я прижалась к стене и зажала руками рот.

— Пролан оскорбил меня, — услышала я голос Морана.

Но как он там оказался? Он ведь был внизу, и не мог быть здесь.

«Он просто переместился, дура», — ответил внутренний голос.

Как я могла об этом забыть? Черт! Черт! Если я сейчас попадусь, то подпишу себе смертный приговор. Уже подписала своим глупым поступком.

Король с Мораном были слишком близко и могли услышать мои шаги, если бы я начала спуск. Я закатила глаза. Придется стоять здесь затаившейся мышью и надеяться, что меня не обнаружат. А после, если повезет…

— Но он не простой землевладелец! Он советник короля! Мой советник! Своим поступком ты пошел против короля, ты это понимаешь? — голос короля звенел от гнева.

— Ты забываешь, Торланн, что Хранитель Цитадели света не подчиняется ни одному из королей. Мы долгие годы были добрыми друзьями, но все же я не являюсь твоим вассалом. Следовательно, я не могу пойти против твоего слова, — голос Морана был спокоен. Впрочем, как всегда, — скажи, что будет с тем, кто оскорбит короля? Его ждет наказание, не так ли? А с тем, кто оскорбит Хранителя? Ответ ты знаешь, Торланн. Пролан сделал это нарочно. Он оскорбил моего ученика, оскорбил меня. Усомнился в священной клятве, которую я дал, надев этот плащ. Он виноват, Торланн, и он понес наказание. Ему это пойдет только на пользу.

— Но ты отправил его в низины! В низины! — гневно сказал король, — отправил, не посоветовавшись со мной!

— А разве ты всегда со мной советуешься, когда издаешь указы? Или когда вершишь правосудие?

— Это совсем другое! — ответил Торланн, — я — король. Моран, в любом случае, наказание для Пролана было слишком жестким по сравнению с тем, что он сделал.

— По-твоему, оскорбление и покушение на жизнь человека — недостаточно серьезный проступок? — голос Морана повысился.

— На кого он покушался? — спросил король.

— На Елизавету, он хотел ее задушить. Я остановил его.

Король что-то пробормотал, я услышала шаги взад-вперед, взад-вперед.

— Послушай, Моран, — совсем другим тоном, в котором не была гнева, произнес король, — в столице, при дворе стали появляться слухи. Люди шепчутся, что ты слишком благоволишь к Елизавете. Слишком опекаешь ее. И что твое отношение к ней намного теплее, чем следовало бы. Ты так рьяно помогал лекарю исцелить ее от яда. Скажи мне, как другу, это так?

Повисла долгая пауза.

Сердце забилось быстрее и громче, я даже испугалась, что они услышат это. Крепче зажав рот руками, я внимательно прислушивалась.

— Люди всегда о чем-то шепчутся, — ответил, наконец, Моран. Спокойным и даже насмешливым тоном, — не стоит воспринимать все толки всерьез. Я принес священную клятву, ты сам присутствовал при этом. И ты, как никто другой, знаешь, от чего мне пришлось отказаться, когда я надел плащ Хранителя. Я сделал свой выбор много лет назад. Никто не заставит меня изменить его. Я верен своей клятве, и никогда ее не нарушу.

«Ни семьи, ни любви. Цитадель становится супругой хранителя, а детьми — его знания и мудрость», — вспомнила я слова Галвина.

Внезапная боль тонкой иглой ужалила мое сердце. Я прикусила губу до крови, из глаз хлынули слезы. Они беззвучно капали на руки, платье, пол. А я лишь сильнее сжимала рот, боясь всхлипнуть или простонать от невыносимого разочарования. Они говорили о чем-то еще, но я не слушала, не слышала их. Я застыла, и желала только одного — уйти поскорее отсюда. И жалела, что поднялась сюда. Жалела, что появилась в этой башне. В этом месте. В этом мире.

Неизвестно, сколько я простояла вот так, в одном положении. Может, час. Может, десять минут. Время словно остановилось. Я не слышала, как король с Мораном ушли. А когда заметила, что в здании стоит тишина, то еще очень долгое время не решалась пошевелиться.

Я досчитала про себя до двух тысяч и сделала несколько шагов к лестнице. Тело затекло до такой степени, что я чуть не упала на пол.

Я медленно плелась вдоль стены, держась за нее. Целую вечность я добиралась до лестницы. А когда рука коснулась перил, я стремительно побежала вниз по ступеням. Быстрее! Еще быстрее!

Спуск оказался ненамного легче, чем подъем. От волнения и бега дыхание сбилось. На каждом пролете мерещились тени, которые только и ждут, чтобы схватить и отвести к Хранителю.

Но никто не схватил меня, никто не бежал за мной следом. И когда я, наконец, распахнула дверь и вышла наружу, то увидела, что двор по-прежнему пуст. Я перевела дыхание и спокойным шагом направилась в свою комнату. Мне повезло. Но везение не может длиться вечно. Это я знала точно.

Глава 14

Оказавшись в своей комнате, я тут же рухнула в кресло, задрала подол юбки и начала массировать ступни и голени.

Прошло минут пять, прежде, чем я увидела его.

Моран стоял лицом к окну. На его фигуру падала тень от лимонного дерева. Он неспешно повернулся и медленным шагом подошел ко мне. Лицо его было угрюмым. Он выглядел мрачным и пугающим.

— Что ты делала в моей башне? — спокойным ледяным тоном сказал он.

Я изумленно уставилась на него. Все. Теперь точно конец. Достойный финал для законченной дуры.

— Я…Я…Как ты узнал?

— Неужели ты думаешь, что я не замечу чужого присутствия в своей башне? Что тебе там понадобилось? Отвечай! — в его голосе зазвучали гневные нотки.

Я невольно съежилась. Сама виновата. Остается говорить правду. И надеяться на то, что он не знает, что я стала невольной свидетельницей его разговора с королем.

— Я хотела проникнуть в библиотеку и взять несколько книг, — тихо ответила я, — я бы обязательно вернула их!

— В библиотеку? — с удивлением повторил Моран, — но почему ты не могла просто попросить? Для чего нужно было красться, подобно вору, и подслушивать чужие разговоры⁈ Когда ты могла просто попросить!

Он почти кричал, и я никогда не видела его в таком гневе. Мне нечего было ответить на это. Этот поступок теперь казался самой большой глупостью, какую только доводилось совершить. Я вцепилась руками в подлокотники и молча смотрела на него.

Моран быстрым шагом подошел ко мне и наклонился.

— Скажи, — сказал он, глядя мне в глаза, — скажи, как могу я верить в твою невиновность, когда ты делаешь все, чтобы доказать обратное? О чем ты думала?

Я вжалась в кресло и на секунду зажмурилась. Он пугал меня. Он стоял совсем рядом, но никогда еще не был так далеко от меня.