Невеста на один день - Лэндиш Лорен - Страница 17

– Да уж, ему на самом деле ничего не светило, – довольно усмехаюсь я.

Между нами устанавливается хрупкая связь. Поппи расслабляется и отпивает еще пива:

– Расскажи мне о себе, а заодно и о Скарлетт, раз уж завтра мне придется играть ее роль.

О господи, опять Скарлетт. Я не успеваю ничего ответить: к моей радости, кто-то звонит в дверь. Правда, я все равно подпрыгиваю от неожиданности и соображаю, что не слышал, как к дому подъехала машина. «Возьми себя в руки, Коннор, и не отвлекайся на пустяки. Мало ли кто может приехать вместо доставщика пиццы».

Я забираю пиццу у курьера, отрезаю куски для себя и Поппи и кладу их на тарелки. Поппи садится к столу, и я замечаю, что она убрала коробки, пока я возился с пиццей. Мысленно я помечаю, что она явно готова помочь, если нужно.

Надеюсь, это так, потому что я как раз понял, что она права: если я не появлюсь на завтрашнем обеде, Кейли не простит меня, а мать никогда не оставит в покое.

Внутренний голос подсказывает, что если я надеюсь когда-нибудь расплатиться за свои грехи, мне нужно попробовать найти контакт со своей семьей.

– Ладно. – Я тяжело опускаюсь на стул, чувствуя, что мне больше не хочется ни колбасы, ни халапеньо.

Поппи бубнит с пиццей во рту:

– Адно хто?

– Я про обед. Ты можешь пойти со мной. Но только на обед, не на свадьбу. Будешь моей невестой на один день.

Я как будто делаю ей одолжение, но мы оба понимаем, что все наоборот. Это она готова дать мне хоть полшанса наладить отношения с семьей. Может быть.

Я понимаю, что прав, когда Поппи открывает рот, набитый пиццей:

– Отлично.

– Отлично – это когда ешь с закрытым ртом.

Моя насмешка действует, Поппи с трудом проглатывает кусок:

– Ладно, значит, там будут твоя мама, тетя, сестра и кузен. Кто еще? Представь себе, что я – Джейн Бонд, которая собирается на задание, и сообщи мне всю нужную информацию.

Я кладу кусок пиццы обратно на тарелку и смотрю на ее жирную поверхность:

– Я не всегда был плохим парнем, начиналось все хорошо. Но в детстве я пару раз попадал в переделки, так, ничего серьезного… Мелкое воровство, глупости всякие, но этого было достаточно, чтобы родня начала стыдиться меня. Дальше все пошло только хуже. Я ушел из дома, когда мне исполнилось восемнадцать, ну и потихоньку стал мастером в этом деле…

– В краже сумок?

Я киваю. Пусть Поппи думает, что дело было в компьютере. Мало ли, может, это был компьютер Джей Эй Фокс. Я не собираюсь разубеждать ее, она и так слишком увязла во всей этой истории. Нас без того чересчур связала эта скверная ситуация.

– В общем, я придумал Скарлетт, чтобы от меня хоть немного отстали. Родня считает, что из-за Скарлетт я изменил свою жизнь, стал добропорядочным гражданином, и что я сейчас успешный бизнес-консультант, у которого очаровательная, терпеливая и добрая подружка.

Поппи отвечает мне веселой ядовитой улыбкой. Она зловеще оскаливает зубы, но по глазам видно, что просто шутит:

– Ну, если ты способен вжиться в роль добропорядочного гражданина, я смогу сыграть твою очаровательную подружку. А твой отец? Ты ничего про него не сказал.

– Больная тема, – признаюсь я. – Он будет на обеде. То есть физически присутствовать он будет, но что касается всего остального – он давно поставил на семье крест. Скорее всего, он даже не станет с тобой разговаривать.

Ну вот, я коротко изложил нашу длинную семейную историю. Отец ушел из семьи десять лет тому назад, когда неожиданно умер его отец. Мы все по-разному переживали смерть деда, а отец так и не смог справиться с горем. Но вряд ли кто-нибудь станет обсуждать эту тему на обеде.

– Ага, проблемный отец, и сын, из которого информацию приходится тащить чуть ли не клещами… где-то я это уже видела, – говорит Поппи, и я чувствую обиду. Она задумчиво смотрит в пространство, постукивая пальцем по подбородку. Потом ее глаза проясняются и устремляются на меня:

– Ты не думай, я не забыла про мой ноутбук. И вообще, надо поторопиться. Мне нужен новый ноут, хотя я просто не представляю, что смогу сделать без пропавшего куска готового текста. Начать с нуля или с того места, где я остановилась?

Она явно рассуждает вслух, поэтому я благоразумно сохраняю молчание. За ней так любопытно наблюдать: она разговаривает сама с собой, при этом поворачивая голову, словно слушая незримого собеседника. Как будто на плечах у нее сидят чертик и ангелочек, как в старом мультике.

– Ну, что решила? Выиграл тот, кто слева – или справа? Или это секрет? – поддразниваю я.

Поппи дергает правым плечом, глядя на меня искоса:

– Буду продолжать работу в надежде, что ты не обманешь и вернешь мне мой ноут. Так что пока достаточно будет купить какой-нибудь дешевый на замену.

Я удивлен: у нее нет причин доверять мне, кроме разве что полного отчаяния. Но это не похоже не отчаяние. Я также думаю, что с проницательностью у нее не все в порядке, раз она вручает мне в руки свою жизнь – то есть рукопись.

– Порядок. Тогда ты пока купи себе новый ноут, а я кое-кому позвоню.

Поппи ставит пустую тарелку в мойку и направляется к двери. Я провожаю ее, оправдывая неожиданный джентльменский порыв возможностью еще раз полюбоваться ее задницей в обтягивающих штанах для йоги.

– Во сколько завтра обед? – спрашивает Поппи.

– В шесть. – Я смутно помню, что мать вроде бы назвала это время. – Если ты решишь не приходить, я пойму. Я все равно куплю тебе новый ноут.

Она смотрит на меня долгим взглядом, и я не могу решить, то ли она пытается понять мои чувства, то ли запомнить мое лицо. Мне некомфортно, но я молча выдерживаю ее взгляд. Наконец Поппи кивает и вдруг неожиданно щелкает пальцем по моему носу:

– К шести буду готова.

Изумленный ее жестом, я смотрю ей вслед, пока она пересекает двор. Бедра Поппи гипнотически покачиваются, и я внезапно понимаю, что ощущаю этот ритм своим членом.

Между нашими домами маленький забор, и мне любопытно, как Поппи его преодолеет. В первый раз она просто перескочила через него, когда в ярости напала на меня. Сейчас она, не замедляя шага, взлетает в воздух, как балерина, и легко приземляется на другой стороне.

Рановато я восхитился: на первом же шаге за забором Поппи спотыкается об траву и чуть не падает.

Я невольно делаю шаг вперед, чтобы помочь ей, но она ухитряется удержаться на ногах и оборачивается посмотреть, видел ли я ее конфуз. Я прислоняюсь к дверному косяку, улыбаясь и скрестив руки. Уверен, что с того места, где она стоит, ей отлично виден бугор в моих джинсах. Но Поппи смотрит только на мои ухмыляющиеся губы, разворачивается и топает к дому, уже не покачивая бедрами. Дверь с грохотом захлопывается за ней.

– Сок, орешек! – слышу я ее крик и не могу сдержать смех при этом странном проклятии.

Минуту я рассматриваю ее дом, мысленно представляя себе внутреннее устройство и отмечая все возможные пути доступа и проблемы с безопасностью. Хорошо, что Поппи заперла за собой дверь. Но на окнах, которые выходят на улицу, нет жалюзи или плотных штор, только прозрачные занавески. Придется поговорить с ней на эту тему.

Я внимательно оглядываю улицу в поисках чего-либо необычного. Но Хантер счел этот район самым безопасным для меня именно потому, что здесь спокойно и прилично.

Не увидев ничего, что могло бы вызвать тревогу, я поворачиваюсь и иду к дому. И только тут меня настигает понимание, что я на самом деле собираюсь пойти на семейный обед с фальшивой невестой!

Глава 8

Без двух минут шесть я стою возле своей двери в наряде «для не самых важных встреч» и пытаюсь решить, как поступить. Пойти постучаться к Коннору? Но он может решить, что я слишком настырна, а я и так вчера надавила на него как следует.

Подождать, пока он сам подойдет? Но, если я хоть что-то поняла в его характере, он может просто смыться.

Подойти и подождать возле его машины? Слишком похоже на отчаянное преследование парня. У нас же не свидание.