Невеста на один день - Лэндиш Лорен - Страница 9

Похоже, я слишком долго откладывала практическое изучение вопросов секса, поскольку мое предательское тело жадно напрягается, ощущая объятия и чувствуя устремленный на меня взгляд. Он стоит так близко, что я ощущаю запах мятной конфеты, которую он недавно съел. А мои придатки, лежавшие где-то в глубине тела, как косточки высохших персиков, сами собой расправляются и заинтересованно приплясывают.

– Кто вы? – выдыхаю я.

Мужчина только усмехается в ответ на детский вопрос, и я прихожу в себя, внезапно осознав, что выгляжу полной идиоткой, споткнувшейся на ровном месте, упавшей в объятия какого-то незнакомца и уставившейся на него с обожанием, словно я прямо здесь и сейчас готова завести с ним ребенка.

Я пытаюсь выпрямиться, но колени предательски подгибаются, и, к моему ужасу, потрясающий незнакомец вынужден снова меня подхватить:

– Будьте осторожнее.

– Кто-то влюбляется без памяти, но можно и без ног, – раздается сзади язвительный шепот.

Придя в себя и выпрямившись, я откашливаюсь и пытаюсь обрести хоть немного достоинства.

– Извините. Можно сказать, загляделась на звезду.

– Бывает. Я иногда произвожу такое впечатление на женщин, – отвечает мужчина с нахальной, но очаровательной усмешкой. – Главное, не сломайте себе ничего.

– Вообще-то, я не… не вас имела в виду. – Я бледнею от собственной глупости. Он явно мне не верит, но я продолжаю: – А ее. Джей Эй Фокс.

Можно подумать, он не знает, кто она такая. Раз он здесь, значит, его тоже пригласили и он в курсе. Но мужчин среди авторов любовных романов мало, и мне становится интересно, кто он и что здесь делает. Кстати, что с моим платьем, оно случайно не задралось на бедрах, не сползло с груди? К счастью, все нормально.

– Ну конечно. Она… это вы о ней? – Мужчина оглядывается на Гранд-Даму, которая даже не подозревает о моей оплошности и тепло приветствует других гостей.

И тут до меня доходит, что он не одет. То есть, одежда на нем, к сожалению, есть. К сожалению, потому что под ней я успела ощутить впечатляющие мускулы. Но он одет не для обеда. На нем строгий черный костюм, значит, это кто-то из персонала отеля.

«Ты просто молодчина, Поппи». Мало того что свалилась на руки незнакомому человеку, выставив себя полной дурой, так это еще и сотрудник отеля, у которого есть работа помимо ловли всяких падающих идиоток.

– Блин, так вы не писатель, правда?

Улыбка сходит с его лица, и оно каменеет. Казалось бы, это должно заставить его выглядеть холодно и зло, но сжавшиеся челюсти только добавляют ему яростной привлекательности. Кажется, у меня сейчас трусики расплавятся.

– Простите, это прозвучало грубо. Я не хотела.

Но момент упущен. Он разворачивается и уходит, не сказав ни слова. Походка у него уверенная и решительная, я не могу отвести взгляд. Мужчина направляется к сцене, по пути что-то говоря другому сотруднику в черном. И тут, как любой читатель детективов, я складываю картину по кусочкам и понимаю, что он не только не писатель, но и не из персонала отеля. Он охранник.

А я просто недотепа и хамка в придачу.

Женщина на сцене постукивает по микрофону, и внимание всех присутствующих обращается на нее.

– Пожалуйста, займите свои места, начинаем.

К счастью, на всех тарелках лежат карточки с именами гостей, так что мне не придется самой подбирать место. Я нахожу свою карточку, сажусь и вешаю сумку на спинку стула. Некоторые из гостей оставили сумки и кейсы возле рабочих столиков, но моя паранойя не позволяет расстаться с ноутом и рукописью, моим детищем.

Джей Эй Фокс подходит к микрофону:

– Приветствую всех присутствующих!

Ее аристократический британский акцент я запомнила, когда впервые услышала ее интервью с Опрой. Жаль, что я не могу достать ноутбук и записать то, что она говорит. Компьютер для записей имеется, но передо мной стоит тарелка, и на столе места нет. Впрочем, мы не на лекции в колледже, так что вряд ли здесь это принято.

– Я знаю, что вы все очень занятые люди, и ценю, что вы выкроили время, чтобы забежать перекусить со мной. – Она оглядывает зал. – Надеюсь, что к концу этой встречи мы все будем полны не только едой, но и новыми идеями и вдохновением. Не могли бы вы встать и представиться, пока персонал разносит еду. Спасибо.

Джей Эй Фокс кивает женщине за столом слева, та встает и говорит четким, уверенным голосом. Она явно не впервые на подобном мероприятии:

– Меня зовут Луиза Магнум, я автор цикла бестселлеров «Семья Оукхерст».

Ага, я ее знаю, хотя в лицо до этого не видела. Встает следующая женщина, и так по кругу, причем каждое следующее имя впечатляет еще больше. Когда очередь доходит до меня, я тоже представляюсь. Но и здесь не обходится без проблем:

– Здравствуйте. Я Вуди Попсток… то есть Поппи Вудсток. Я написала «Любовь в Грейт-Фоллз».

Так, раз мне удалось произнести нормальные слова на нормальном английском, и меня не стошнило от страха, значит, все прошло нормально. Но лучше не рисковать и не прикасаться к цыпленку с картошкой, которого поставил передо мной официант.

После того, как все представились, Джей Эй Фокс снова берет микрофон:

– Пожалуйста, не стесняйтесь. Если уж вам приходится слушать болтовню старой дамы, то хоть поешьте.

Вместе во всеми я беру вилку и притворяюсь, что наслаждаюсь салатом из латука и помидоров под соусом ранч, пока выступает сама Гранд-Дама.

Она рассказывает, как знаменитая картина подарила ей вдохновение для последнего романа, и это на самом деле интересно. Удивительно представлять, как вихрь разрозненных мыслей и образов сливается в единую историю, способную захватить сердца читателей.

– Ну и само собой, я должна напомнить, что самое главное – это хороший редактор. – Реплику встречают взрывом смеха. – Если бы не редактор, мой роман никогда бы не закончился, и смысла там не было бы вообще.

Слушатели смеются, и она продолжает делиться деталями писательского ремесла, которые понятны только другим авторам. Все это очень интересно, но я ловлю себя на том, что постоянно поглядываю туда, где справа от сцены стоит… он. Тот красавчик в черном, который мог бы стать главным героем любой книги и с легкостью сделать ее бестселлером только благодаря описанию его невероятной внешности. Глава один – глаза, глава десять (дюймов)…

Пару раз мне удается глянуть на него незаметно, но потом волоски у меня на шее поднимаются дыбом, я поворачиваю голову и вижу, что он пристально смотрит на меня. Он подмигивает, я краснею и перевожу взгляд на Джей Эй Фокс, размышляя, что, возможно, он и есть то вдохновение, которое, по ее мнению, абсолютно необходимо для творчества. Этакий секс-символ, достаточно нахальный, чтобы быть плохим парнем, и достаточно добрый, чтобы подхватить меня, когда я упала. Мысленно я уже корректирую образ Райкера, героя моей книги, добавляя жесткости его волосам и прикидывая, куда можно вставить сцену с падением героини.

Выдумка вдохновляется реальностью, так почему бы и нет? Говорят, даже у «Ромео и Джульетты» была реальная основа.

Выступление заканчивается слишком скоро, на мой взгляд, и Гранд-Дама отправляет нас за рабочие столики. Насколько я понимаю, мы должны ходить по залу и беседовать друг с другом, но тут я замечаю, что одна из женщин, смеявшихся надо мной, сидит за тем же столиком, на котором лежит карточка с моим именем.

К счастью, остальные две участницы радушно улыбаются. Мы достаем ноуты. Одна из них пишет любовные романы эпохи Регентства, вторая специализируется строго на ЛГБТ-тематике.

– Откройте новый документ, – говорит Джей Эй Фокс. – Быстро напишите основную идею книги, над которой сейчас работаете. Изящный слог и подробное изложение не требуются. Достаточно сюжета, имен героев, основных коллизий и их разрешения. У вас пять минут.

Паника во мне борется с возбуждением. Я здесь, в комнате, где творится магия. Но тут все участники прилипают к мониторам, я делаю то же самое и быстро набираю основную идею «Неприятностей в Грейт-Фоллз». Вот в таком чистом виде сюжет обретает смысл. Самое сложное тут – из двухсот слов синопсиса сделать триста страниц романа.