Бессердечные изгои. Безжалостный соперник - Шэн Л. Дж. - Страница 12

– Люди рано или поздно перерастают невинность. Он не один из нас, Би.

– Ох, Конрад. Тебе уже поздно становиться блюстителем нравов, не думаешь? Такое лицемерие. Удивительно, как я еще могу смотреть тебе в лицо? – металлический смех Беатрис послышался из их ванной.

– Милая, из нас двоих это ты блюстительница нравов, и ты слишком наивна. Все, что тебя волнует, это Аарон, магазины и твои силиконовые подружки, половину из которых я поимел за твоей спиной, – ответил Конрад.

– Кто? – потребовала она, резко поворачиваясь к нему. Ее лицо вдруг изменилось. Она выглядела… Странно, постаревшей всего лишь за секунды.

– О, тебе не хочется знать, поверь, – настала очередь Конрада смеяться.

– Не играй со мной, Конрад, – снова сказала она.

– Игры – это единственное, что у меня осталось с тобой, Би.

Я так сильно сжал ремень, что пряжка расстегнулась и впилась прямо мне в кулак, из-за чего проступила кровь.

Мистер Рот даже не догадывался, что его жена, похожая лишь на фигурку тигрицы из картона, была права. Единственный раз, когда мы с Арьей невинно соприкоснулись, случился из-за нее самой.

Две недели назад мы забрались в кабинет мистера Рота, где он хранил кубинские сигары. Я хотел украсть одну и поделиться с моими друзьями в Хантс Пойнт, а Арья всегда была за маленькие шалости. Это было после полудня, делать было нечего, и пентхаус был пустой. Мы нашли кожаный футляр как раз тогда, когда мама вернулась из продуктового. Неожиданный звук открывающейся двери заставил Арью выронить футляр с громким звуком. Послышались шаги из коридора, раздаваясь громким эхом в моей голове, словно звуки стрельбы, когда мама пошла проверить, в чем дело.

Арья схватила меня за запястье и утянула на пол, под шкаф для документов, где мы были стиснуты под консолью, наши руки и ноги спутаны между собой, горячее дыхание перемешалось, запах фруктовой жвачки, замороженного напитка слаш и поцелуй, который никогда не мог случиться. Вдруг все запреты прикасаться к Арье обрели смысл.

Потому что необходимость прикоснуться к ней пробежала по всему моему телу, словно электрический ток, а внутри что-то заболело, и резко стало пусто.

Мама зашла в комнату. Из нашего укрытия мы видели лишь ее поношенные кеды, она повернулась на 360 градусов, осматривая кабинет.

– Мисс Арья? Николай? – настойчиво позвала она.

Мы молчали. Она жестко выругалась по-русски, топнув ногой по мраморному полу. Адреналин бежал по моим венам.

– Ваш отец будет очень недоволен, если узнает, что вы были здесь, – мама попыталась звучать авторитетно, но безуспешно. Я перевел взгляд на Арью. Ее тело сотрясалось от смеха, из-за чего я прижал ладонь к ее рту, чтобы она перестала смеяться. Она высунула язык и лизнула меня между пальцев. Отголоски удовольствия пробежались по моей спине, одурманивая меня. Я сразу же отпустил ее, с трудом дыша.

Спустя пару минут мама наконец сдалась и ушла. Мы так и остались лежать, не двигаясь. Арья взяла меня за руку, положив мою ладонь себе на шею, улыбаясь так широко, из-за чего казалось, что ее лицо сейчас расколется пополам.

– Вау. Чувствуешь, как быстро у меня сердце бьется? – спросила она.

Вообще-то все, что я мог чувствовать, это необходимость поцеловать ее. Я чувствовал, как мое собственное сердце билось настолько сильно, норовя выпрыгнуть из груди, и как я больше не ощущал себя таким смелым рядом с ней.

– Да. – Я тяжело сглотнул. – Ты в порядке?

– Да. А ты? – спросила она, и я лишь кивнул.

– Спасибо, что спасла мою задницу, – сказал я.

– Что ж… Я все еще была должна тебе за тот случай, когда за нами гнались. – Она улыбалась так широко и искренне, из-за чего я понимал, что был на грани, на самом краю настоящей катастрофы.

– Арья?

– М-м-м? – Она все еще держала меня за руку.

Отпусти меня.

Но я не мог ей этого сказать.

Я не мог отказать ей ни в чем. Даже если это будет причиной моей гибели.

Вместо этого я держал руку на ее шее, пока путь к отступлению не освободился. Она ускользнула из нашего укрытия сама.

Это стало моей первой ошибкой из еще многих.

День с футляром из-под сигар изменил все.

Теперь мы все время были на краю пропасти, ведущей прямо к катастрофе, на самом краю бездны. Не потому что мне так сильно хотелось поцеловать ее. Я мог бы вечность прожить и не прикасаться к ней, даже если бы меня не очень привлекала идея. Но все дело было в том, что я совершенно ни в чем не мог ей отказать, из-за чего рано или поздно у меня возникли бы проблемы из-за нее.

Забавно, как ее родители переживали, что я испорчу ее. На самом деле стоило ей лишь взмахнуть безумными волосами, словно у Медузы, и я буду согласен на все, даже на убийство человека, только потому что она попросила.

Когда до конца летних каникул осталась пара дней, я снова подслушивал Ротов. В этот раз специально. Я переживал, что они не позволят провести следующее лето с Арьей. Мне хотелось узнать, в какую сторону дул ветер. На данном этапе Арья была единственной причиной счастья, которого я мог достичь, и я готов был пойти на маленькие глупости, чтобы сохранить нашу дружбу.

Я спрятался в шкафу миссис Рот, пока она собиралась на какое-то мероприятие. Через щель между раздвижной дверью и стеной я наблюдал за мистером Ротом, который завязывал галстук перед зеркалом.

– Ты знаешь, что я застал его упаковывающим остатки, которые Руслана обычно выкидывает? Он забирает их домой без спроса. – Он перевернул галстук, затягивая узелок движением вверх. Я наблюдал за каждым его движением, стараясь запомнить. Летом я решил, что устроюсь на работу, где потребуется носить что-то, кроме спортивных штанов. – Конечно, я ничего не сказал. Можешь представить, что будет в новостях, если это когда-то всплывет? Магнат хедж-фонда не позволяет мальчишке-бедняку забирать даже объедки. Пфф! – фыркнул он.

– Какой кошмар. – Миссис Рот была в другой части комнаты, из-за чего я не мог видеть ее. Она не звучала заинтересованно. Она вообще никогда не была заинтересована в своем муже. Но Конрад все равно продолжил.

– Знаешь, что Руслана сказала? Она сказала, что по выходным он чистит обувь на углу около Нордстрома. Выводит их из бизнеса, запрашивая цену наполовину меньше. А в прошлом году, между прочим, он заполучил парочку поддельных Nike и продавал их в своей школе. Это мне не рассказали. Я нашел информацию уже сам, – проговорил мужчина.

– Ты следишь за ним? – сказала мисс Рот, фыркнув. Ей нравилось показывать ненависть к мужу при любой возможности. – Милый, у тебя, похоже, много свободного времени. Может, найдешь другую любовницу, чтобы она занимала тебя? О, и твоя одержимость дочерью тоже совершенно обескураживающая. Знаешь, я ведь тоже здесь, – закончила она.

Дело было плохо. Очень плохо. Мое следующее лето с Арьей было под угрозой. Теперь я собирался игнорировать Арью несколько дней, даже если это обидит ее. Даже если мне самому будет не по себе от этого.

– У этого парня такие амбиции, которые доведут его либо до списка Форбс, либо до тюрьмы. – Хмурое выражение лица Конрада ясно говорило, какое будущее он предпочитает для меня. И это будущее точно не было в одном ряду с Биллом Гейтсом и Майклом Деллом.

Миссис Рот промелькнула в щели гардеробной. Она схватила мужа за край галстука, потянув его на себя и немного придушив. Его губы оказались в опасной близости к ее, но она вовремя увернулась, с издевкой рассмеявшись. Он не сдержал стон разочарования.

– Чего бы он ни добился, это точно не будет касаться твоей дочери, – сказала миссис Рот.

– Нашей дочери, – поправил он.

– Правда ли? Такой ли нашей? – вслух размышляла Беатрис. – Ты ведешь себя так, будто она только твоя.

Она вдруг крепко поцеловала его, закрывая ему рот. Он же сжал ее ягодицы. Я отвел взгляд.