"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Петрова Елена Владимировна - Страница 344

— Нервирует? Ну, может, и так, — не стал спорить Вирт и нахально осклабился, испортив весь эффект. — Но появляться перед тобой — не настолько весело!

— Послал же бог гаденыша… — пробормотала я.

День обещал быть непростым.

— Дарен, убей, не пойму, в чем разница? — простонала я, поднимаясь с пола. Тренировка с вирталом, накачивающим меня знаниями об окружающем мире, закончилась час назад. И перед легким утренним перекусом Дарен решил погонять нерадивого ученика в моем лице по пустому складскому помещению, заменявшему нам спортзал. Ученик предпочел бы завтрак, но спорить не рискнул.

— Ты ведь понимаешь, что обучать тебя правильно двигаться в виртале бессмысленно? Там ты видишь себя иначе, и твое тело просто не воспримет тренировку в полном объеме.

— Да, но когда я удирала от этой ящерицы с Аркала, то оно очень даже четко все воспринимало!

— Ну, ты сравнил! Это же не виртал был, а мнемо-запись, — удивленно отозвался космонавт.

— Дарен, вот если бы я еще и разницу понимала…

— Мнемо-записи — это довольно дорогое удовольствие. А качественно сделанные — еще и редкость. В данном случае запись с Аркала имеет девяностопроцентное совпадение с действительностью, что выводит ее в разряд очень высококачественных и дорогостоящих товаров.

— Мне уже все стало ясно… Спасибо, Дарен!

— Не язви, ребенок! — поморщился мой учитель. — Как ты понимаешь, мне не часто приходится объяснять прописные истины. К тому же я все же торговец, а не преподаватель университета.

— Прости…

— Ладно, пойдем завтракать, там и продолжим.

Разлив в высокие полупрозрачные бокалы светло-зеленый напиток, космонавт продолжил свой рассказ:

— Мнемо-записи создаются с помощью вирталов, но все впечатления и воспоминания для них берутся из памяти людей. И очень немногие способны создать подобную вещь. Существуют некоторые ограничения. Во-первых, хороший виртал — все же не столь распространенная вещь, во-вторых, далеко не все население может с ним напрямую работать, ну и, в-третьих, для этого требуется талант.

— Талант?

— Ну да. А что тебя удивляет? Далеко не каждый человек может полноценно передать свои ощущения. Не каждый может стать хорошим художником или писателем, а для работы с мнемами нужно гораздо больше, чем просто уметь рассказывать. Надо уметь чувствовать, замечать мелочи, ощущать окружающий мир всем своим существом. Только тогда созданный мнем будет работать. Иначе получится просто паршивая постановочная сценка. Кстати, если вспомнить «лесную» картинку, которую Вирт вытащил из твоей памяти, — у тебя вполне может получиться…

— Спасибо, я учту.

— Не за что. — Космонавт вопросительно приподнял бровь. — Есть еще вопросы?

— Море! — Блаженно улыбнувшись, утянула с тарелки зазевавшегося хозяина кусок местного «бекона» и запихнула его в рот. Ткнув пальцем в венчавшие мою голову «рожки» парализатора, я невежливо прочавкала: — Помнится, кто-то обещал рассказать об этом дивном украшении!

— М-м… А что тебя интересует? История его приобретения?

— И это тоже, но сейчас меня гораздо больше заботит принцип действия!

— Ах, это… — тон Дарена стал менторски-скучным. — Парализатор напрямую подключен к твоему мозгу, собственно и «питается» он тоже от него, по принципу симбионта. Радиус поражения не более восьми — десяти метров. Причем пробивает даже нанокостюмы. Не спрашивай, каким образом — я так и не смог разобраться… В качестве снарядов используются миниатюрные иглы с парализующим ядом. Игла, попадая в цель, расщепляется, нанося довольно слабый электрический удар, и расходится веером, что существенно увеличивает радиус поражения и дает почти стопроцентную вероятность попадания в позвоночник. В лицо желательно не целиться — можешь убить.

— То есть это оружие двойного действия? — уточнила я.

— Не совсем так… Просто паралич наступает не сразу — яд-то не смертельный, а, как ты понимаешь, противника надо обездвижить быстро, вот иглы и доработали. От удара о цель игла как бы разбивается на множество осколков, а возникшая от этого энергия переводится в электрический импульс, вырубающий врага столь же эффективно, как и удар дубинкой по макушке. Наведение на цель — через твои собственные глаза. Яд подбирается на основе общей базы по живым существам Федерации, внедренной в твои «рога».

— Дарен, ты еще долго собираешься подкалывать меня формой парализатора? — возмутилась я.

— Пока не надоест, — безмятежно отозвался космонавт. Вот ведь ехидна! — И, поскольку ты закончил воровать еду с моей тарелки, то у тебя есть час на отдых, а потом, полагаю, нам стоит продолжить твое обучение. Заодно выясним, почему не получается воспользоваться парализатором…

Странно. Я никогда не занималась ни боевыми искусствами, ни спортом. По крайней мере серьезно… Вряд ли танцы или плавание в бассейне для собственного удовольствия можно отнести к тренировкам. И всегда считала, что у меня просто не хватит духу так себя истязать… Я ведь, как и все, смотрела боевики, где путем жестких, даже жестоких тренировок люди становились бойцами. Да, раньше жестокие тренировки представлялись мне именно так…

И вот мое странное тело, словно издеваясь над «новой хозяйкой», с легкостью принимает совершенно невообразимые позы, уходя из-под ударов Дарена, без помощи и вмешательства сознания. Похоже, мальчишку, чей разум погиб на церемонии Отерр’Нат, обучали боевым искусствам едва ли не с рождения. А вот когда я пыталась взять управление боем на себя… Хм… Ну, в общем, было больно.

— Дженья, перестань уходить в астрал! — возмутился мой учитель. — Не забывай, что первоочередной задачей для тебя является не уклониться от удара, а «слиться» телом и сознанием.

— У тебя, знаешь ли, весьма извращенные приоритеты, — простонала я, пропустив очередной нехилый удар по ребрам в процессе «слияния двух меня».

— Особо разговорчивые сейчас отправятся на Аркал, — ласково улыбнулся космонавт. Он даже не запыхался.

— Особо разговорчивым сначала хотелось бы понять, почему эти чертовы рога не работают! Или ты предлагаешь мне забодать гарнотта?!

— Ну, если ты настаиваешь… — усмехнулся мой мучитель.

— Да-арен!

— Ладно, расслабься. Думаю, что решение у проблемы оружия гораздо проще, чем ты думаешь. Ты просто не веришь, что оно подействует, и подсознательно блокируешь управление. Это психосоматическое.

— И?..

— Что «и»?

— И каково решение данной проблемы, — вежливо расшифровала я.

— Понятия не имею, — широко улыбнулся Шарт. — Может, заставить тебя поверить?

— Что?.. Нет, нет, нет… Не надо! — Но было уже поздно: вокруг меня покачивали алыми макушками высокие пальмы, а пестрые полуящерки пронзительными криками оповещали соседей о незваном госте.

Судорожно втянув в себя влажный тропический воздух, я нервно огляделась по сторонам. Черт, ну что за издевательство? Нет, теперь-то я знаю, что это мнем. Вот только забыла уточнить у Дарена одну малю-усенькую детальку: что будет со мной в реальности, если в этом дурацком мнеме гарнотт меня все-таки сожрет?

Истерический гомон ящерок наконец довел до сведения ближайшего местного хищника мое местонахождение, и на полянке появилось новое действующее лицо. Не гарнотт. Но мне от этого почему-то легче не стало. Хищная тощая трехметровая тварь, покрытая хитином, щерила зубы с узкой длинной морды и тихо шипела в предвкушении добычи. Выглядела зверюга гораздо проворнее вышеупомянутого гарнотта. Я успела сделать всего два осторожных шажка назад, прежде чем она атаковала. Кажется, мне все же удастся узнать, что происходит в реальности с тем, кто умирает в мнеме…

— Молодец! — улыбающийся Дарен помог мне подняться с пола. Я покорно скрючилась в его руках и жалобно застонала — безумно болел живот, в который вгрызся ящер из мнема, и почему-то голова.

— Я ведь выстрелила? Правда? Я же успела!