"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Петрова Елена Владимировна - Страница 717

— Племянник егеря, Женя Громов, — я поторопился разрядить обстановку. Не хватало еще бодаться по этому поводу. — У него проживаю, несколько дней назад приехал.

— Ясно. Ты останься. А вы двое — марш на улицу. И чтобы ноги вашей тут не было.

Федор и Семен оперативно покинули дом. Через минуту я услышал, как завелся двигатель и машина отъехала от дома. Ну, оно и понятно — они и так сделали больше, чем от них требовалось. Хоть и браконьеры, а человеческий фактор никто не отменял. Было бы все равно, бросили бы старика, а сами уехали.

Что ни говори, а я только что увидел еще одно подтверждение того, что браконьеров в поселке не жаловали. Совсем. Даже несмотря на то, что, многие из них так или иначе тоже были жителями Соболевки. Видимо не все люди поддержали сомнительное решение заниматься браконьерством. Для кого-то это немыслимо, а для кого-то норма. Вопрос лишь в личном отношении… Вот для чего на участке были построены бараки — не только для тех, кто прибыл издалека и своего жилья не имел, а еще и для таких вот изгоев как Семен. Судя по всему, он муж Ларисы Ивановны.

Да-а, довольно запутанная сомнительная обстановка. Кто бы мог подумать, что все обстоит таким вот образом? Впрочем, возможно если попробовать разговорить фельдшера, то картина сложится полностью?

Нужно выбрать подходящий момент. Женщина с виду нормальная, без загонов. Но то, что она профессионал своего дела, я понял сразу.

Пока Лариса Ивановна возилась над егерем, я наблюдал за ее действиями. Сначала она срезала всю промокшую от крови одежду, затем поочередно осмотрела и продезинфицировала каждую из ран. Некоторые пришлось зашивать, благо у нее было все необходимое. Конечно, это далеко не операционная, но все равно впечатляло. Видно было, фельдшер свое дело знала. А я наивно полагал, что в те годы только и был йод, желтый бинт, да скальпель.

— Лариса Ивановна, откуда такие навыки?

— С войны остались. Я почти через всю войну санитаркой прошла. Всякое доводилось видеть. Раны и кровь меня не пугают.

Весьма похвально. Я начал смотреть на нее чуть по-другому.

Простого визуального осмотра хватило, чтобы понять — егеря действительно покусали. Следы от зубов были налицо.

— Волки? — в какой-то момент поинтересовался я.

— Похоже на то, — ловко орудуя ниткой со специальной иголкой, отозвалась женщина. — Главное, чтобы они бешеными не были. Можно сказать, что ему сильно повезло, обычно они жертву не бросают. Ума не приложу, как он вообще выжил?

— Очнется, спросим. Мне самому очень интересно. После того ночного нападения на дом Вязовскиных, утром следующего дня Матвей Иванович ни свет ни заря сорвался в тайгу. Ничего толком не объяснил.

— А чего тут объяснять-то? — нахмурилась женщина. — За медведем он пошел.

— В одиночку добивать подранка? — хмыкнул я. — Это опасно, одному человеку такое не по силам. Тем более в его-то возрасте.

— Это верно. Ну, вот и результат. Уж не знаю, добил ли он медведя, но на волков нарвался точно. Гляди, палец отгрызли…

Довольно быстро обработав мелкие и средние раны, она принялась за откушенный безымянный палец на правой руке. Сняв то, что егерь использовал в качестве жгута, она провела осмотр. Обработала. Осталась недовольной.

— У меня навыки имеются, но боюсь, что одна не справлюсь.

— Я могу помочь.

— А ты что, хирург?

— Нет, — ответил я. — Но представление имею. Я в прошлом спасатель, много на что во время службы насмотрелся. Оказывать первую помощь и раны обрабатывать умею.

— Больно молод ты. И что еще за профессия такая, спасатель? — недоверчиво переспросила врач.

— Людей из-под завалов доставать, в автомобильных авариях. На производстве. Да мало ли где человек в беду попадет?!

— Интересная профессия. Это где, в Москве такое?

— И там тоже. А вообще я из Сочи.

— Это где черное море, что ли? — недоверчиво спросила врач, скользнув по мне задумчивым взглядом. — Давно на море хочу, да только вырваться отсюда никак не могу. От старости здесь помру.

— Ерунда. Может уехать и не просто, но если плотно заняться этим вопросом, все возможно.

Оно и верно, прежде чем уехать отсюда, нужно чтобы человека на замену прислали. А кто ж по доброй воле захочет ехать в такую глушь? Это во время Великой Отечественной Войны, когда немец на Москву лез, некоторые стремились подальше от линии фронта уехать, а потому и соглашались на любую работу. Но, то время давно прошло вот и сидела фельдшер уже который год, надеясь уехать туда, где климат мягче и теплее. А может, я ошибаюсь и она не из таких, а наоборот, по первому же требованию поехала туда, где требовался толковый медицинский работник.

По прошествии получаса, мы совместными усилиями более менее привели егеря в порядок. Несколько раз я оказывал ей помощь в сложных моментах, но в основном моя роль заключалась в функции «подай-принеси» и отчасти психологическая поддержка.

— Ну, все что можно, мы сделали, — усевшись в кресло, выдохнула она. — Однако, еще не все. За ним нужно тщательно наблюдать. По-хорошему, утром нужно сбегать на телеграф. Машина ехать будет долго, а вот если вызвать вертолет…

— Отличная идея. Вертолетом быстрее и безопаснее. Я тут подумал, а вакцина от бешенства не требуется?

— Ранее уже делали. А, вообще… Диву даюсь, крепкий все-таки мужчина наш егерь, — облегченно вздохнула Лариса Ивановна, глядя на свои медицинские инструменты. — Ему уже за шестьдесят, а он как боевой конь все по тайге скачет. Я его много раз предупреждала, да он же упрямый, разве кого кроме себя послушал?

— А вы давно его знаете?

— Давай на «ты». Так проще разговаривать, — отозвалась она. — Давно, уже лет десять. Я сюда в сорок пятом году приехала, а Матвей Иванович уже егерем числился и неделями в тайге пропадал. Бывало, что старый председатель уже собирался нового егеря назначить, а тут как нельзя, кстати, старый возвращался. Такое не один раз уже было. Все привыкли.

— А семья-то у него есть?

— Про это мне ничего не известно. О семье он никогда никому не рассказывал. Но сдается мне, что семья у него все-таки имеется, а вот почему он с ней не общается, вопрос интересный. Я на почте много раз была, так вот он там никогда не появлялся. Ну да ладно, меня другое интересует. Скажи мне, а как ты с этими-то связался?

— С какими этими? — не понял я. На самом деле, конечно же я догадался, что речь о людях Снегирева. Ведь я как минимум приехал на их машине.

— С браконьерами нашими, — небрежно фыркнула Лариса.

— Ну, честно говоря, история непростая. Вообще, я уже не раз про них слышал… — произнес я, демонстрируя неуверенность. — Но Матвей Иванович ничего о них толком так мне и не рассказал. Однако вот что я знаю точно, эти ночные нападения медведя на жителей поселка как-то с ними связаны. Ну и с этой целью я вроде как к ним устроился на подработку. Егерь хочет понять, что произошло в последнем походе. Ведь не просто же так ушло их семеро, а вернулось только четверо?

Фельдшер посмотрела на меня с некоторым подозрением.

— Что-то я ничего не поняла…

— Ну, смотри… Сначала пострадал сын какого-то охотника, фамилию не помню уже. Потом погибла жена Авдеенко, а потом их носильщик Вязовскин. Складывается ощущение, будто этот медведь им за что-то мстит. Запомнил запах и мстит. Только с женщиной мишка промахнулся, браконьера дома не было. В общем, мы с Иванычем подумали и решили, что узнать о случившемся, можно только изнутри. Ну а пока я там притираюсь, он в тайгу ушел… И вот, вернулся. Я с ними на отгрузку в Свердловск ездил, а на обратном пути у машины колесо спустило. Так я старика случайно увидел. Еще немного и уехали бы.

— Странная история. Ну и что, узнал что-нибудь?

— Еще нет, — вздохнул я. — Но уже есть определенные мысли. Вполне возможно, что это не медведь, а медведица, и браконьеры застрелили ее медвежонка. Вот она и мстит им.

— О, ну тогда это многое объясняет, — задумчиво ответила женщина. — Так, а председатель наш об этом знает?