Мимолётный Роман (СИ) - Джордеген Настя - Страница 51

– Не поняла…

Ошарашенно смотрю на коллегу. Боковым зрением замечаю, как Анвар привстаёт со своего места.

– А что тут непонятного? Думаешь, если раздвигаешь ноги перед Романом Михайловичем, можно не хрена не делать? Просто просиживать за компом и болтать по телефону? Ты работать не пробовала или только давать умеешь?

Анвар молниеносно подлетает к Диме и, не задумываясь, с размаху наносит удар кулаком в челюсть. Остальные коллеги реагируют быстро и уже в следующие несколько секунд мужчин разнимают. Драка прекращается, так и не начавшись, чему я несказанно рада. Пока не натыкаюсь на разгневанный взгляд босса.

– В кабинет все трое. Живо, – чеканит Гордей и,не дожидаясь нас, первым возвращается в свой кабинет.

Подхожу к Анвару, на Диму даже не смотрю.

– Зачем? Тебя ведь могут уволить за драку.

– Пох…

– Анвар!

– Что, Люд? Должен был и дальше молча выслушивать всё это дерьмо? Нет уж.

Не удерживаюсь и крепко обнимаю друга.

– Спасибо.

– Что вы, млин, сейчас устроили? – гремит своим басом Гордей на весь кабинет, хотя мне кажется, слышат его и за пределами этих тонких стен.

Не сговариваясь, мы с Анваром поворачиваем головы в сторону Димы. Тот вытирает кровь с разбитой губы и делает вид, что не замечает наших взглядов.

– Этот мудозвон оскорбил Люду.

– А ты, млин, рыцарь в сияющих доспехах, не устоял и примчался на помощь? Не придумал ничего лучше, чем устроить драку в офисе?

– Быдло, спустившееся с гор, – выплёвывает Дима.

– Заткнись.

– А ты вообще молчи, – бросает в меня убийственный взгляд, перед тем как обратиться к Гордею. – Слушай, какого хрена она до сих пор тут работает? Мы все подписывали соглашение о запрете служебных романов, а её типа не касается? Ей можно? Или спать с главным не считается за служебный роман?

Дима всё больше распаляется, но он меня мало волнует. Я не свожу взгляда со спокойного лица Гордея. Уволит. Он меня наверняка уволит. Ещё припомнит, что любовь в рабочих стенах ничем хорошим не заканчивается.

Гордей отвечать не спешит, на меня не смотрит, тяжёлым взглядом сверлит Диму. А тот, ничего не замечая, со стула подскакивает и начинает расхаживать по кабинету.

– Кате пришлось увольняться из-за твоего дурацкого запрета, а этой, – с пренебрежением кивает в мою сторону, – всё можно?

– Всё высказал? Или есть ещё что-то добавить?

Дима тушуется от тона Гордея. Предупреждением сквозит каждое слово, хотя внешне он по-прежнему невозмутим.

– Мне не нравится, что мы должны работать за неё, – Дима обратно садится. В голосе больше нет прежней уверенности, но он продолжает гнуть свою линию.

– Да что ты? – оскалился Гордей.

Жуткое зрелище. Я даже в спинку стула вжимаюсь. Точно уволит. Я и правда в их отделе меньше всех заявок обрабатывать успеваю. Дима, почувствовав новый прилив уверенности, активно закивал.

– Да, ты видел, сколько она заявок в прошлом месяце обработала?

– Зато каких, – вступается Анвар, но Гордей его взмахом руки обрывает.

Открывает специальную программу на компьютере и поворачивает монитор к нам лицом.

– А теперь, несчастный мой, расскажи-ка, почему Люда закрывает все заявки, что у вас по несколько дней висят открытыми? Почему авгиевы конюшни постоянно ей достаются? Ты знаешь, сначала думал, это случайность, но уже третий месяц ничего не меняется. – переводит взгляд на Анвара, – тебя, рыцарь в сияющих доспехах, это тоже касается.

– Исправлюсь. – тут же отвечает друг.

Дима лишь исподлобья смотрит на босса, но ничего не отвечает.

– Теперь давай ситуацию с Катей обсудим.

Коллега хочет возразить, кидает в мою сторону взгляд, но Гордей снова останавливает его одним взмахом руки.

– Во-первых, Катя сама уволилась, я предложил ей перевестись в другой отдел.

– Ага, в кадровики, – с презрением хмыкает Дима, будто кадровики не люди.

– Во-вторых, – игнорируя комментарий, продолжает Гордей, – сколько раз я вам делал замечание? Вы же, млин, кролики недозревшие, все туалеты этажа обошли, не говоря о том, что устраивали здесь.

– На работу страшно было приходить, вдруг Катя опять под столом. – вмешался Анвар, а я от этой картины поморщилась, такое точно бы увидеть не хотелось.

– Всего лишь один раз случилось, – бурчит Дима, – нечего было приезжать на работу так рано.

– Ещё вопросы есть, почему я попросил Катю уволиться?

– Нет, – с недовольством отвечает.

– Отлично, переходим к главному. Решай сам, либо ты часть коллектива и перестаёшь себя вести как гнида, либо сам пишешь заявление и сваливаешь, – Гордей тыкает пальцем в экран монитора, – результаты за последние месяцы не в твою пользу. Иди думай. Анвар, тебе предупреждение, драк не потерплю. Свободны.

До последнего верила, что я тоже свободна, но только начинаю вставать со стула, как падаю обратно.

– А с тобой, Люд, разговор только начинается.

Ни слова, ни тон мне не нравятся. Ничего хорошего они не сулят, даже несмотря на то, что он защищал меня сейчас.

– Скажешь, что предупреждал?

Гордей невесело усмехается.

– Да, но даже я не думал, что Дима поведёт себя как истеричная баба. Ладно, спишу на то, что ты ему понравилась, а выбрала другого, вот парень и злится, – такого заявления я точно не ожидала. Видать, выражение лица у меня сейчас красноречивое, раз друг поясняет:

– Он с первого дня облизывался на тебя. Меня порой поражает, как женщины не замечают восхищённых взглядов. Это у вас на подкорке: мужик не зашёл – значит, не существует. А тот несчастный слюной захлёбывается.

– Ой, а у вас, мужиков, будто не так?

Гордей пожимает плечами. Мол, всё может быть.

– Вообще, я о другом хотел поговорить.

– Уволишь?

– Наоборот, – снова усмехается, но на этот раз с теплотой, – мне преемник нужен. Ухожу с этой должности.

– К-куда? А компания? Ты же партнёр Ромы.

– Останусь им, но у нас кадровые перестановки. Ромыч сам тебе всё расскажет, когда придёт время. Хотя, может, он тебя с собой забрать захочет.

– Куда? Гордей, что происходит?

– Да погоди ты, я только сейчас понял, что мой идеальный план может провалиться. Слушай, а ты с кем работать хочешь? С Ромычем или со мной? Ну вот подумай здраво, зачем тебе служебный роман? Это же двадцать четыре часа в сутки одну и ту же рожу рядом с собой наблюдать. Ты только представь, какой это стресс, а оно тебе надо?

– Ничего не понимаю.

Гордей настолько выбил меня из колеи своими вопросами, что я даже не слышу, как открывается дверь в его кабинет.

– Ну ты согласна, что я получше начальник, чем твой Ромка?

– Сотрудников моих переманивает, значит?

Тёплые и такие родные руки опускаются мне на плечи, ласково сжимая их.

– Малышка, шли его лесом, ты же знаешь, что я у тебя самый лучший.

Достали! Оба! Говорят что-то намёками и непонятно, какого от меня ответа требуют.

– Что происходит?

Встаю со стула и отхожу от одних загребущих рук подальше, а то знаю я, попаду в их капкан, и остальное уже не будет иметь для меня смысла.

– Мы тут расширились, аптеками обзавелись, – таким ровным голосом говорит Рома, будто рассказывает, как за хлебом сходил, – я теперь буду ими занят. А Гордей на моё место встанет.

Пока я перевариваю информацию, друг решает меня добить.

– Люд, я хочу, чтобы ты возглавила отдел ай-ти.

– А?

– Бэ. Повышение тебе предлагаю. Ну, или можешь со мной в аптеки уйти.

– Нет. На оба вопроса. Ром, я буду рада, если моим мужчиной будет НЕ босс.

– Я остаюсь акционером и владельцем.

– Это незначительный нюанс, не смущающий меня. Гордей, мне нравится именно моя работа, а командовать предоставь кому-то другому, – киваю на стену, которая отделяет меня от коллег, – благо, выбор хороших специалистов большой.

– Точно? Не пожалеешь?

Мотаю головой. Я знаю, сколько на самом деле работы у Гордея. И понимаю, что не готова к такому количеству. Придётся задерживаться на работе, а я не хочу. Лучше проведу время вместе с сыном, а на повышение, если что, ещё успею пойти.