"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 1012

— Теперь понятно, что стало с пропавшими кораблями, — хмуро процедил Сухарь. — А зачем мы плывём прямо к нему?

— Там спокойней всего, — улыбнулся Синголло. — Левиафан могучее, но не особо резвое существо. Если проскочим мимо, то остальные за нами уже не угонятся.

— Как это?

— Поднырнём под него! — весело загоготал Ногогрыз. — Летать эта крошка, к сожалению, не умеет. Только вниз и остаётся.

Мы так и замерли, поражённые услышанным до глубины души. Один вид исполинского монстра вызывал стойкое желание держаться от него подальше. Моряки же задумали немыслимое — пытаться проскользнуть под водой. Гиганту достаточно будет просто пошевелиться легонько, чтобы нас размазало о морское дно. С другой стороны, многочисленные преследователи хоть и отставали, но погоню прекращать явно не собирались. Вполне возможно, что они целенаправленно оттесняют нас к чудищу, словно загонщики на охоте.

Для него что крейсер, что авианосец — просто детские игрушки, с которыми ванну принимают. Те же сторожевики могли походя нашинковать не один десяток «черепах» вместе с абордажными командами и спокойно уйти в закат. Но с такой махиной только баллистическими ракетами можно справиться, и то не факт.

— А как мы… под водой плыть будем? — забеспокоился Демидов.

— Плавает дерьмо по стоку, — поморщился Солодухин. — Суда ходят, даже подводные.

— Что-то эта штука совсем на подлодку не похожа…

Вопрос оказался своевременным, так как остатки команды под предводительством капитана принялись складывать мачты в сторону носовой части корабля. Роняли их довольно варварским способом — просто рубили канаты и сами бивни под корень, пока полтергейсты толкали конструкцию в нужную сторону. В итоге большая часть вантовой сети ослабла, а то и вовсе полопалась, и держаться за это всё во время погружения я бы не рекомендовал.

Синголло отнёсся к нашим проблемам с пониманием, предложив укрыться в кормовой пристройке. На палубе решила остаться одна лишь Талия. Мне тоже было жутко интересно взглянуть на лихой манёвр со стороны, но ещё непонятно, сколько эта некросубмарина будет двигаться под водой. Будет верхом глупости захлебнуться в двух шагах от цели.

Так что я как законопослушный человек вместе с остальными вернулся на ют, где некромант нас и запечатал, зарастив вход свежими костями. Заканопатило на совесть, без единой щели и просвета. Так что пришлось врубить фонари, чтобы не сидеть в кромешной тьме. А ещё поменьше дышать, так как вентиляция отсутствовала напрочь.

Само собой, это спровоцировало новый приступ у Аннушки, которая рухнула на колени и стала биться головой о глухую стену. Облегчать ей муки снова никто не собирался. Волков стал превращаться обратно в человека, воя от боли и хрустя суставами, Демидов занялся оружием, а Солод отрешённым взглядом уставился куда-то внутрь себя. Сухарь же, судя по характерным движениям рук, активно копался в интерфейсе.

Вот и пришлось успокаивать задыхающуюся девушку мне, без особого успеха. Она точно бы телепортнулась бы отсюда куда подальше, но ошейник запрещал использовать способности против воли хозяина. Получается, меня спасли намеренно?

— Ой, можешь не благодарить, — отмахнулся Демидов в ответ на озвученный вслух вопрос. — Мы ж для тебя зло во плоти.

Ответить я не успел — корабль сильно тряхнуло, и центр тяжести перенёсся куда-то ближе к носу, отчего пол стал всё больше наклоняться. Значит, уже погружаемся. Это спровоцировало новый приступ у Аннушки, которая до этого вроде бы стала понемногу успокаиваться. На этот раз она окончательно потеряла способность дышать и забилась в агонии. Я как мог придерживал её, не имея понятия, что делать дальше. А вот Волков благополучно закончил трансформацию и тоже улёгся рядышком, тяжело дыша.

К счастью, наша возня привлекла внимание Солодухина. Военный переговорщик подсел поближе и протянул мне пластиковый пузырёк в котором отчётливо шумели таблетки:

— Пусть выпьет.

— Так, стоп, что это? — проявил интерес до этого безучастный Сухарь.

— Седативное, — спокойно пояснил истребитель. — От неё всё равно толку никакого.

— Тут ты прав, — скривился Запольский. — Крайне ненадёжный специалист попался…

Однако совладать с клаустрофобкой оказалось не так уж и просто. Она мало что соображала, только яростно извивалась всем телом, будто выброшенная на берег рыба. Солод посмотрел на мои неуклюжие попытки справиться с ней, после чего решительно отхлестал её по щекам и влил ей немного воды из фляжки вместе с таблетками. Девушка закашлялась, чуть не подавившись, но всё же инстинктивно проглотила лекарство. И уже через пару минут она обмякла и спокойно засопела.

— Быстро сработало, — оценил наблюдательный Демидов. — Что это такое?

— Какая-то ветеринарная хрень, — пожал плечами военный. — Она и коня срубит, если надо.

— А тебе она на кой ляд?!

— Я без них не сплю, — отрезал Солод.

После чего он вернулся к себе и продолжил безучастно пялиться в стену. Я же пристроил голову сомлевшей Аннушки на один из баулов, надеясь, что она сможет проснуться после такой, воистину конской, дозы снотворного. Но это для неё, как ни странно, наименьшая проблема из всех. Корабль то и дело сотрясался всем корпусом не пойми от чего, а в ушах стоял непрекращающийся скрип и треск костей. Пару раз закладывало уши прямо до рези в барабанных перепонках, но быстро отпускало.

Так продолжалось несколько минут, пока нас наконец-то перестало прижимать к передней стене, а потянуло к задней. Пол снова изменил наклон, а вскоре и появилась уже знакомая качка. Да такая сильная, что мы ненадолго почувствовали себя горошинами в трясущейся банке. Я еле успел поймать спящую девушку, чтобы та не набила себе шишек больше положенного. Теперь можно сказать, что мы полностью в расчёте. А что касается её хозяев, то их доброта вряд ли была бескорыстной. На борту оставалась моя напарница, да и сам Синголло никак не мог меня бросить. По договору не положено.

Когда тряска чуть поутихла, и нас перестало швырять из стороны в сторону, кости в районе выхода расступились, впустив внутрь свежий морской воздух. Оставив Аннушку вместе с Волковым отдыхать, мы вчетвером покинули пристройку. Мокрая палуба больше не напоминала скотобойню — кровь и пепел смыло, пробоины заросли, а из останков абордажников Синголло на скорую руку соорудил себе несколько новых миньонов, напоминавших костяных многоножек. Вместе с оставшимися в строю умертвиями они деловито суетились возле лежащих мачт, готовясь водрузить их на место.

Смотрелось это жутковато, но я был рад, что эти ребята на нашей стороне.

За нежитью приглядывал промокший, но довольный эльф в компании с Талией, от которой вился отчётливый парок. Обоим ушастым купание не повредило, как и морскому гоблину, что оставался за штурвалом. Только Ногогрыз не выглядел особо весёлым, а постоянно оглядывался с явной тревогой на лице.

Я проследил за его взглядом и увидел неподалёку громадину Левиафана. С этой стороны он был ничуть не меньше. Однако морское чудище понемногу отдалялось, открывая чистый горизонт. С органами чувств у него имелись явные проблемы — оно упустило добычу, но продолжало неуклонно двигаться в сторону Керченского пролива. Будь его хозяева поумней — закупорили бы наглухо этой тушей узкое место и… Поймали бы, скорее всего, ракетный залп по заданным координатам. А по такой цели проще попасть, чем промахнуться. Единственная верная тактика — скрывать его под толщей воды, как козырь в рукаве.

Да и на мелководье он будет максимально беспомощным.

Но даже сейчас мы качались на таких волнах, что с их вершин видно было далёкую сушу. А когда проваливались вниз, ненадолго появлялось ощущение свободного полёта. Нос корабля в такие моменты с шумом врезался в воду, окатывая нас холодными брызгами. Бодрит лучше всякого кофе.

Утро только началось, а мы уже все в мыле и едва стоим на ногах.

— А долго судно сможет так двигаться? — задал самый насущный вопрос Сухарь, стоило ему осмотреться.