"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 1098

Так вот к чему было «ты тоже», произнесённое Айротом перед атакой. А я всё голову ломал, что это может значить.

— Значит, есть ещё?

— К сожалению.

Странные слова. Многие люди в селе, включая самого Ёлкина, днями и ночами мечтали отыскать методику воскрешения. Да и вообще, это одно из главных желаний для нашего времени. Почти все кого-то да потеряли. Взять ту же Каневскую, где обещаниями вернуть всех погибших одна жрица едва не совершила переворот.

Мне ли не знать, что это вполне возможно…

— А что с ними не так?

— Буквально, всё, — принялся объяснять мой невидимый собеседник. — Они нападают на обычных людей и утаскивают убитых куда-то в чащу. Потом те тоже возвращаются… Позеленевшими и крайне агрессивными. С каждым разом их становится всё больше. Даже если выходит уничтожить кого-то, они вскоре снова приходят, целыми и невредимыми.

— Я не такой.

— Возможно, — не стал спорить Шланг. — Только сейчас вас никто не будет слушать, поверьте! Слишком много плохого принесли «вернувшиеся», а вы на них очень похожи, к сожалению. Самый первый массовый набег Романихе удалось пережить лишь чудом. Охранные заросли мало того, что пропустили врагов за периметр, так ещё и сами пошли в атаку. Сущий кошмар случился.

— Хищные растения?

— Да, они самые. Некоторые из них тогда получили возможность передвигаться и воспользовались ею не лучшим образом. Стену там ведь хотели закончить в последнюю очередь, вот и просчитались. Тогда очень помог огонь, но в ту ночь мы всё равно очень многих не досчитались. Даже среди разведчиков… — сталкер снова вздохнул. — Очень тяжело стрелять в того, кого ты знал при жизни. Выглядят-то они точь в точь, только их тела ближе к растительным. У некоторых даже листочки растут. Зато в жестокости и беспощадности «вернувшиеся» могут запросто даже с демонами посоперничать. Поначалу все думали, что это просто чьи-то деревянные куклы, пока не взяли нескольких в плен. Оказалось, те вполне разумны, хоть и не желают общаться. Они явно сохранили большую часть воспоминаний о прошлом, но при этом стали совершенно чужими. Не людьми. От них много народу пострадало…

— А что с Твиксами?

— Они не вернулись с задания, числятся пропавшими без вести, — пояснил Иннокентий. — Поэтому Александр Васильевич на взводе. Он практически не спит и сам частенько сам ходит в рейды. Вам ему лучше не попадаться.

— Спасибо, учту. Какое задание у них было?

— Сопроводить делегатов одного поселения. Те как раз хотели установить добрососедскую связь, но пропали вместе с нашими.

В груди у меня похолодело.

— Малиновка⁈

— Она самая, — с толикой удивления подтвердил мой невидимый собеседник. — Так вы уже в курсе?

— Их посланцы успели посетить гномов у Великого Врага, — хмуро ответил я. — Тоже под предлогом мирных отношений и всего хорошего. А как выяснилось, эти липовые дипломаты причастны к похищениям детей по всей стране, а их предложения — чистое надувательство. В итоге они ушли через портал. С боем.

— К сожалению, в Малиновке их нет, мы туда уже ездили. Едва сами там не остались! Александр Васильевич вовремя понял, что там всё заминировано со всех сторон, и беды удалось избежать. Но ваши друзья как в воду канули, вместе с другими сопровождающими.

— А Гусевы?

— Вот с ними всё в порядке! — заверил меня Шланг. — Полина Петровна всё так же врачует. У нас добрая половина жителей ей по гроб жизни обязана. Брат её возглавляет охрану госпиталя, там и муха не пролетит. Даже когда на нас напали исподтишка, никто из пациентов и персонала не пострадал.

Стало чуть легче, но всё равно вести были, мягко говоря, тревожные. Особенно, учитывая пропажу четы Ерёменко. Хотел, понимаешь, дочку пристроить в безопасном месте…

По описанию те самые «вернувшиеся» и правда походили на орков, но животного в зелёнокожих воителях всё же больше. Листочки из них не растут точно, да и возрождаться из мёртвых они не умеют. Регенерация не в счёт, она не воскрешает убитых. Пока ясно лишь одно — путь в Романиху мне заказан. Мне там и рта раскрыть не дадут, сразу спалят.

Есть надежда попробовать договориться через Шланга, но он не пользуется там большим авторитетом. Да и маленьким тоже. Гусевы более предпочтительный вариант, хотя как они отнесутся к моему возвращению теперь — непонятно.

— Эй, ну чё вы так долго? — послышался новый голос откуда-то сверху.

На дно оврага посыпались мелкие камушки, а следом туда ловко съехал невысокий лысый мужичок в камуфляже и с одноствольным обрезом в руке. Другой на его месте мог бы запросто заработать пару лишних шишек, а то и вовсе перелом, но он спустился удачно, на зависть любому сноубордисту.

Как и всегда.

— Савелий, я же просил! — возмутился его напарник.

— Да вы тут до утра будете базарить, а меня уже комарьё доедает, — отмахнулся он, и тут же протянул мне руку. — Дарова, Сдвиг!

— И тебе не хворать, Гоблин.

Мы обменялись крепким рукопожатием и баловень Судьбы выдал довольную улыбку, пусть и слегка щербатую.

— Зырь, Шланг! Он в полном адеквате. Вылазь давай, запарил.

— Что ж, Тимофей всегда отличался от остальных…

С этими словами невидимка в фирменных очках на резинке появился в паре шагов от меня. Вот и верь теперь своим ушам, ведь его голос звучал откуда угодно, только не с той стороны. Он тоже оказался вооружён — стареньким угловатым пистолетом. Дуло, правда, смотрело в землю.

— Меня вернул к жизни ангел, которого химеролог держал там же, под землёй, — решил я окончательно рассеять все сомнения. — А зелёный, потому что поторопился выпить одно зелье и стал немножко орком.

Савелий Воскобойников по кличке Гоблин понимающе гоготнул и хлопнул меня по плечу, а вот его приятель задумчиво почесал нос:

— И правда, на выходцев с того света вы похожи лишь отдалённо. Тем не менее, вам следует быть очень осторожным и не показываться нашим. Увы, у нас сейчас царит военная диктатура, со всеми вытекающими…

— Ты сказал, что Ёлкин и прочие недееспособны, — напомнил я ему. — Что с ними?

— Беда, как известно, не приходит одна, — начал издалека словоохотливый интеллигент. — Следом за нападениями «вернувшихся», некоторых жителей начал поражать странный недуг. У них как будто пропадает воля к жизни. Они не на что не реагируют, не говорят и смотрят в одну точку. Полное погружение в себя, так сказать. Полина Петровна уверена, что это не болезнь — физически они все здоровы. Скорее всего, там замешано какое-то проклятье, но наши жрецы не смогли обнаружить даже его следов. Почти каждую ночь мы кого-то не досчитываемся. Их уже негде складывать! Поначалу парализованных несли в лазарет, пока он ещё не был переполнен, но никому так и не удалось помочь.

— Их как будто торкнуло, и забыло отпустить, — поддакнул Гоблин. — Скоро загибаться начнут, без жратвы-то.

— Да, Савелий совершенно прав, — закивал Шланг. — Пока их поддерживают усилиями наших медиков, но резервы организма не бесконечны, а поражённых с каждым днём становится всё больше. Словом, обстановка у нас очень нервная. Некоторые подумывают о переезде…

— А кое-кто уже свалил!

— Речь не о том, — осадил друга Иннокентий. — Это пока единичные случаи, но всеобщая паника не за горами. И как её будет подавлять Александр Васильевич мне лично знать не хочется. А по-хорошему, уходить нужно всем миром. Но кто бы нас послушал…

— Значит, вся эта катавасия началась после того, как те парламентёры ушли? — спросил я.

— Нет, первых экземпляров засекли ещё зимой, как раз, как дожди закончились и стало припекать, — принялся вспоминать сталкер. — А вот хворь да, по времени сходится. Аккурат мы с Малиновки возвратились, и пошло-поехало. Сначала по одному, а потом и группами стало народ выкашивать.

— Ты давай лучше скажи, какого ляда мы вообще тут торчим, — снова вклинился в разговор Гоблин, недовольно почёсывая шею.

Не смотря на запредельную удачу, комары его не щадить не собирались. А вот нас с Иннокентием они почему-то не трогали. Невкусные мы, наверное.