"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 346

– Гордан, ты вроде как хотел вступить в банду? Так вот тебе первое испытание – убей этих ублюдков!

Я сначала не понял, потом кровь ударила в голову:

– Данаор, ты ведь знаешь, я воин. В бою я убью не задумываясь, но вот так, безоружных, за неведомую вину… Я не палач!

Данаор усмехнулся:

– А ты привыкай – здесь приказываю я. Скажу землю жрать – будешь жрать. Скажу убить – будешь убивать, не спрашивая причин. Мне надоело кормить тебя бесплатно. Сейчас и увидим, насколько сильно твое желание вступить в банду. А откажешься – убьем и тебя, и этих двоих.

Данаор скомандовал, и парочка бандитов сдвинулась ко мне с обнаженными мечами. По телу короткой волной пробежала дрожь – шутки кончились. Массовка это или нет, но «режиссер» команду «стоп» вряд ли выкрикнет. Ведь именно из-за таких сцен, наверное, и затевался фильм. Сейчас все и решится. Я медленно пошел к мечу, протянул к нему руку. Сзади сразу послышался звук натягиваемой тетивы. Ну это понятно, стоит мне повернуть меч не в ту сторону, и от стрелы на таком расстоянии не увернуться. Я медленно убрал руку и повернулся.

– Данаор, а не получится так, что я людей угроблю ни за что, шею под топор подставлю, а ты передумаешь?

– Ты сначала сделай, а потом и поговорим. – И взгляд стал совсем нехорошим.

Все, дальше тянуть опасно. Я тяжело вздохнул, сделал вялое движение рукой, как будто хотел вытереть внезапно вспотевший лоб, зацепил парочку дротиков и резко бросил их в лучника. Получилось удачно – один попал тому в глаз, лучник с криком отшатнулся. Воспользовавшись замешательством, быстро использовал остальные дротики. Двое бандитов не успели уклониться и получили дротики в шею. Учитывая, что это были всего лишь обычные веточки, то результат просто отличный.

Мнение обо мне было единодушным и очень грубым. Видя, что я по-прежнему не трогаюсь с места, еще трое выхватили оружие и двинулись ко мне, расписывая в подробностях, что меня ждет. Когда я достал «йо-йо» и начал раскручивать, возникла короткая заминка, но после команды Данаора бандиты все же бросились. Одному удар пришелся в глаз, второму на обратном движении – в горло. Не смертельно, но на ближайшее время они из боя выбыли. Третий засомневался, притормозил и получил удар в висок. Резким перекатом я оказался рядом с ним, в движении порвал цепь на ногах, выхватил из рук падающего тела нож, меч из ножен и встал в боевую стойку. Шестерым уже было не до боя, трое, судя по их виду, предпочли бы сейчас оказаться в другом месте, но Данаор дал команду, и мы схлестнулись. Без преимущества внезапности бой оказался не таким уж и легким. У всех мечи, ножи, все привычно, отступать некуда. Тем более что бандитов было четверо.

Но это их не спасло. Дрался я с непонятным наслаждением, радуясь каждому удачному удару. Все просто и понятно, вокруг враги, думать не надо.

Последним – кто бы сомневался – я убил Данаора. Он не торопился в бой, предпочитая отправлять вперед подчиненных. Но не из трусости, а скорее выбирая удобный момент. И только когда выбора не осталось, кинулся на меня. Не знаю, каким человеком он был на самом деле, но бился он отчаянно и пощады не просил. И даже умирая, сумел растянуть губы в усмешке, смысла которой я не понял.

Постоял, остывая и приходя в себя. Вокруг снова все залито кровью, валяются тела. Парочка из тех, кого я только ранил, начали вставать. Я засомневался, что же мне с ними делать, потом наткнулся взглядом на полные ужаса глаза молодых, по-прежнему стоявших на коленях среди всей этой кровищи, и сомнения исчезли. В прежней жизни я был обычным городским жителем. Не то чтобы убивать, а просто дать в морду было для меня событием. Но сейчас в душе что-то сломалось. Или изменилось. Это другой мир, и я уже другой. Спокойно, как будто всю жизнь этим занимался, добил всех раненых.

Отошел немного в сторону, разделся догола и, наверное, час мылся в протекающем невдалеке ручейке, стараясь избавиться от вкуса, запаха крови и чего-то еще, давившего на меня. Вернувшись на поляну, спокойно распотрошил сумки бандитов, собрал более-менее приличный комплект одежды, выбрал себе лучшее оружие, стащил с Данаора почти целую кольчугу. Тут только дошло, что на ногах по-прежнему висят кандалы. Пришлось шарить по карманам Данаора – скорее всего, ключ должен быть у него. Ключ и в самом деле нашелся – простенькое железное колечко, припаянное перпендикулярно стержню. Достаточно было вставить его в отверстие на замке и чуть посильнее надавить, как он распался. Я с интересом осмотрел это произведение местных кузнецов и тихо выругался. Запорный стержень представлял собой толстый гвоздь с широкой шляпкой, а на другом конце была приделана пара пружинящих усиков типа как на рыболовном крючке. Достаточно было вставить стержень в корпус, усики разгибались, упирались в специальный выступ и держали надежно. Колечко сжимало усики, и стержень так же легко вытаскивался. Тьфу! Если у них и остальные замки сделаны по тому же принципу, то есть смысл подумать о карьере вора. Хотя… Замок на кандалах безоружного пленного – это одно, а на сундуке с деньгами явно поставят что-то посерьезнее. Ладно, время покажет.

Уже на выходе с поляны меня остановил возглас Вероны:

– Гордан, постойте, куда же вы?

– Как «куда»? – не понял я. – Ухожу отсюда.

– А как же мы?

– Что – вы?

– Вы нас бросаете?

Этот простой вопрос поставил меня в тупик. После всего происшедшего я просто не воспринимал Верону и остальных как живых людей, нуждающихся в защите. Да, при виде стоящих на коленях парня с девушкой во мне что-то сработало, я не смог допустить их смерти. Но сейчас им ничто не угрожало, и я не считал себя им обязанным.

– Опасности больше нет. Я вам не нужен.

– Но по дороге могут встретиться и другие бандиты. Я прошу вас о помощи!

Наверное, несколько минут я молчал, пытаясь разобраться в своих чувствах, потом мысленно махнул рукой:

– Хорошо, я провожу вас до ближайшего города.

Верона взяла только сумочку с какими-то важными безделушками, а молодым и вообще собирать было нечего. Правда, парень прихватил один из мечей, но держал его словно палку. Я говорить ничего не стал: если ему так спокойнее, пусть таскает. Он собирался утащить и все остальное оружие, даже начал упаковывать огромный сверток, но девушка заметила мой взгляд, что-то ему шепнула, и он сразу отбросил его в сторону.

– А деньги? – вдруг спросила Верона.

– Что «деньги»? – не понял я.

– Как я заметила, вы не взяли ни одной монеты. А в дороге за все придется платить.

– И что вы предлагаете?

Верона смотрела на меня с какой-то жалостью.

– Как это ни неприятно, но придется обыскать трупы и забрать все ценности.

Какая-то логика в этом была. За полчаса я перерыл все и стал обладателем тощего кошелька. Оглядел свой притихший отряд и невольно вздохнул – кино, как я и хотел, получается неинтересным и неромантичным. Вместо возвышенных отношений – кровавые разборки. Только особой радости это не доставляет даже мне. Ладно, отведу женщин в город, который ведь где-то должен быть, а потом что-нибудь придумаю. Тем более что взгляды моих попутчиков мне совершенно не нравились. Парень смотрел на меня с восхищением, девушка со страхом, а Верона – с жалостью. Хотя чего меня жалеть, я ведь уже не маленький, что выбрал, то и получил.

– Ладно, пора трогаться.

Вероне действительно было жалко Гордана до слез. Последние события превратили красавца и балагура, пытавшегося за ней ухаживать, в угрюмого убийцу. И она не знала, как оценивать его поведение. Его предложение прирезать ее повергло в шок, желание вступить в банду – омерзение, его непонятная игрушка – жалость к новому сумасшедшему. Потом неожиданное превращение казни беззащитных в уничтожение банды. И снова неожиданность – полное равнодушие к вещам и окружающим. Он собрался уходить, не взяв ни монетки! И еще она заметила, что Гордан время от времени начинает поглаживать виски и постанывает, словно от боли. Что же с ним творится? Сражается он великолепно, но что с его головой? Временное помрачение рассудка или он начинает сходить с ума? Оставить его сейчас одного – это как бросить ребенка. Мечом он, может, и умеет махать, а вот в остальном сейчас беспомощен. Нужно хоть немного присмотреть за ним и помочь.