"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 370

– Что будем делать?

Я убрал руку с ножа:

– Ничего. Ты пойдешь к себе домой, а я к себе.

Верона удивленно распахнула глаза:

– Но…

– Никаких «но», – оборвал я ее. – Если меня не будет рядом, то и грозить тебе ничто не будет.

Возможно, я и в самом деле притягиваю неприятности – благодаря козлу Эли, промелькнуло в голове. И если я буду держаться от Вероны подальше, то и ей будет спокойнее, и я со своими мелкими проблемами как-нибудь справлюсь. Как в ванной, например.

– Как ты можешь так говорить?

– Могу! – отрезал я. – Может, я многого не знаю, но подозрений у меня у самого выше крыши.

– Но хотя бы до дома проводишь? Так мне будет спокойнее.

Я хотел снова отказаться, но не позволили остатки былого воспитания – девочку нельзя бросать одну на ночных улицах. Как я сам буду потом добираться, это уже никого не волнует.

– Хорошо. – Я вздохнул. – До дома провожу.

Поездка до дома Вероны прошла в молчании. Верона косилась на меня, о чем-то думала. А я настороженно прислушивался в ожидании новых неприятностей.

На удивление, дорога прошла без приключений, никто не пытался приставать к нам. Добравшись до дома, проводил Верону до самой спальни. Как заправский телохранитель, проверил все уголки, но и здесь все было в порядке. Я уже было повернулся к двери, как Верона прервала молчание:

– Гордан…

– Что?

Верона кивнула в сторону кровати:

– Может…

Что «может»? Заняться сексом? Снова, как в дороге, спать в обнимку, прижавшись друг к другу в страхе перед неведомым? Ну уж нет! Ни к тому, ни к другому я сейчас не расположен – Верона вызывала только чувство глухого раздражения. Может, она и не виновата ни в чем, но находиться с ней рядом было неприятно.

– Мне пора. А если страшно, позови слуг, пусть дежурят у дверей.

Лицо Вероны закаменело.

– Уже поздно. Как же ты будешь добираться домой?

– Прогуляюсь.

– Возьми хотя бы мою коляску.

Ага, чтобы она узнала мой адрес? Хотя… После встречи в доме герцога считать, что я от кого-то смогу спрятаться, просто смешно. На меня внезапно навалилась усталость.

– Хорошо, скажи своему кучеру. – Я был вынужден прислониться к косяку.

Верона торопливо подошла, с тревогой глядя на меня:

– Гордан, ты в порядке?

– В порядке, но мне все-таки лучше уехать. А ты запрись и никого не пускай. Мало ли…

До таверны я добрался без приключений.

Поездка меня расслабила, спать хотелось неимоверно, но и перекусить не мешало. Тем более что, несмотря на позднее время, в обеденном зале народу было немало. В одном из углов сидела группа молодежи, изображающая из себя заговорщиков. Во всяком случае, они постоянно шептались, склонившись друг к другу. Недалеко от них сидел мужчина с бутылкой вина. Этот, видимо, решал какие-то свои проблемы, потому что его ничто не интересовало, кроме своего стакана. В глубине зала устроилась молодая парочка. На столе у них стояла свеча, и больше им никто не был нужен. Как и мне. Служанка (не та, что была днем) быстренько притащила холодного мяса, хлеба и вина, и я принялся за еду.

Но вино облегчения не принесло, и настроение становилось все более поганым. Ну что за жизнь такая! То бандиты, то Эли, то Верона. Смогу я когда-нибудь пожить спокойно? Просто жить, не оглядываясь по сторонам и не ожидая новых напастей? Ходить на работу, заниматься любимым делом, а вечером сидеть с любимой книжкой, не ожидая удара из-за угла?

Раздражение стало подниматься внутри, формируясь в желание кого-нибудь ударить. А тут еще заговорщики, разгорячившиеся от своих споров, утратили осторожность, и до меня стали доноситься отдельные фразы. Сначала я пропускал их мимо ушей, но затем прозвучало «принять меры», «благо народа». Невольно я улыбнулся – живут же люди! Развлекаются играми в больших дядей, готовы умереть за светлые идеи, и даже смерть воспринимают как награду за подвиги. Но мою улыбку и взгляд заметили. Один из самых рьяных спорщиков начал приподниматься.

– Что, нравится подслушивать? – с угрозой спросил он.

– Вы бы поменьше орали, вас бы и слушать никто не стал.

– Счастье народа стоит того, чтобы кричать об этом на каждом углу!

– Горластых много, работать только некому.

Теперь уже в мою сторону смотрела вся компания.

– Мы готовы жизнь отдать ради святого дела!

Я отмахнулся:

– Многие так говорят. Только вот жизней лишается народ, когда начинает воевать за такие идеи. Чем руками махать, лучше бы сделали счастливым кого-то конкретно из этого народа. Мастерскую или деревню купили и сделали работников богатыми и счастливыми. С малого начинать надо, с малого.

– Но ведь мы хотим счастья для всех!

– Если вы не сможете управлять даже городком, то какой от вас будет толк, если вы дорветесь до большего, до целого государства?

– С такими законами и с такой верхушкой ничего сделать нельзя!

– А законы всегда будут «такими», что кого-то будут не устраивать. И «верхушку» никогда не будут любить. Так что единственное, чего вы добьетесь, – это дорваться до власти. А все остальное останется по-прежнему. Только врагов у вас станет побольше – все, кто ниже вас.

– Ты, ты… провокатор! Не слушайте его! – Заводила от возмущения стал красным.

Я довольно улыбнулся. Интересно, а драться они полезут?

– И в этом вы не оригинальны. Если каждого несогласного объявлять врагом, а потом уничтожать, то за чье счастье вы собрались сражаться? Тех, кто послушен, всегда согласен? А я ведь тоже часть народа, вы и меня должны обеспечить кусочком счастья.

Ехидства в моем голосе хватило бы на десятерых, и из-за стола стала подниматься еще парочка «борцов за счастье». Я приготовился к драке. Ну-ну! Кто первый кинется? Молодой и самый рьяный?

Но неожиданно заговорил самый взрослый и серьезный из сидевших за столом:

– Вы нас совершенно не знаете, а уже обвинили во всех смертных грехах.

– А чего тут знать? – удивился я. – Неужели вы считаете, что ваши предки, деды, отцы были глупее вас? И что они не мечтали о счастливой жизни? Или что ваши идеи еще никто не предлагал? Неужели те, кто сейчас наверху, мечтают сделать страну бедной и слабой? Всему должно быть свое время. Почитайте историю внимательно, в ней все повторяется. Посмотрите на идеи, на то, как их претворяли в жизнь и к чему это привело. Только не думайте, что вы умнее и не совершите их ошибки, – у вас и своих хватит!

Старший медленно поднялся, а следом вскочили все. Но драка не началась. Старший коротко бросил:

– Уходим! – и все послушно отправились на выход.

Я разочарованно вздохнул: ведь счастье было так близко! Самому рьяному я бы сломал нос, чтобы не сильно его задирал. А тому, кто сидел с краю и уже взялся за нож, – руку. А теперь вот придется опять сидеть наедине с бутылкой и снова перебирать собственные неприятности.

Неожиданно передо мной нарисовался мужик, который до этого пил в одиночку.

– Не будете против, если я сяду за ваш стол?

Я мельком оглядел его. Вроде одет неброско, но одежда явно хорошая. Почти не пьян, да еще и со своей бутылкой в руке.

– Присаживайтесь. Только каждый будет пить свое, – на всякий случай уточнил я.

Мужик хмыкнул, но согласно кивнул. Мы накатили по стаканчику, помолчали.

– А мне понравилось, как вы разговаривали, – прервал молчание мужчина. – Вы не думали сменить род деятельности?

– Стать провокатором?

– Ну зачем же так, – улыбнулся мужчина. – Вовремя сказанное умное слово могло бы значительно сократить работу Тайной страже.

Вон даже как? Это намек или предложение? Но мне это было неинтересно, и я отмахнулся:

– Какое там умное… Так, общие фразы, не истина в последней инстанции. Да и ребята, едва выйдя на улицу, сразу забудут про пьяного наемника, вздумавшего учить их жизни.

– Как знать. А вдруг хоть кто-то задумается?