"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 662

Поэтому Мор оставил Смерть и Глада у сердобольной бабульки с Ади. Та согласилась, узнав, что посетители жаждут наказать ужасных чародеев, наславших порчу на мальчонку. Ей казалось, она вовремя вернулась, иначе ребенка околдовали бы окончательно.

Мор и Брань двинулись дальше. Колдунья несколько раз в день устраивала лечебные сеансы, сращивая кость на ноге Мора и заживляя его ожоги.

Пробродив по округе почти трое суток, убийцы вновь напали на след. Гюнтер и Петероника нажаловались на вероломных «злых духов». Но в этот раз супруги где-то запаслись умом и промолчали о нарочно оставленном Колей мешочке с деньгами. Совестливый парень втайне от прапорщика постарался компенсировать ущерб, нанесенный грабежом.

Новоприобретенная подозрительность Гюнтера и Петероники сослужили добрую службу Лавочкину и Палванычу. Если бы крестьяне признались, что разбойники оставили им мешочек, то поиски превратились бы в прогулку. Брань умела брать магический след человека по личной вещи. Ведьме хватило бы материи мешочка.

Всадникам все равно казалось, что стало легче. Но потешно запряженная телега затерялась где-то между столицей и деревней Швахвайзехаузен. Пришлось возвращаться, опрашивая чуть ли не каждого встречного.

Убив еще сутки, всадники выехали к поместью герцога Унехтэльфа. Хозяин обрадовал их положительными новостями: да, были Николас и Пауль. А затем герцог огорчил Мора и Брань: разыскиваемые мошенники сожгли дурацкую телегу, никаких вещей не осталось.

Теперь предстояло искать пару пеших людей. Коренастого свиноподобного мужика и длинного жилистого парнишку. В камзолах. С мешками.

– Скудновато, – прошептал Мор.

Брань подала толковую идею:

– Еще мы знаем, что они гоняются за неким юнцом Шлюпфригом. Предлагаю вернуться к замку Лобенрогена, взять какую-нибудь вещь юнца и найти его раньше Пауля и Николаса.

– Использовать в роли приманки!

– В этом что-то есть…

Приехав в ткацкий поселок, Мор и Брань отправились на постоялый двор, подкрепились и стали обсуждать планы, медленно потягивая пиво.

– Если Николас и Пауль не дураки (а они явно не дураки), то должны были разделиться, – сказал Мор.

Палваныча, сидевшего за соседним столиком, прошиб холодный пот. Прапорщик еле-еле удержался от того, чтобы обернуться к охотникам.

– Я бы на их месте сменила имена, – добавила Брань. – Они очень опытные игроки, Морген. Телегу сожгли, зная: мы идем по следу… Похоже, тут редкий случай, когда слух о начале нашей охоты не помогает, а, наоборот, мешает делу. Мы рискуем встретиться не с мечущимися в панике ягнятами, а с хладнокровными колдунами…

«Ектыш! – мысленно воскликнул Дубовых. – Они нас переоценивают! Это можно использовать! Наверное… Только как?»

– Весьма вероятно, – нехотя согласился Мор. – Ты чувствуешь, что задания становятся все труднее и труднее? Я ведь это предвещал. Мы перепрыгнули в разряд дорогих наемников, а люди готовы платить помногу лишь за чрезвычайно сложную и важную работу. Да и мелочь мы быстренько повыбили. Остаются всякие Николасы и Паули.

Прапорщику стало ясно: пора действовать. Если рисковать, то по-крупному. Чувство было такое, будто он стоит на сцене Большого театра, вот-вот откроется занавес, и придется играть роль Евгения Онегина. Не трясло, но на психику давило. Палваныч подхватил онемевшей рукой кружку, встал и приблизился к столику противников.

– Извините, – Дубовых изобразил вежливую улыбку, – я случайно услышал ваш разговор. Вы ищете двух бандитов. Николаса и Пауля. Да? Похоже, я их видел.

– Вы уверены?

– Есть все основания полагать, что есть все основания полагать, – авторитетно произнес прапорщик.

– Присаживайтесь, сделайте одолжение, – поспешно пригласил Мор.

– И сделаю. – Палваныч опустился на лавку. – Только вот… Сами вы, я вижу, не разбойники. Зачем вам эти дебоширы?

– Как вы правильно заметили, сударь, они преступники. А мы их ловим, – объяснила Брань.

– А кишка у вас не тонка против этих висельников? – с надеждой спросил Дубовых.

Собеседники приняли его реплику за насмешку, а на насмешки они давно перестали обращать внимание.

– Толста, – бесцветно сказал Мор, чтобы не терять нить разговора. – Главное найти, остальное – дело техники.

Брань скептически покачала головой. Прапорщик заметил и приободрился. Был бы он актером, одернул бы себя, мол, не переиграй. Он всего лишь поймал самодеятельный кураж и подсознательно заставил себя верить во вранье, которое собирался продать опасной парочке.

– Вы, разумеется, хотите знать, куда они отправились, – осклабился Палваныч.

– Да.

– Я готов помочь за десять крейцеров.

– Вот те на! – не сдержался Мор. – Нагло, но не без шарма. Пять золотых.

– Восемь.

– Шесть.

– Сойдемся на семи. – Прапорщик ударил по столу кружкой, как аукционный распорядитель стучит молоточком, когда заканчиваются торги.

– Ладно, душегуб.

Мужчина полез за кошелем, отсчитал плату.

– Но смотри не солги. Разыщу и воздам по заслугам.

Дубовых разыграл оскорбленную честность, не забыв ловко спрятать заработанное.

– Не имею привычки врать, граждане!

– Хорошо-хорошо, не обижайся, – успокаивающе проговорила Брань. – Лучше расскажи о людях, которых мы ищем.

Палваныч приступил к брехливой импровизации:

– Я топал с ними сюда из столицы. Не весь путь, часа два. И не то чтобы с ними… Просто рядом. До конца не понял, куда они и что, но всякую ерунду слышал. Они передвигаются пешим порядком в Драконью долину. Идут за каким-то Шляпфигом или Хлюпфиком…

– Шлюпфригом? – Мор подался вперед.

– Так точно! – закивал Дубовых. – Долго и на все лады ругали беднягу. По всем данным, он побывал дома, возле замка Косолаппена, и прихватил свой скарб, а потом двинулся в самое логово драконов. Наверное, бедный малец окончательно сбрендил…

Прапорщик трепался, одновременно удивляясь, откуда берется это связное вранье. Конечно, его мышление значительно иррациональнее числа пи, но не до такой же степени!

– Согласия в них нету. Кого-то боятся, о всадниках твердили, оглядываясь… Торопились, ругались постоянно… Не останавливаясь, проследовали дальше, а я вот он, перед вами.

Палваныч отлично понимал, как он рисковал, но не представлял насколько. На его счастье, ни Мор, ни Брань не имели магического дара распознавать выходцев из иных миров. А ведь прапорщик был самым натуральным гостем из иного, пусть и не лучшего, мира.

Зерна его дезинформации упали на благодатную почву. Устрой волшебники нормальный допрос, он засыпался бы, подобно двоечнику на экзамене.

Слишком уж устали оппоненты Дубовых. Раны Мора болели, а Брань не владела искусством выуживать правду. Воистину, четыре всадника представляли собой внушительную силу, но сейчас демонстрировали серьезные бреши в обороне.

Прапорщик ответил на пару несложных вопросов и, сославшись на то, что ему рано вставать, засобирался восвояси.

Мор махнул перед глазами Палваныча рукой:

– Ты забыл наш разговор.

– Я забыл…

– Не было разговора. И нас ты не знаешь.

– Не было… И вас не знаю…

– Ужасно неприятно, – сказал Мор, когда маги-убийцы покинули трактир. – Все планы долой! Заметила? Шлюпфриг собрал вещи. Этот малый, ну, осведомитель, производит впечатление полного кретина, вероятно, из бывших военных. Он бы не запомнил про «скарб», если Пауль и Николас не повторили бы эту информацию несколько раз. Вывод прозрачен: они умеют находить человека по личной вещи так же, как и мы, да Шлюпфриг оказался тоже не промах. Кстати, я отдал бы килограмм золота, чтобы узнать, зачем им нужен паренек…

– Мы не должны лезть в Драконью долину вдвоем, – обронила Брань.

Женщина всегда мыслит практичнее мужчины. Пока лидер абстрактно рассуждал, Брань прикинула реальные шансы. Получалось, надо догнать мишени до границы с долиной.

– Тогда выступаем немедленно, – вздохнув, подвел итог Мор.

Прапорщик очнулся через десять минут.