"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 730

Коля спохватился:

– Что же это я?! Садитесь, пожалуйста.

– Благодарю. Я вообще-то пришел пригласить вас к ужину.

– Спасибо… А как вас зовут?

Слуга шагнул к Лавочкину и тихим заговорщицким шепотом спросил:

– А вы никому не скажете?

– Нет, – так же еле слышно ответил парень.

– Вот и я не скажу.

Солдат несколько секунд таращился на непроницаемое лицо слуги, затем расхохотался:

– Хорошо поддели! И, зная любовь Рамштайнта к хорошей еде, предполагаю, что ужин будет пиром.

Так уж ведется, после боя выигравшая сторона пирует.

Объединенная армия баронов Лобенрогена и Косолаппена отмечала свое чудесное спасение. Бойцы предпочли забыть о позорном бегстве и вспоминали выступление Палваныча и Хельги. Впрочем, бегство было не столь уж позорным – организованное наступление двойников произвело на воинов-крестьян поистине устрашающее воздействие.

Даже бароны не стеснялись признаться: да, струсили.

Пирушка проходила в замке здоровяка Лобенрогена. Щуплый Косолаппен сидел по правую руку от хозяина поместья. Прапорщик Дубовых и графиня Страхолюдлих – слева.

Человек, известный под именем Повелителя Тьмы, вызывал у баронов и их приближенных подозрения. Они оценили мощь его колдовства. Могущественный незнакомый маг с угрожающей репутацией…

Женщина, сопровождавшая Повелителя, также внушала опаску. Бледная, с длинными смоляными волосами, изящная и подчеркнуто аристократичная… Несомненно, сильная колдунья. Надо же, графиня Хельга фон Страхолюдлих!

В ходе долгих размышлений напуганный и сбитый с толку Ференанд Косолаппен додумался до полной чепухи: Повелитель Тьмы и его спутница – посланники ада. Ференанд никогда не слыл сообразительным малым, но тут все указывало на причастность его сегодняшних спасителей к нечистой силе. Имя? Темный Повелитель. Репутация? Тот, кто совсем недавно чуть не поработил Вальденрайх. Спутница? Ничего конкретного, но возникают смутные ассоциации с восстанием Дункельонкеля и легендой о злом горбуне Страхенцверге.

Получается, добра не жди ни от одного, ни от второй. И не дай бог, узнают о том, что именно он, Ференанд фон Косолаппен, натравил на Повелителя Тьмы убийц – Четырех всадников. Теперь барону стало кристально ясно, почему всадники отказались от задания и вернули плату.

Чем дольше Ференанд сидел рядом с грозной парочкой, тем больше проливал холодного пота.

А застолье развивалось по давно известным законам: выпили, закусили, вновь выпили, опять закусили… Воины окончательно повеселели.

– Расскажите историю своего славного магического оружия, Пауль! – потребовали они.

Палваныч смутился. Он не был оратором. К тому же публика явно не ждала отчета о том, как на ижевском заводе собрали автомат, отправили его в ракетный полк, а там выдали Коле Лавочкину… Опять же, врать без особой выгоды прапорщик не любил.

– Поведай им какую-нибудь чудесную байку, – шепнула ему на ухо графиня. – Поверь, чем бессовестнее ты солжешь, тем громче будет слава твоего нынешнего подвига.

Откашлявшись, Палваныч встал и поправил висящий на плече автомат. Пирующие затихли.

– Ну, я понимаю, вы хотите знать, как вот эта штука и что, – неуклюже начал Дубовых.

Люди закивали.

– Да, у чудесного артефакта наверняка романтическая история, – с придыханием вымолвила супруга Лобенрогена, дурная на лицо женщина, да и в целом тоже.

– Тогда я доложу вам ее по форме древнего русского сказа о стрельце Калашникове.

Глотнув для храбрости эля, прапорщик наплел диковатую басню, которая в приблизительном переводе с немецкого звучала примерно так:

– И все?! – недоуменно спросил Лобенроген, когда стало ясно, что Палваныч не продолжит.

– Все.

– Знаете, Пауль… Вообще-то мне нравится, когда в сказке есть счастливое окончание. Но вот сейчас я очень рад, что ваш стрелец снова не стал купцом. Нынче это прискорбное обстоятельство необычайно нам помогло.

Из-за стола встал седоватый длинноволосый мужик:

– Ваши благородия, дозвольте вашему певцу прославить сегодняшний бой. Я не дерзну соревноваться с господином Паулем – Повелителем Тьмы. Но мы просто обязаны ответить на хорошую балладу!

– Пой, пой! – заголосили с мест.

Косолаппен дал согласие. Певец вышел на середину зала, достал из-за спины лютню. Узловатые пальцы пробежались по струнам.

– Спою вам, братья, о событиях давних… – продекламировал седоватый и тут же услышал недовольные вопли:

– Какие давние? Сегодняшние! Совсем допился, бард пивной!

– Да, о давних! – огрызнулся певец. – Ну, они сейчас недавние, но любая легенда начинается с того, что подчеркивается древность событий!

– А, так бы и сказал… – зароптали слушатели.

– Значит, я все же спою, братья, о событиях давних, хотя вы сами видели, как это случилось…

– Как это случилось? – еле слышно спросил Дункельонкель трясущегося человечка.

Человечек трясся от холода и страха. Он почти сутки безостановочно мчался в столицу Доцланда. Загнав две лошади, он добрался до ставки командования армией, а оттуда его переправили в Зингершухерштадт ковром-самолетом. Не успев опомниться, человечек предстал перед самим Вождем и Учителем.

Колени уперлись в ледяной каменный пол. Голова покорно склонилась.

– Командир-десятник Факельмакель[62], ваше величество! – заикаясь, отрекомендовался подданный.

– Ты издеваешься?! – все так же тихо поинтересовался Дункельонкель. – Факельмакель…

– Нет, ваше величество! – Человечек захлопал глазами. – Мой прадед опозорил деревенский светоч.

– Что такое деревенский светоч?

– Неугасимый очаг, который горел в нашей деревне со времен первых титанов. – В рабском голоске мужичка прорезались нотки гордости, но он тут же сник. – Пока мой прадед не проворонил огонь.