"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лоскутов Александр Александрович - Страница 825

А ведь если проанализировать, кто и когда был укушен, можно будет хотя бы приблизительно его вычислить. И обезопасить остальных. Но кто бы этим занимался…

Удалившись на порядочное расстояние от места моей несостоявшейся казни, я раскрыл карту и принялся прикидывать, куда же мне двигаться дальше. Эх, не спросил, куда ребята наведывались накануне, там наверняка не так опасно, как в других местах. Может, в тот самый дачный посёлок под загадочным номером девять? Нет, тогда они точно вернулись бы засветло.

Сейчас я территориально находился ближе всего к длинному поселению с лаконичным названием Лом — всего в один дневной переход. Да, тот самый, где по словам разведчиков царила полная задница. Но так как, даже на мой неискушённый взгляд, этим горе-воякам было далеко до Виктора с командой, к этому заявлению не стоило относиться всерьёз. Тем более, населённый пункт совсем уж крошечный в сравнении с тем же Илютино, дворов на пятьдесят всего. Вряд ли там монстры стадами бродят.

Гоняя туда-сюда по карте, я невольно обратил внимание, что цветная подложка немного изменила контуры. Красные пятна пустили протуберанцы глубоко в оранжевую зону, которая в свою очередь заметно наползла на зелёную. Что бы это всё значило?

Мучаемый догадками, я задвигал карту в сторону мест, где успел побывать. П-образный центр профессора Кирсанского находится посреди совсем небольшого зелёного анклава. Товарищеское общество «Садок» попало уже оранжевую область, как и ближайшие леса, включая лагерь беженцев. А вот их родная деревня краснела не хуже спелого помидора.

Ответ тут напрашивался всего один — это своеобразный уровень опасности. А так как всевозможные монстры, появившиеся с приходом магии, вряд ли сидят на попе ровно, картинка постоянно меняется. Возможно, я чего-то ещё не знаю, но пока теория выглядит очень правдоподобной.

Жаль, но ближайшая от нас серьёзная зелень находилась километрах в тридцати через поля и перелески. Всё остальное — какие-то небольшие пятна, приходящиеся на безлюдные земли. Кстати, в лагере частенько поднимался вопрос о том, а не рвануть ли по железной дороге, проходящей неподалёку в тот же Нижний Новгород? Но город представлял собой одну сплошную красную кляксу, да ещё и с темно-серыми отметинами. Не самая удачная идея. Хотя, с другой стороны — шансов выжить там теоретически больше. В распоряжении властей военные и полицейские части, запасы продовольствия и плотная городская застройка, оборонять которую в разы проще, чем рассыпанные по округе хутора и деревеньки.

Ладно, цивилизация с её благами далеко, а мне нужно выживать прямо здесь и сейчас. Я вернулся к собственной отметке и взглянул на ситуацию под другим углом.

Лом тоже находится в оранжевой зоне, но выбора особо и нет. Другие посёлки либо очень далеко, либо дела там обстоят значительно хуже. Если разведчики смогли унести оттуда ноги, то мне там вообще бояться нечего. Если что — вьетнамскими тапочками закидаю.

Решительно свернув карту, я поправил сползающие шорты и пошлёпал навстречу к приключениям. Идти было не очень удобно, но всяко лучше, чем босиком. Главное, успеть туда до вечера, чтобы разжиться вещами и подыскать себе безопасный ночлег. Как назло, в пути начал одолевать кашель, сильно сбивающий дыхание, но непродолжительные обнимашки с молодой сосной немного придержали симптомы. Всё-таки прошлую ночь пришлось коротать не в отапливаемой хате, а в сыром и холодном подвале.

Вот так, часовыми перебежками, сменяющимися непродолжительной подзарядкой у очередного дерева, я добрался до опушки леса. Дальше резко и без всяких прелюдий шла лесостепь, поросшая высокой травой. В некоторых местах она была покошена и ещё не успела отрасти. Неподалёку шла накатанная грунтовая дорога, уходящая в сторону домов, крыши которых проглядывали сквозь редкие деревья. Ближайшие строения располагались всего в десяти минутах ходьбы по открытой местности.

Высовываться я не стал, а предпочёл заложить небольшой крюк по куширям, выйдя к околице посёлка, так сказать, с торца.

Прямо за мусорными баками, укрытыми простеньким навесом, начиналась улица Ломовая, согласно табличке у дороги. Разбитый вдребезги асфальт кто-то бережно сцементировал бетоном, так что по ней можно было запросто ходить без риска переломать себе ноги.

Дома здесь стояли совершенно разные. Были и классические русские избы разной степени обветшалости, с коньками на крышах и выкрашенными в синий цвет оконными рамами, и вполне современные коттеджи из кирпича или бруса. Некоторые оказались обшиты сайдингом, а крыши — волнистым металлопрофилем. И все были практически целые — серьёзных разрушений, как в «Садке» я не заметил. Кое-где попадались покрытые пылью машины, в основном отечественного производства, и по ним тоже явно никто не топтался.

Из обитателей мне встретился лишь одинокий мертвяк, степенно прогуливающийся в одном из дворов, но к нему я лезть не стал, сосредоточившись на крайних участках. И уже через полчаса в моём активе числилась вполне добротная рабочая одежда с крепкой обувью и неплохая фомка, в качестве универсального ключа от всех дверей.

Очень часто я натыкался взглядом на пятна сажи, оставшиеся от погибших людей, но выяснить спустя столько времени, что с ними произошло, было под силу лишь гению криминалистики. Вряд ли они все разом умерли от простого испуга, увидев живых мертвецов, так что приходилось вести себя по возможности скромно и тихо.

К сожалению, пропылесосить каждое строение не получилось. Где-то всё оказалось запертым на тридцать замков, а в некоторых домах невозможно было дышать без маски — холодильники протекли и травили округу не хуже химического оружия. И всё равно я умудрился раздобыть немного сухарей и напиться из работающей колонки.

Вот только вдоволь насладиться трапезой тоже оказалось не судьба. Где-то дальше по дороге отчётливо грохнуло чем-то металлическим, как будто кувалдой по капоту автомобиля с размаху заехали. Я весь обратился в слух и различил гортанный трубный рёв, сменившийся новым хлопком.

Там определённо кто-то не поделил территорию. И встречаться с победителем мне совсем не хотелось.

Я с сожалением положил сухари в карман штанов-карго и хотел уже покинуть увитую плющом беседку, в которой собирался перекусить, как наткнулся взглядом на существо, устроившееся на соседнем заборе. И это была явно не бродячая кошка, а скорее всего — один из тех самых уродцев, кто прогнал илютинцев с родных земель.

Всё как описывал Плотников, только про хвост с кисточкой он не упоминал. Ростом монстрик похвастаться не мог — всего сантиметров шестьдесят в длину, но мышцы у него отчётливо бугрились под серой кожей. Когти мелкие, а вот зубы вполне отчётливо торчали из пасти. Пусть и не такие, как у вурдалака, но всё равно они внушали уважение.

Наклонив рогатую голову, существо задумчиво меня рассматривало, будто пытаясь определиться на мой счёт. Я не остался в долгу, и вскоре над острыми рожками проявилась пылающая надпись:

Малый бес.

Тип — отродье Хаоса.

Уровень — 1.

Ага, зверушка либо опасается нападать на равного по уровню, либо ждёт подкрепления. Что вероятнее. Глупо думать, что она побрезгует меня жрать из-за того, что мы относимся к одной фракции. Не похож я на невкусного демонолога.

Будто уловив мои мысли, бес взвился в воздух, намереваясь вцепиться мне в лицо. Но вместо мягкой человеческой плоти он напоролся лишь на холодную сталь монтировки, пробившую его поджарое тело насквозь. Сам виноват — зря понадеялся, что я буду стоять столбом и ушами хлопать. Кровь у него, кстати, оказалась вполне обыкновенная, красная, с пузырьками.

— Рост!

Выродок тонко и как-то по-обезьяньи заверещал, дёрнувшись в сторону, но на его шее уже сомкнулись смертельными объятьями побеги плюща. Пара секунд, и всё было кончено. С сочным хрустом рогатая башка свернулась набекрень и бес затих.

Вот только его предсмертный визг подхватило ещё с десяток-другой глоток, заоравших совсем близко. И как назло, большая их часть отозвалась со спины, с тех участков, что я уже успел прошерстить. Брали потихоньку меня в кольцо? Теперь уже неважно — оставалось лишь взять ноги в руки и дать дёру. Как раз в том направлении, откуда долетали отзвуки непонятного сражения. А больше и некуда.