Дракон всегда прав (СИ) - Файтцев Макар - Страница 4

Роза. Зубы свело от боли. Роза обязательно должна поплатиться за содеянное. Неважно, что сын не оборотень. Он человек, и у него есть гордость, а она вот так вот растоптала, насмеялась над его любовью. Роза… На скулах заходили желваки. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Дыхание застыло в груди. Сердце болезненно сдавило. Роза… Ради сына он будет валяться перед Розой в ногах, чтобы та уговорила Машу. А потом…

Мирза проглотил комок слёз. Не будет ничего потом. Если его мальчика помилуют, он увезёт его подальше отсюда, туда, на Восток. Найдётся другая девушка, которая составит счастье его сыну. Будут ещё у Мирзы внуки. А Розе воздастся судьбой по заслугам.

И он улыбнулся, стирая ладонью стекавшие по щекам слёзы, а потом сложил руки, как будто качал дитя. У него обязательно будут внуки. Радик, Радик, да как же ты мог? На кого? На добычу дракона!

Стремительными шагами мимо него пролетел Алекс. Видимо, сдерживал своего бескрылого всю ночь. Остановился около люкса. Успокоил дыхание, постучал в дверь. Виданное дело, чтобы дракон у человека разрешение спрашивал. Крепко подсел. Не отпустит теперь. Похитит.

И в затуманенном горем мозгу Мирзы вырисовывалась картина мести, как он свидетельствует против Алекса на суде. А суд будет. За похищение девушки обязательно будет. Не позволит внутренний упустить добычу. Сейчас не те времена, когда решения дракона не обсуждались, когда дракон был всегда прав. Сейчас всё по-другому. За похищение человечков строго наказывают. Сколько въехало в курортную зону, столько и должно выехать.

Вид разгневанного хозяина поверг Мирзу в шок. Маша сбежала. Все надежды рухнули. Скоро состоится суд. А потом сына кастрируют. И он никогда не подержит на руках своих внуков. У оборотней разговор короткий: изнасиловал – получай.

Мирза рванул в город, чтобы успеть на суд, чтобы умолять судью отложить исполнение приговора, в голове прокручивал залог. С Алексом переговорить не получилось. Эд отвёл пожилого мужчину в сторону: «Ты куда сейчас лезешь? Ты не видишь, что происходит? Не беси дракона, а то ещё клеймо на лоб набьют твоему!»

Вот эти ворота: высокая решётка с эмблемой правосудия – Великий Дракон и весы. Золотые набалдашники отбрасывали яркий свет, что глазам становилось больно. Мирза вцепился в колья решётки с такой силой, что оттащить его можно было только тягачом.

– Миленькие, пропустите, сын там! – но стоящие на страже доберманы даже ухом не повели.

Машины въезжали и выезжали, в какой из них сын? Разрывался телефон от вибрации. Дрожащими руками он вытащил его. Номер незнаком.

– Мирза? Секретарь судьи беспокоит. Ваш сын предварительным заседанием приговорён к работе на рудниках Великого Дракона.

– Я смогу с ним попрощаться? – срывающимся голосом спросил Мирза. Лучше кастрация, чем медленная смерть на рудниках.

– Процесс этапирования уже начался. Вы можете подать прошение. Предупреждаю сразу, что положительное решение может быть принято только с согласия заявителя.

– А кто заявитель? – Мирза ещё до конца не переварил информацию.

– Маша.

Маша. Если она улетит, то искать её надо будет в Хивернии. Адреса нет. Сколько времени уйдёт на поиски. Может, несколько лет. Останется ли его мальчик к тому времени живым?

Если её похитит Алекс, проще не станет.

Мирза вздохнул. Посмотрел на небо, куда взмыл судебный магнолёт, и направился в обратный путь. Надо искать Розу с Соней.

Следующие полночи ночи он стоял около ажурной стены и слушал стоны, охи и ахи. Ему хотелось заткнуть уши, но он боялся упустить важное. Всю ночь Эд и Максом развлекались с подружками в минитермах. От услышанного и подсмотренного Мирзу бросало то в жар, то в холод.

Девушки грудями навалились на подушки, широко расставив ноги, выпятив назад ягодицы, а сзади к ним пристроились молодые люди. Фу, какая мерзость, как псы шелудливые. А эти «скромницы» орут как коты в марте. Коктейлями что ли накачали их.

Неужели успокоились? Мирза заглянул через ажурную решётку. И тут же замер в изумлении. Теперь он понимал, почему банщик так упорно спрашивал, а уверен ли он, что хочет подежурить? У них, на Востоке, всё по скромному. Муж жену обнажённой не видит. Секс только ночью и только в приличной позе. Он вспомнил, как его молодая жена молилась богам, чтобы освободил тот её от сексуальной зависимости. Для похоти есть гаремные женщины.

Он так и не смог оторваться от решётки. Парни сидели, откинувшись в креслах. Ноги широко разведены. Руки гладят волосы девушек, стоящих перед парнями на коленях. Одной рукой девушки удерживают член, который вылизывают, словно это сливочное мороженое, а другой ласкают себя.

Звериный рык и свист касатки одновременно прорезали воздух.

Уставших девушек друзья уложили рядышком на полку. Что это? Они ногу одной привязывают за щиколотку к ноге другой. Ой, срамота-то, да как это можно? Вылизывать женщину. Хотя… Что взять с животных. Они и при знакомстве друг другу жопы обнюхивают. Вот в Машку и вцепились. Страх, да и только. Видимо, запах у неё особый.

Когда же молодые люди встали через одного: мальчик – девочка, мальчик – девочки и замкнули «цепь», Мирза понял, что больше не выдержит. Выскочил с обезумевшими глазами.

Банщик поджидал его у дверей и посмеивался:

– Смотри-ка, пока что ты первый, кто выдержал столько времени. Рано вышел, самое интересное будет впереди.

Мирза лишь махнул рукой и поплёлся прочь.

Теперь он неотступно следил за девушками. Так он оказался в аэропорту.

Ему повезло. И Маша нашлась. И место в самолёте досталось сразу за девушками. К полёту Мирза подготовился основательно. Принял капли, блокирующие действие вещества, которым стирали память.

Салон уснул быстро. Маша не шевелилась. Мирза закрыл глаза и отвернулся к окну, когда мимо проходили стюардессы. В душе он молил только одно, чтобы Маша забыла свой страх перед Радиком. Тогда можно будет её убедить, что они договорились так поиграть, а полиция и Алекс неправильно поняли, запутали её, и поэтому она дала такие показания против Радика. Ран и царапин же нет. А про врача она точно забудет. Такое точно из памяти стирается.

И всё-таки он недоумевал: «Как Алекс мог отпустить девушку?»

Самолёт приземлился. Подружки разделились. Это было Мирзе на руку. Пока проходил пограничный контроль, Маша ушла далеко. Мужчина бросился её догонять, как вдруг увидел безумную компанию в белых одеяниях. Они везли старушку в инвалидной коляске, а впереди козликом скакал странный парень в небрежно надетом костюме.

Дальше происходило как в плохом фильме. Коляска налетела на Машу и, не останавливаясь, повезла девушку в направлении туалета для инвалидов.

Мирза опустился на кресло в зале ожидания, напротив туалетных комнат. Ждать пришлось недолго. Отворилась дверь, вышел тот, в костюме, который так и не заправил рубашку в брюки. Вывезли кресло всё с той же старушкой. Время шло, а Маша не выходила.

Мирза осторожно подошёл к двери. Дернул за ручку. Дверь отворилась. Внутри была пустота. Ничего не напоминало, что здесь только что были люди.

Мужчина вернулся в зал ожидания. Метнулся в одну сторону, потом в другую. На выходе в восточную зону мелькнул знакомый костюм. Похитил всё-таки. Как умно похитил, не в Зоммере. Теперь с него взятки гладки.

Глаза защипало от сухости. Слёз не было. Безысходность. Остаётся одно – ехать к Алексу и молить его пощадить Радика.

Снова замелькали перед глазами знакомые лица. Блондинки. И сейчас Мирзе стало по-настоящему страшно. Он понял, что девушку похитил не Алекс. А раз не Алекс, то… Алекс обязательно узнает, что он, Мирза, летел в самолёте и преследовал девушку в аэропорту. Узнает, найдёт и не пощадит. Драконов лучше не бесить.

Мирза продолжал сидеть на кресле зала ожидания. Страх удавкой стягивал горло. Что-то заухало, захлопало.

Мужчина, забыв, что в Хивернии драконы не летают, рванул что было силы.

Сбивая на ходу, врезаясь в других пассажиров, он бежал к выходу. Ему казалось, что его пятки уже лижет горячий огонь драконьего пламени. По ступенькам скатился чуть ли не кубарем.