"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 513

Пока Захар успокаивал Степку, явно раздухаренный замаячившей наградой, я опустился на корточки и стал шерудить пепел. Блеснул довольно крупный камушек, но потом я заметил еще несколько, только не янтарных, а отливающих металлом с красными прожилками.

— Захар! Посмотри, что здесь?

— Охо-хо! Просто праздник какой-то! Хорошо, что мы сюда пошли! — таким довольным деда я еще не видел, может, он и сам силагона прибухнул. — Это красное железо, или хорасан, как его на чужбине называют. Очень дорогой. Но лучше подкопить и пусть кузнецы клинок тебе сделают. На деймосов действует, как серебро, а по прочности, как дамасская сталь.

Я собрал пять камушков в пепле, потом закопался в подтопленный снег и нашел еще три покрупнее. Ну, на перочинный ножик, должно хватить, а там посмотрим.

Заночевали мы в «буханке». Как не хотелось мне ехать дальше, но Степка и караван бросать отказывался, и нас отпускать не хотел. И Захар оторвался по полной — на месте срубил три тысячи за охрану, и скидку в полцены на ближайшие пять лет выбил.

На рассвете помогли Степке собрать все тела и загрузить в кузов одного из фургонов, перетаскали вещи из грузовика Митрича и по сути переукомплектовали весь караван. А там уже появился патруль.

Два суровых охотника с эмблемой Кузнецкой городской управы приехали на местном аналоге снегохода — этакие небольшие сани с гусеницами. Довольно сухо, будто каждый день у них такое, расспросили нас, предварительно считав специальным кристаллом наши жетоны.

Потом прогулялись до полянки с облезлыми деревьями, что-то там отметили и полезли в фургон, проверять покойников, на случай каких-либо остаточных явлений или хоть какого-то намека на ледяных ходаков. И, ничего не найдя, сказали, что больше нас не задерживают, а все данные будут переданы в Орден.

Потом младшего охотника оставили охранять караван, а старший вместе со Степкой умчал в сторону Перехляя. И мы, наконец, почесали дальше по маршруту.

Исаевский карьер впечатлял своим размахом. Холмы, ямы, старые выработки, ветхие лачуги, какие-то вышки, даже кусок железной дороги, уходящий в темный тоннель, куда-то под землю — все это началось километров за десять до так называемого шахтерского городка, где сейчас организовали новое поселение и откуда руководили работами.

Мы трижды тормозили на дороге встречные телеги и спрашивали, куда же нам ехать. И каждый раз смотрели, как мужики машут рукой куда-то в даль, и слышали в ответ: «да, туды, ехай еще и ехай, еще три версты».

Первый раз в этом мире я начал испытывать какую-то странную тоску и безнадегу. Серо-бело-грязные пейзажи из камня, снега и грязи, с такими же серыми, состарившимися деревянными постройками, все это создавало эффект легкого постапокалипсиса с заброшкой из Российской глубинки.

Но жизнь в какой-то мере присутствовала. Суетились какие-то серые, запыленные люди возле старых, давно заброшенных шахт. Катались мужики на телегах, в основном груженные обычными дровами. Лениво прогуливался патруль, но не орденских охотников, а каких-то местных уголовников.

Чуть получше стало, когда мы, наконец, увидели новый городок. Мы выехали на пригорок, перед нами открылся вид на свеженькие, еще светлые, домики. Опять же не Москва-Сити, но уже почти Дикий Запад на заре освоения. Даже вывеска: «Трактиръ» была, плюс небольшая церквушка, белое здание с красным крестом, еще какие-то постройки, может, офисные, а, может, и жилые. Светилась витрина целого одного магазина.

Но, главное — там были люди. Много людей, целая толпа высыпала перед трактиром, и выстроившись кольцом, явно была взбудоражена.

Чем ближе мы подъезжали, тем больше деталей прояснялось. Толпа то взрывалась криками, то замолкала, когда говорил кто-то в центре.

— Да, там, похоже, драка, — Захар зевнул, — поспать ведь не дадут с такими криками.

— А тебе не кажется, что вон та блондинка в круге, это Банши, — я чуть сбросил скорость на спуске, чтобы точка зрения все еще оставалась над толпой. — А вон тот крупный мужик в тельняшке, которого держат два бородача и который сейчас получил по лицу, это Стеча?

— Похоже на то. Кажись, номады, — Захар чуть ли не прилип к лобовому стеклу, а потом сжался, будто его ударили. — Уй-еее... Вот это замах у Рагнара…

Глава 6

Я притопил так, что Захара откинуло от лобового и впечатало в спинку сиденья. Чуть не наехали на какого-то зеваку, отбившегося от толпы, я начал сигналить, но плотной массе людей, обступивших стихийный ринг, было плевать. Даже головы никто не повернул. Так что вариант, раскидать номадов бампером, пришлось отложить.

— Матвей, ты, это, не торопись, — перекрикивая визг тормозов, дернул меня Захар. — Ты не весь кодекс Ордена знаешь. Зная Банши и ее отношения с номадами, наши могут и за дело получать.

— Да, какая разница? Наших же бьют, — я отмахнулся и выскочил из “буханки”.

Подбежал к толпе, плотно стоявшей в несколько рядов — работяги, солдаты, даже парочка приличных «джентльменов», шубы которых занимали сразу по два места. Толпа шумела. То свистела, то, наоборот, охала и подбадривала кого-то, слышалось чье-то бешеное рычание и звонкий мат от Банши. Это радовало, значит, еще на ногах.

Я почти на автомате призвал Муху и с удвоенной силой стал распихивать недовольных горожан. Я подпрыгнул, стараясь рассмотреть, что происходит, — Стеча сидел на снегу и как после нокаута мотал головой, рядом лежала пара незнакомых мне номадов. А дальше почти в центре, как блоха, скакала малявка Банши.

Вот кто у нас, оказывается, бешеная белка! На фоне здоровенного Рагнара и еще двух бородачей девчонка была почти Дюймовочкой, которую с трех сторон пытались достать медведи.

Показалось, что они ее боятся. Не решаются оказаться нос к носу, пытаясь нападать только со спины. Вертлявости Банши не хватило, бородатая косичка достал ее по ноге и уронил на землю, а Рагнар с напарником сразу же понеслись к ней.

Такое я уже совсем терпеть не мог. Заорал на поддатого мужика, зачем-то решившего меня обнять. Сделал шаг назад, хоть для какого-то разбега, и прихватив силы от Мухи, пулей выпрыгнул вперед, хватаясь и отталкиваясь за чье-то плечо в шубе.

Я пролетел не больше двух метров, а потом меня сплющило, будто двери в супермаркете забыли передо мной раскрыться. Да, еще и, похоже, током ударило — Муха натужно крякнул, а ватник начал дымиться.

Я даже не успел осознать, что за читерский побочный эффект — передача боли фобосу, как Муха сделал ручкой и растворился. И тут меня проняло, показалось, что дымиться уже не фуфайка, а все мое существо. Волосы встали дыбом, тело трясло, как припадочного и выкручивало руки. Когда боль прекратилась, я так и рухнул в снег, как скрюченный рогалик.

— Эй, шашлычок, ты кто такой? — прозвучал довольно наглый голос, и перед глазами появилось для блестящих сапога и низ меховой шубы.

— Это чоповец, он с ними, — судя по голосу, это уже Рагнар, я попробовал повернуть голову, но шею свело.

— Ну и зачем ты пытался влезть в поединок? — шуба опустилась на корточки, и на меня уставился довольно молодой парень.

Явно из благородных, голубые глаза, в которых блестела маленькая молния, ухмылка на лице и щегольские, а-ля гусарские, усики. Я не ответил, во рту пересохло так, будто мне голосовые связки током выжгло. Парень встал, опять продемонстрировав мне светло-серый пушистый мех, и крикнул куда-то в толпу:

— Заря, первое предупреждение за попытку срыва поединка. Штраф в тысяча рублей, — в толпе кто-то засвистел, но больше было разочарованных возгласов. — Поединок считаю законченным.