"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 521

— Нет, — я прикинул, как двигался горностаем, выбирая дорогу среди четырех ответвлений, и махнул рукой в самое крайнее. — Туда, разрывы там, вместе с геологом.

— Прекрасно, — Гидеон пошел по кровавому следу «тринадцатого». — Дайте мне минуту.

Гидеон достал из сумки плоский кожаный бурдюк, отвинтил крышку и стал основательно окроплять вход в отнорок, читая молитву про святую воду и ее борьбу со злом. Я уже начал различать некоторые слова, еще пару годиков со святошей потусуюсь, глядишь и сам что-нибудь прочитать смогу.

Один из «гвардейцев» подошел к Гидеону, дождался разрешающего кивка и установил посередине прохода маленький медный тигель, запалив в нем смолу. Полынью потянуло еще сильнее, чем от походного кадила, которым до сих пор размахивал Пахом.

Дальше пошли аккуратней, но, когда уже услышали кротов, а в зоне видимости ауры появились разрывы, операция повторилась. Полетели «флешки», и сразу же началась пальба.

Я проскочил за спинами “гвардейцев” и метнулся к нише, в которой должен был сидеть камень. На человека магия не действовала, а, может, я просто знал, куда смотреть и что искать.

Перекошенный геолог с потным бледным лицом лежал у стенки, свернувшись калачиком. Одной рукой обхватив себя за ноги, а второй зажимая рот. Тело дергалось в беззвучном кашле.

— Казимир, не помню, как по батюшке, все в порядке, — я заслонил нишу, вскинул ружье, выстрелив в костяную морду дэтлока, летящего в нашу сторону. — Мы за вами!

Хотел бы я понаблюдать за этим боем со стороны. Как киношечку или футбольный матч: «Гвардецы» против деймосов, с последующим разбором действий обеих сторон. Но сам сцепился с дэтлоком, лишь краем глаза отмечая слаженную работу Пахомовцев.

Пока я танцевал вокруг фобоса, лавируя между кротами и расстреливая их в уязвимые места, деды уже закрыли один разрыв и свалили четырех кротов. Гидеон был рядом, прикрывал меня и геолога. В одной руке револьвер, во второй странного вида пульверизатор, которым он брызгал святой водой. Причем заряженной, так как она действовала не хуже кислоты — места, куда она попадала, пузырились и выжигали целые куски демонической плоти.

Первого детлока мы завалили вдвоем. Вторым патроном у меня был «светлячок», который уже проверенным методом, я отправил в ногу твари. Подскочил к ней, увернулся от костяной лапы и прикладом доломал, простреленное колено. Передал инициативу Гидеону, который разбил склянку со святой водой о бугристый костяной затылок.

Второй дэтлок рывком, неожиданно сменив траекторию и отпрыгнув от стены, достал одного из “гвардейцев”, сцепился с ним, и помочь мы уже не смогли. Моментально зубы фобоса распороли неприкрытую шею, а костяные лапы пробили под доспех, пропоров артерию на ноге.

Дэтлок моментально окрасился в красный цвет, купаясь в кровавых фонтанчиках. И также моментально был поднят на штыки и пригвожден к стене. Где его и разобрали на части топором, приделанным к прикладу «мосинки».

Мы потеряли еще одного Пахомовца в момент, когда обезумевшие кроты пошли на последний прорыв. Дед Иван увлекся, сунулся подпалить следующий разрыв и не заметил, что за зеркальной гладью прячется еще один крот. Как только взметнулось и опало пламя, деймос бросился через огонь и достал «гвардейца» когтями.

Пахом только бледнел, рычал и матерился, теряя своих бойцов. Но сломя голову не бросался, корректировал команды и все также четко — отстрелялся, пустил вперед напарника, а сам ушел на перезарядку. Отстрелялся следующий, прикрыл его или нас с Гидеоном.

Мы тоже не сачковали, делая все, чтобы до гвардейцев не добежал ни один деймос. Не знаю, почему на них неслось больше тварей — может, расплавленный в святой воде дэтлок лежал на пути, может, молитвы Гидеона били им по ушам. Но в итоге мы оказались в более выгодной позиции, расстреливая пробегающих мимо кротов, подставлявших нам левый бок и спину.

Последний разрыв я поджег сам. Поймал силовой приход и пока стоял, мысленно распределяя его между собой и комнатками в душелове, туман в пещере рассеялся. Я увидел дыру в потолке, которая вела к захоронению. И теперь в теле человека потолок не казался таким уж высоким. Если подсадят, да будет за что ухватиться, то и дотянусь.

— Малой, это оно? — ко мне подошел взмокший Пахом, и я кивнул. — Давай закинем тебя, а ты веревку скинешь.

— Эй, вы что там удумали? — крикнул Гидеон, пытавшийся привести в чувства геолога.

— Мы одним глазком, — отмахнулся Пахом, а я спокойно выдержал тяжелый взгляд Гидеона, дав ему понять, что мне туда надо и спорить бесполезно.

Я закинул на плечо моток веревки, выданный Пахомом. Взобрался на плечи самого крепкого деда, которому помогли встать и держать. Переступил на поднятые руки и дотянулся до края дыры. Ухватился, подтянулся и, получив дополнительный толчок снизу, влез в проем, сразу же раскорячившись между стенками. Ухватиться было не за что, но таким макаром я еще в детстве по коридору ползал, чтобы до потолка достать.

Пять минут, дрожь в мышцах, и я был уже почти наверху. Прислушался. Высунулся, высвободил руку и закинул «флешку» в сторону статуи. Снова прислушался, пытаясь понять, есть что-то, кроме шипения факела. И уже только тогда высунул голову, сразу же убрав ее обратно. Никого, кроме жутких теней от столбов и сломанной статуи.

Никого.

Вроде бы был здесь меньше часа назад, но как же все-таки картинка и ее масштабы зависят от ракурса. Столбы теперь казались еще толще, ступени ниже, а памятник так вообще был слеплен с какого-то культуриста.

Я обвязал столб, подергал пару раз для надежности и бросил конец веревки в дыру. Дождался Пахома и помог ему выбраться.

— Я в отнорок, не теряйте, — я показал рукой в нужную мне сторону, но дед на меня не смотрел, крестился, что-то бормоча, как тот бык, уставившись на ворота.

Дождавшись все же хоть какой-то реакции, похожей на утвердительный кивок, я поспешил в замурованную пещеру. Резко затормозил, вспомнив про ловушки. Включил фонарь на максимальную мощность и стал высвечивать все подозрительное. Как минимум три штуки прошлые гости уже активировали. Вопрос — есть ли еще, или обвал был неким финальным актом?

Главное — не торопиться. Я дошел до первого трупа и позаимствовал у него тубус, подсушенный, скрипящий, но вполне увесистый. Стал простукивать им пол и стены перед собой. Через пару шагов услышал, какой-то скрип в камне и бросился назад. Что-то натужно прожужжало, опять заскрипело и из правой стены высунулось несколько стальных штырей, похожих на арбалетные болты. Только один выскочил полностью, но не пальнул в стену напротив, а рухнул вниз по короткой дуге.

Больше сюрпризов не было. Только в самом лазе я увидел замурованного в обломках человека, которого не заметил, будучи Белкой.

Еще оказалось, что, будучи в теле фобоса, мимо меня прошли все запахи и гнетущая атмосфера, которая создавалась в момент заточения людей и накапливалась здесь годами. Запах смерти — городская канализация могла молча курить в сторонке, по сравнению с той гнилью и затхлостью, которой меня встретила пещера. Ауру я даже проверять не стал, только попробовал запустить и сразу же оказался в душащем кровавом тумане, давящим со всех сторон.

Захотелось выключить фонарик, или, по крайней мере, не светить им по сторонам. От местной кухни бросило в дрожь, от груды костей с грибами-светляками по спине пробежала волна жара, а рубашка намокла. Грибам я тоже не понравился, как только на них попадал направленный луч фонаря, они начинали вянуть, испуская серый дымок, от которого вонь становилась еще сильнее.

Скорее, только забрать клевец и бегом обратно. И плевать уже на остальную снарягу.

Наконец, фонарь высветил одноногое тело, блеснул клевец. Сейчас он выглядел меньше. В длину примерно, как обычный ухватистый молоток или типовой топор. Я протянул руку, мысленно, пообещав неизвестному людоеду, что теперь оружие будет служить во благо, и взялся за рукоять.