"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 699

— Это они, это они, — сквозь слезы закричал пацан. — Дяденька, это они. Не уезжайте. Иначе я сам.

Уговаривать меня не пришлось. Может, Матвейка успел далеко отбежать, и его защита от фобоса развеялась. А, может, просто страх за пацана и за тех, кто у меня в моторке. Но получилось то, что получилось…

— Вы что здесь третесь?!! Бегом отсюда…

Я закричал, выскакивая с обрезом наперевес из моторки. Дважды выстрелил в воздух, нагоняя паники и давая последний шанс свалить тем, кого фобос пропитал еще не окончательно. Закинул разряженный обрез на сиденье и крикнул Искре, чтобы закрылась. А потом достал «гусиную лапку» и пошел догонять Матвейку.

На площади осталось восемь человек. На вид совершенно неадекватных — налитые кровью глаза, пена на губах и перекошенные в гневе рожи. В руках топоры и ножи, парочка с дубинами, на скорую руку превращенным в булавы. Матвейка успел добежать до первого, бросился на него с кулаками, но его просто, как котенка, подняли за шкирку и собирались тряхнуть о ближайшую стену.

Мы с «лапкой» с этим не согласились. Я подскочил и воткнулся между ними, по ходу «лапкой» ломая мужику локоть. Оттолкнул его и догнал ударом в голову. Прикрыл пацана от нового противника и отбил, летящий в меня топор. Увернулся, отмахнулся и сморщился от хруста ключицы и раненого вопля. Оттолкнул Матвейку в сторону моторки и уже сам пошел в атаку, раскручивая «лапку».

Муху звать не пришлось, хватало собственной дури и злости. Ударил первого «клювом», развернулся и острым концом проткнул второго. Отбил удар третьего, придавив его руки с дубиной к земле и сломав ему челюсть, на обратном ходе «лапки». Увернулся от несущегося на меня четвертого, проводив его ударов в затылок.

Еще двое развернулись, будто их позвал кто-то, и побежали внутрь колокольни.

Я за ними — первого догнал уже на первом этаже. Протащил по лестнице, пересчитывая зубы и ступеньки. Второго уже только на самой крыше.

Парень выглядел странно. Плечи вздернуты, в руках ножи, но смотрят в пол. Раньше, наверное, парень был местным красавчиком, этакий брат Аленки для рекламы шоколадки. Большие глаза, длинные ресницы, светлые кудри — это и сейчас все осталось, вот только выглядело слишком кукольно. Будто где-то наверху над колоколами сидит кукловод и тянет за ниточки.

Черная тень взметнулась под потолком. Раздался неприятный хохот и дребезжа отразился внутри колоколов. А «кукла» пошла на меня — неуклюже, но бодро и уверенно. Синхронно вскинула руки с ножами, расставив их широко в стороны, и даже попыталась ударить, но чересчур уж механически. Я легко отбил удар и отбросил «тело» в сторону. Он ударился головой о колокол, вызвав оглушительный «боммм», откатился и начал вставать опять.

Сначала плечи, потом локти, потом задница поднялась, подтягивая ноги — реально будто его за ниточки сверху поднимают. Парень встал и совершенно пустым взглядом уставился на меня.

Сверху опять метнулась черная тень — дымный сгусток рухнул с потолка на плечи «куклы». Окутал голову и быстро втянулся внутрь. Будто пылесосом всосало через ноздри, глаза и уши.

«Кукла» встряхнулась, тело расслабилось и стало подвижней. Парень хрустнул шеей, выправляя позвонки, и подкинул в руке нож. Направил его сначала на меня, а потом театральным жестом сделал вид, что перерезает себе горло.

— Сюда иди, я намеков не понимаю, — я сделал шаг в сторону, чтобы было место для маневра.

И в этот момент, вселившийся в парня, фобос прыгнул. Но не на меня, а в сторону открытого балкона. Рванул к перилам и уже подпрыгнул, занеся ноги, чтобы сигануть вниз, как я зацепил его «лапкой».

— Ну уж нет, говорю же, сюда иди! — я дернул на себя и ударил, корректируя полет, так, чтобы парень влетел в колокол.

«Бомммм…» — раздался еще более громкий звон, даже уши заложило. Но черная дымка вокруг головы парня отделилась на пару миллиметров и вздрогнула. Я подхватил тело и еще раз впечатал головой в колокол, и еще раз. Сам уже ничего не слышал, но как только фобос срезонировал со звоном настолько, чтобы стать осязаемым, тут же чиркнул огневиком. И начал поглощать силу от изгнания.

Глава 13

Переславль Зальской, оттуда в Алесандров, потом в Юрьев Польской и оттуда уже практически до Владимира. Дорога спокойная — либо все плохое осталось за Волгой, либо Владимирская губерния иначе справлялась с тем, что происходит в стране. Никаких блокпостов и заслонов — хорошие широкие дороги, где спокойно могло разъехаться две больших моторки.

На дорогах много людей — мастеровые, купцы, военные. Но все без суеты и агрессии, никто никуда не бежит, ни за кем не гонится — у всех дела и планы. Мы расслабились, даже на обед остановились на небольшом постоялом дворе, где на нас вообще никто не обратил внимания.

Если бы не отвратное настроение после Калязина и ручьев слез, выплаканных Искрой, когда мы сдавали детей родственникам, я бы сказал, что это лучшая поездка, которая у меня здесь была. Детей мы пристроили всех, а не только тех, у кого была родня. Но я все равно потом еще всем приличный запас серебра оставил и на виду у всех обнял Матвейку и пообещал вернуться, если их, кто обидит. Намекал на деймосов с фобосами, но косился на деревенских.

Но, думаю, там и без этого все будет хорошо. Ауры у всех светлые, хоть сами люди уставшие.

По дороге пытались узнавать новости. Интересно было, что происходит в Москве и что ждет нас дальше. Но и первое и второе так и осталось загадкой. Столица местных не интересовала вовсе, а по ситуации в губернии народ отшучивался, мол, у нас тут своя атмосфера.

Из того, что все-таки удалось вычленить — старая власть (посадники императора) здесь куда-то слиняли, а вместо нее у руля теперь некий торговый союз. Который собрали из местных купцов — из самых прошаренных и прожженных, со своими полумафиозными кланами и отрядами. Местный народ новую власть принял и начал строить то ли коммунизм (когда всем по заслугам), то ли рыночную экономику (когда тот, кто хочет есть хорошо, хорошо и работает).

С залетным и частным криминалом разобрались быстро, сил хватило. А для контроля нечисти наняли пару десятков Орденских (временно оставшихся без работы).

В итоге получилось что-то типа организованной анархии — то есть законов как бы нет, но нет и нарушителей. А есть осознанные граждане, стремящиеся зарабатывать своим трудом. Ларсу все это очень понравилось, а мне казалось, что вампиры и призрачные духи выглядят более реальными, чем такое общество.

Но пока это работало, и вся губерния напоминала этакий свободный город, в котором уживались любые расы, верования и взгляды. В одной пробке можно было встретить и фургон Ордена, и моторки «Прайда» и беглых преступников, «присягнувших» идеалам торгового союза. И никто не хватался за стволы.

Что думал Львов про эту автономию, было пока непонятно. Отряды «Прайда» мелькали мелкими группами по каким-то своим делам, но агрессии не проявляли. Опять же у Ларса была версия, что Владимирских просто на потом оставили. Мол, пусть пока поиграются, лишь бы не лезли.

Как ни манил этот дух свободы, рисковать я не стал. Пусть «Прайд» и не рискнет на меня здесь напасть, но следы оставлять не хотелось. Мордой не светил, прячась за решеткой в тени кабины, а если надо было выйти спросить дорогу или купить еды, то отправлял Искру.

На ночевку остановились в маленькой деревне под названием Маслинка, где совсем по нерыночной цене сняли место в пустом старом амбаре. Загнали туда фургон и спокойно переночевали.

А утром подъехали к знаменитым (даже в «арбатском» мире) Золотым воротам и, отстояв очередь, заплатили пошлину за въезд (опять по завышенным ценам, раз мы коммерческий фургон).