!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 697

— Ваш приказ отменен, сержант, — сказал Гайвен. — Уходите в крепость. От капитана Рейли получите дальнейшие распоряжения. На словах от меня передайте, что я вернусь к утру, невредимый и целый. И отставить панику, пожалуйста, — молодой король устало вздохнул.

Сейчас еще больше, чем прежде, он сожалел об отсутствии кофе. Шэграл Крадхейк нередко начинал день с двух больших кружек этого напитка. Пил он его с добавлением взбитых сливок, сахара и виски, затем читал новости в сети с монитора своего компьютера, изучая сплетни, которыми бурлило северное королевство. Отправлялся затем фехтовать в тренировочный зал — ведь даже сидам требуется держать тело в форме. После обеда запирался с книгами в кабинете или в гидропонной оранжерее, где тот же самый кофе и выращивался.

Тысяча лет заточения. Тысяча лет медленного безумия, однообразного и бессмысленного. Книги остались единственным, что спасало. Старые сочинения, сохранившиеся от мира людей, лорд Метели прочитал все. Современная литература королевства Сумерек занимала его в меньшей степени — казалась оторванной от действительности, слишком постмодернистской. Стало легче, когда после долгих темных веков писатели вновь появились в Срединных Землях — особенно увеличилось их число в последнем столетии. В салонах крупнейших городов Старого Света забурлила светская жизнь, выпускались романов и пьесы, венки сонетов и философские эссе. Контрабанда человеческих книг была одним из занятий, которыми промышляли подручные Шэграла.

«Иначе бы я сошел с ума».

Не я, одернул себя Гайвен. Дед. Так сложно найти порой разницу, впрочем.

Дэлен, всегда наблюдательный, осторожно коснулся руки своего господина:

— Вам плохо, владыка. Помочь?

— Все в порядке, мой друг, — Ретвальд встряхнулся. Дэлен всегда был верен. Служил безупречно деду, теперь послужит ему. Лучше такие вассалы, чем Артур. Преданные, учтивые, исполняющие распоряжения без споров и ругани, никогда не допускающие грубости. Наследник Айтвернов порой себя вел так, что иной государь с более тяжелым нравом давно бы удалил его от двора. Дайнер же оставался верен этикету во всем. На мгновение Гайвену почему-то сделалось больно. — Едем дальше, — сказал он.

Районы, где проживали работники мастерских, оказались охвачены нездоровым оживлением. Многие жители спешно покидали свои дома, вынося в мешках имущество. Кто знает, где они собирались укрыться — быть может, у родственников в предместьях. Другие люди, решительного и мрачного вида, напротив двигались в направлении Железной площади. При виде вооруженных всадников они попытались скрыться в переулках. Гайвен мог бы приказать открыть по предполагаемым бунтовщикам стрельбу, но не стал этого делать.

Окрестности Кузнечного двора, служившего местом собрания соответствующей гильдии, оказались ярко озарены огнями. Горели факелы и наспех разведенные костры. Солдаты Бредфорта старались не высовываться на площадь, что казалось разумным, если у занявших здание напротив бунтовщиков найдутся стрелки. Своих арбалетчиков генерал разместил на крышах окрестных домов, алебардистов и пикинеров поставил в переулках. Людей у него нашлось действительно немного. Десять сотен — та часть столичного гарнизона, которую можно было выделить, оставив посты на внешних стенах и в королевской крепости. Даже если противник уступает выучкой, он легко может смять подобный отряд числом.

— Ваше величество, — появился, выйдя из дома напротив в сопровождении нескольких адъютантов, Стив Бредфорт. С легким удивлением Ретвальд заметил рядом с рыжебородым роскрейцем также Клауса Фаллена, капитана столичной гвардии Драконьих Владык. Своему монарху Фаллен поклонился сдержанно, но уважительно. — Ваше величество, вы быстро прибыли, — отметил генерал.

— Спешил, — бросил Гайвен отрывисто. — Доложите, с чего все началось.

— С Тилмана и Хамфри. Это капитаны Эрдеров и Коллинсов. Вчера держались тише воды ниже травы. Покивали, сказали, что воду баламутить не станут. А как пробило за полночь — собрали всех своих, вывели из казарм и начали кричать, что идут освобождать незаконно арестованных великих лордов. Толпа тут уже собиралась. Видно подстрекатели сновали по городу со вчерашнего дня, да я проворонил, — генерал с досадой махнул рукой.

— Не казните себя. У вас мало людей и практически нет осведомителей, — кто был, потерялся после гибели Рейсворта. Люди подобного рода не спешат явиться на службу, если дело запахло жареным.

— Казнить себя не буду, ваше величество, но дела плохие. Тут все, кто оставался у Эрдеров и Коллинсов в городе. Больше тысячи человек. Тресвальдов и Гальсов нету, но это еще ничего не значит. И куча возмущенного простонародья. Вот, посмотрите сами, сэр.

Гайвен посмотрел, подъехав к выезду на Железную площадь. Стражники поспешно расступились перед ним.

Впереди, собравшись под стенами зала собраний кузнечной гильдии, бурлило, переговариваясь, около трех тысяч человек. Видимо с момента, как в замок пришло донесение от генерала, число недовольных только прибавилось. Как никогда молодой Ретвальд был сейчас рад своему усовершенствованному зрению. Он хорошо мог разглядеть, что немалая часть присутствующих — простые горожане. В Иберлене третьему сословию дозволялось носить оружие и потому многие из недовольных мещан могли похвастаться боевыми топорами, длинными ножами и даже мечами. Доспехов, впрочем, не было почти ни на ком. Легкая добыча.

Вот солдаты из войск великих домов — это уже хуже. Их, как прикинул на взгляд Гайвен, насчитывалось не меньше половины от общего количества бунтовщиков. Хорошо вооруженные и одоспешенные пехотинцы построились длинными шеренгами по бокам от трехэтажного гильдейского здания. Массивное, с длинными узкими окнами, оно больше напоминало небольшую крепость. Над крыльцом и в самом деле висели флаги герцогов Эрдер и герцогов Колллинс, а в бойницах ярко горел свет. Главари и зачинщики, по всей видимости, засели внутри, выставив снаружи простых бойцов. Придется штурмовать, но не раньше, чем удастся рассеять толпу.

— Какие эти люди выдвинули требования?

— Освободить весь Коронный Совет, ваше величество, и… — тут новый лорд-констебль Иберлена запнулся, — и чтобы отродье демонов, как они выражаются, оставило Серебряный Престол. Я попробовал вступить в переговоры и предложил им сдаться, но Хамфри только посмеялся надо мной. Сказал, людей у него больше и лучше мне к нему присоединиться, если жить хочу. Потом все равно придут подкрепления с юга и вам не жить. Нечисть нечистью, говорит он, — тут Бредфорт покосился с опаской на Дэлена и прочих сидов, — но против всей страны вам не выстоять.

— Однако же, вы отказались, — отметил Гайвен. — Почему?

— Вы назначили меня констеблем, — выпалил роскреец едва ли не с обидой. — Вы считаете, я такая паскуда и бессовестная тварь, что не оценю подобной милости, сэр? Можете на меня рассчитывать, отныне и до Судного Дня, а что демонов с собой привели, так простите за прямоту, ваш прадедушка Бердарет тоже не простым человеком был, однако стране при нем жилось хорошо. Лорды нас на уделы растащат, а вы принесете порядок и мир. Я сперва не понимал, теперь убедился.

«Или же просто благодарен мне за высокое звание и боишься не сохранить его при другой власти», подумал Гайвен, но вслух не сказал. Похоже, хотя бы относительной преданности он сможет добиться, лишь играя на низменных амбициях своих подданных. Сын и наследник Брайана Ретвальда, все еще надеявшийся снискать любовь королевства, оказался бы опечален этим фактом, но Шэграл Крадхейк принимал его как должное. Человеческая натура оставалась неизменной в любую эпоху. Задобрить людей высокими постами или деньгами куда надежнее, нежели ждать от них иллюзорной верности.

— Дэлен, скажи своим спешиться, — распорядился Ретвальд предводителю сидов. Придется стрелять из плазменных разрядников, а непривычные к оружию такого рода кони непременно испугаются и понесут. Тем более, потом все равно врываться вовнутрь. — Генерал Бредфорт, я пойду вперед со своими гвардейцами. Мятежников мы разгоним. Не удивляйтесь нашему оружию и скажите солдатам, чтобы те не пугались. Это просто пистолеты, — Гайвен с усмешкой достал из кобуры бластер и показал лорду-констеблю, — только куда совершенней, нежели венетские. Стреляют лучами света. Не паникуйте.