"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 1027

— Я другого боюсь, — сказал я. — Я боюсь, что информация о Блубейке просочится к яхрам слишком рано. Яхры удивительно оперативно узнают обо всех наших действиях. Уверен, откуда-то идет утечка информации.

— Думаешь, завелся предатель? — заинтересовалась Даша. — Нет, это навряд ли. Предателя ты бы сразу почувствовал по ауре.

— Необязательно живой предатель, — уточнил я. — Возможно, информация утекает по техническому каналу. Или предатель живой, но не входит непосредственно в команду Габова, а работает где-то в администрации президента и ни разу не встречался лицом к лицу с людьми, умеющими читать ауру.

— Тогда давай сделаем так, — предложила Даша. — Габову скажем, что мы начали действовать автономно потому что подозреваем, что из его конторы идет утечка информации. А может, просто взять в нашу команду Габова с Кожуховым? Пусть автономно работают все остальные.

— Против Кожухова не возражаю, — сказал я, — а Габова лучше не брать, а то он сразу командовать начнет… Я бы еще Сабалина взял.

— Хорошо, — сказала Даша, — пусть будет Сабалин. Звони им, а я распоряжусь насчет приготовлений к поездке.

Даша ушла распоряжаться насчет поездки, а я вышел на балкон собраться с мыслями. Пока мы разговаривали с Дашей, на задворках подсознания все время крутилась какая-то неоформленная мысль, я чувствовал, что это важная мысль, но никак не мог понять, о чем она. Подобное чувство испытываешь, когда выходишь из дому, твердо зная, что что-то забыл, но никак не можешь вспомнить, что именно.

Надо признать, моя психика изрядно расшаталась, что неудивительно — слишком много маразма происходило вокруг меня в последние месяцы и особенно в последние дни. Все чаще возникает ощущение, будто я живу во сне. Только во сне люди ведут себя как сумасшедшие и это воспринимается абсолютно нормально, как будто только так и надо жить. Все вокруг суетятся, мельтешат, пытаются что-то сделать, ничего ни у кого не получается, но они все равно продолжают суетиться и мельтешить. Наверное, бегущие в океан лемминги чувствуют примерно то же самое. Надо что-то делать, думают лемминги, надо бежать, все остальные ведь бегут… А самое противное то, что массовая истерия захватывает настолько, что освободиться от нее решительно невозможно.

Если рассудить здраво, Вудсток был прав. Нам с Дашей действительно лучше всего убраться куда-нибудь подальше, сидеть в сторонке и спокойно наблюдать, чем закончатся разборки в треугольнике Земля — Нисле — Блубейк. Ясно ведь, что один в поле не воин, даже если в мозгах у него сидит полуавтономный агент Вудстока. Но каким бы крутым ты ни был, спасать мир в одиночку — занятие столь же бессмысленное, как бабочке гасить огонь своими крылышками.

Но так думает мозг, а сердцу так думать не прикажешь. Человек — животное стайное, человеку свойственны все соответствующие инстинкты, на какое-то время их можно подавить, но потом придется долго и мучительно бороться с непонятной сущностью, которую люди называют «совесть».

Человек устроен так, что когда он усматривает в происходящем вокруг признаки чрезвычайной ситуации, он перестает думать о себе и начинает думать о своей стае, неважно, как она называется — семья, Родина или человечество. Мы начинаем суетиться, бросаться то туда, то сюда и изо всех сил стараемся не замечать, насколько бесполезны реально наши действия.

Рассмотрим lля примера спокойно и непредвзято мои действия за последние дни, начиная с появления в кабинете королевы Буджим нежданного гостя с Земли.

Первая реакция выразилась исключительно нецензурными словами. А когда волна эмоций отступила, всплыл первый вопрос, причем этим вопросом было не «что делать?», а «кто виноват?» Понятно, что виноваты все и одновременно никто, но подсознанию очень важно найти крайнего. А кто лучше подходит на роль крайнего, чем Габов? Раз он начальник над всеми, значит, отвечает за все. А раз произошло такое безобразие, то выходит, что он не справился со своими обязанности, а значит, он редиска и ему нельзя доверять. А если начальнику нельзя доверять, значит, пришло время начинать думать самостоятельно. Вообще-то думать самостоятельно полезно всегда, но теперь это не просто желательно, но необходимо.

Думали-думали и придумали. Думали о том, куда деваться от надвигающейся волны туристов с Земли, а придумали асимметричный ход, с помощью которого, возможно, удастся решить Самую Главную Проблему. Тут же сделали этот ход, не дав себе труда лишний раз обдумать его последствия и взвесить все достоинства и недостатки. Вслух мы решили, что советоваться с Габовым и Кожуховым не стоит потому, что они все равно не смогут посоветовать ничего дельного, но на самом деле причина была совсем другая. Не знаю, как Даша, а я в первую очередь боялся, что Габов внимательно выслушает меня и тут же приведет какой-нибудь неожиданный довод, неопровержимо доказывающий, что наш с Дашей план нельзя реализовывать ни в коем случае. Но мне так хотелось сделать что-нибудь великое своими руками! Идиотизм, конечно, но стайные инстинкты иногда преломляются в сознании самым неожиданным образом.

А может, это не инстинкты? Может, это подступает шизофрения, о которой говорил Вудсток? Может, мой мозг настолько переполнился неусвоенной информацией, что уже не способен нормально функционировать? Может, мне пора лечиться?

Уж очень бредово выглядят наши с Дашей последние действия. Поговорили с Блубейком, решили, что сделали достаточно, начали обсуждать, куда лучше отправиться отдохнуть, пока на Земле будет происходить финальная фаза разборок, и тут сработал инстинкт. Нельзя стоять в стороне, пока стая в опасности.

«Но мы ничего не сможем сделать!» говорит разум.

«А мне наплевать», отвечает инстинкт.

И на сцену выходит то, что дедушка Фрейд называл умным словом «сублимация». Даша внезапно вспомнила о родной маме, о которой давно забыла, а я ни с того ни с сего бросился грудью на амбразуру, решив поучаствовать в эвакуации женщины, которую ни разу не видел и встречи с которой, честно говоря, побаиваюсь. А потом спонтанно задуманная операция обломилась самым идиотским образом и что сказала Даша?

— Давай отправимся в путешествие, — сказала она. — А маму мы спасем как-нибудь потом.

Здрасте, приехали! А к чему тогда были все эти причитания на тему «моя бедная мама»? Правильно говорил Цой: «мама, я знаю, мы все сошли с ума». Но эти слова хорошо воспринимаются только тогда, когда ты уверен, что ты-то уж с ума не сойдешь ни при каких обстоятельствах. А вот когда ты балансируешь на грани безумия, они воспринимаются совсем не так хорошо. Жутковато они воспринимаются.

Но вернемся, однако, к нашим баранам. Что я хотел сейчас сделать? Ах да, поговорить с Кожуховым, не собирается ли он покинуть Габова и примкнуть к нашей странной компании спасителей человечества. Сдается мне, я и вправду с ума схожу. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что он мне ответит на это предложение.

Кстати! Каким терминалом пользовался Кожухов, когда перемещался с Сорэ на Румылв? Насколько я помню, на всей Сорэ нет ни одного терминала, на эту планету можно прийти и вернуться обратно, но ее решительно невозможно использовать в качестве промежуточного узла путешествия. Тогда как вся габовская команда переправилась на Румылв? Может, кухонные шкафы Сорэ все-таки умеют собирать терминалы Сети?..

Нет, с Кожуховым я разговаривать не буду. И ни с кем я не буду сейчас разговаривать и вообще ничего делать я не буду. В таком состоянии, как у меня сейчас, лучше не делать ничего, потому что, что ни начинай, ничего хорошего из этого не получится. И свадебное путешествие по провинциям белого королевства тоже ничего не изменит. Нам надо смотаться на какую-нибудь благоустроенную планету, где можно собраться с мыслями и хоть чуть-чуть уменьшить накал страстей в собственной душе. Что мне сейчас будет по-настоящему полезно, так это встретить какого-нибудь джедая Йоду, который научит меня обуздывать темную сторону Силы и всегда сохранять душевное спокойствие, что бы ни происходило.