"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 1059

Внешне нанозавод представлял собой нечто большое, бледно-розовое и аморфное — то ли студень, то ли большой кусок мяса. Оно плавало в воде грязно-зеленого цвета, от бассейна ощутимо пованивало серой. Только черти здесь ни причем, просто нанозавод предпочитает потреблять железо в виде купороса, при разложении которого сера и выделяется.

— Что будем делать? — спросил Габов, обращаясь к маленькому чернявому мужичку, в теле которого сейчас обитал самый главный специалист по нанотехнологии на Земле. — Когда ошибку исправите?

Мужичок скорчил расстроенную гримасу и развел руками.

— А зачем ее исправлять? — ответил он вопросом на вопрос. — Ошибка явно в управляющей программе, сама зверюга работает нормально. Я думаю, можно запускать копирование.

— Уверен?

— Уверен. Программа копирования досталась нам от яхров, в ней ошибок быть не должно. В худшем случае мы теряем три дня, но это маловероятно. А если мы начнем возиться с этими часиками, два-три дня потеряем уже наверняка.

— Хорошо, — сказал Габов. — Запускайте копирование.

Он отозвал меня в сторону от бассейна и спросил:

— Как у тебя дела? Когда программа будет готова?

— Где-то через неделю, вряд ли раньше, — ответил я. — Надо ее оттестировать как следует.

— А успеешь? — спросил Габов с сомнением.

— Успею, — ответил я. — Я выбрал самую простую модель компьютера, в ней вычислительный модуль построен как сеть одинаковых узлов, так что в программе надо отладить только один узел, а дальше все строится по аналогии. Собственно, в вычислительном узле я уже все отладил. Терминал для сетевого модуля возьмем стандартный, на основе йогурта, интерфейс с пользователем придется использовать тот, который разработали яхры. Главная проблема — интерфейс между вычислительным модулем и сетевым. Надеюсь, за неделю управлюсь. Нам от этого компьютера много не нужно, надо только, чтобы он смог подключиться к Сети и скачать оттуда аналогичную программу, только нормальную.

— А не стремно? — спросил Габов. — Вдруг там троян окажется?

— Да хоть сто троянов. Единственная задача этого компьютера — изолировать Землю от Сети. Даже если в нем будет троян, никто им воспользоваться не сможет. По любому, у нас нет другого выхода. Если начнем делать все идеально, провозимся до зимы.

— А так сколько провозимся?

— Ну… Неделя на программу, дня три компьютер будет изготавливаться, неделя на сборку и тестирование…

— Погоди, — перебил меня Габов. — Какая еще сборка?

— Компьютер будет собран из двух частей, — пояснил я. — Вычислительный модуль отдельно, сетевой — отдельно. Это технологически удобнее и еще пригодится, если вдруг его придется куда-то перевозить. Да, кстати, я загнал в программу конфигурацию с одним терминалом. Если нужно больше, придется кому-нибудь заказать схему разводки, она очень простая, ее можно на обычном заводе сделать, нечего эту каракатицу напрягать, — я указал пальцем в сторону бассейна.

— Хорошо, — сказал Габов. — Действуй. Помощь нужна?

Я пожал плечами.

— Да какая тут может быть помощь? Разве что с редкими металлами. Для вычислительного блока много платины нужно.

Дальше все произошло очень быстро, гораздо быстрее, чем это можно описать словами. В поле зрения промелькнуло что-то серое и стремительное (ворона? глюк?), Габов сбил меня с ног, обрушился на меня, придавил своим весом и поволок по каменистой земле. А потом я потерял сознание.

Вокруг было черным-черно, тело не ощущалось.

— Вудсток! — крикнул я и не услышал своего голоса.

Испугавшись, я открыл глаза и понял, что раз у меня есть глаза, значит, я нахожусь не на Вудстоке, а… где? Где я был в последний раз? Кажется, на Земле. Наверняка на Земле, небо перед глазами вполне земное. Но где же тогда мое тело?

Я попытался повернуть голову и снова потерял сознание. На этот раз от боли.

Вокруг было черным-черно, но тело ощущалось, я ясно чувствовал, как его трясет нервная дрожь. Ноги почему-то не тряслись, их вообще как бы не было.

— Он приходит в себя, — сообщил незнакомый женский голос.

Я открыл глаза и увидел незнакомую женщину в зеленой пижаме. Если верить сериалу «Скорая помощь», американские врачи носят такие пижамы вместо традиционных белых халатов. Надо полагать, французские врачи тоже переняли заокеанскую моду.

— Андрей! — крикнула женщина. — Уходи из этого тела немедленно. Тебе осталось несколько минут, потом оно умрет. Мы тебе ввели смертельную дозу адреналина.

— Зачем? — проговорил я непослушными губами.

— Затем, что ты нам нужен не в коме, а бодрый и здоровый, — ответила женщина. — Ты очень нам нужен. Габов погиб.

Мне показалось, что я ослышался.

— Что? — переспросил я.

— Габов погиб, — повторила женщина. — Уходи быстрее.

Я попытался глубоко вдохнуть, ребра отозвались острой болью. Блин! Если я сейчас потеряю сознание, это будет последнее, что я сделаю в этой жизни. Женщина права, уходить надо немедленно.

Я отдал Сети соответствующий приказ и сразу почувствовал себя лучше.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

В Страсбурге произошло вот что. Истребитель «Мираж» взлетел с авиабазы по соседству, пролетел над Страсбургом и сбросил точно в центр бассейна небольшую фугасную бомбу с лазерным наведением. Бомба, к счастью, была чисто фугасная, без осколочного наполнения, иначе всех, кто собрался вокруг бассейна, положило бы на месте. А так два человека осталось в живых — я и один из молодых нанотехнологов. Точнее, остались в живых не люди, а личности — тела погибли после инъекции адреналина. Габова убило наповал, собственно, его тело меня и спасло, приняв на себя ударную волну.

Все это рассказал Кожухов, связавшийся со мной по Сети через минуту после того, как я снова оказался в теле юного московского оболтуса.

Тело била нервная дрожь. До меня только сейчас дошло, что я чудом избежал гибели. Самое противное, что Вудсток не соврал — он действительно перестал обо мне заботиться. На этот раз я избежал смерти благодаря не Вудстоку, а исключительно богу, если он, конечно, существует на самом деле.

— И что теперь? — спросил я. — Кто будет вместо Габова?

— Точно не знаю, — ответил Кожухов. — Либо директор ФСБ лично, либо кто-то из его заместителей или советников. Но если бы у нас были выборы, я бы проголосовал за Сару Остермайер.

— А это еще кто такая?

— Бабулька одна из «Моссада». Очень толковая женщина и с характером. Ребята ее очень уважают.

— Так в чем проблема? Скажи ей, чтобы приступала к работе, и все.

— Она уже приступила к работе. Только, боюсь, ненадолго, — Андрей вздохнул.

— Почему это ненадолго? — возмутился я. — Кто ее сместит? Директор? Или президент?

— Одно из двух. Ни директор, ни президент не потерпят, чтобы целое управление ФСБ возглавляла старая еврейка.

— Они что, антисемиты?

— Типун тебе на язык! — воскликнул Кожухов. — Но все равно, полковник «Моссада» во главе управления ФСБ…

— С каких это пор комитет защиты порядка на Земле стал управлением ФСБ? — резко спросил я. — Не знаю, кто это придумал, но это решение редкостно глупое. У нас под крылом сотня ЦРУшников и моссадовцев…

— ЦРУшников уже нет, — уточнил Габов. — Они все в США, пытаются бороться с чумой.

— Все равно. Сколько у нас моссадовцев? Сто человек? Двести?

— Около ста сорока. И еще англичан человек пятьдесят.

— Вот видишь! Мы уже давно не ФСБ, мы — комитет защиты порядка планеты Земля. Президент и директор могут думать все, что им заблагорассудится, но против объективной реальности не попрешь.

— Но это же… мятеж какой-то… — пробормотал Кожухов.

— Это не мятеж, — заявил я. — Это восстановление порядка. Свяжись с ребятами, объясни им, что происходит, уверен, тебя поддержат почти все.

— В том, то и дело, что почти, — вздохнул Кожухов. — Снова начнется разброд и шатание.