"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 1109

– Но груз конфиденциальный! Он не подлежит досмотру на основании статьи 126 второго приложения к таможенному кодексу Деметры, – в последние минуты парковки Анатолий обнаружил в памяти бортового компьютера поезда несколько файлов с местным законодательством и скачал их, даже не спрашивая разрешения у экипажа.

– Статья 126, как и все второе приложение, распространяется только на компактные грузы, доставляемые установленным порядком, – уперся таможенник. – Вы же доставили компактный груз не на пассажирской капсуле, а на грузовой, и потому ваш случай регулируется не вторым приложением к кодексу, а либо первым, либо четвертым, в зависимости от того, как вы задекларируете груз. Если вы объявите, что этот рюкзак является приложением к другому грузу, находящемуся в трюме и включенному в главную опись, тогда будет работать первое приложение. А если вы отнесете рюкзак в категорию “личные вещи экипажа”, то четвертое. Но в обоих случаях понятие “конфиденциальный груз” неприменимо.

– Пусть будет личная вещь, – уступил Анатолий. Таможенник воспрял духом.

– В этом случае вы обязаны предъявить груз к досмотру, а если обнаружится, что он облагается налогом – заплатить пошлину

– Я могу связаться с офисом “Истерн Дивайд”

– Можете. Но сначала вы должны пройти таможенный контроль.

– Но я не могу пройти контроль, пока мы не решим проблему с грузом!

– Нет никакой проблемы. Вы предъявляете груз к досмотру, я выношу решение о возможности ввоза и выписываю пошлину.

– Но груз конфиденциальный!

Неизвестно, как долго продолжался бы этот разговор, если бы из бокового коридора не появился радостный Якадзуно.

– Ты еще не закончил? – удивился он – Какие-то проблемы?

– Они требуют конфиденциальный груз к досмотру, – пожаловался Анатолий. – Говорят, что второе приложение к таможенному кодексу не действует.

– Оно и не действует, – подтвердил Якадзуно. – Все, привезенное на грузовом транспорте, регулируется первым приложением, кроме личных вещей экипажа. Сейчас, я гляну… да, точно, любой груз, доставленный грузовой капсулой, должен быть досмотрен. Ты попал.

Анатолий выругался про себя. Вот только этой неприятности ему и не хватало!

– Каким законодательством регулируется процедура досмотра? – не унимался Якадзуно.

– Четвертая часть основного содержания кодекса, – ответил таможенник.

– Сейчас, минутку… так ведь все нормально! Досмотр конфиденциален по определению. Вот, статья 261: информация, полученная в ходе досмотра, может быть разглашена только в следующих случаях… запрещенные к ввозу предметы, субстанции и информация… наличие обоснованных подозрений в наличии запрещенных… отказ от уплаты пошлины либо наличие других непреодолимых препятствий… споры, решаемые в судебном порядке… Да тут все нормально! Анатолий, не переживай, этот досмотр в любом случае конфиденциален. Исключения помещаются на одну страницу, и они все вполне оправданны.

– Хорошо, – сказал Анатолий, – я согласен на досмотр. Якадзуно, ты меня извини, но…

– Я понял, – кивнул Якадзуно, – уже ухожу. Успехов!

Якадзуно хлопнул Анатолия по плечу и заторопился к выходу. Анатолий проводил его глазами и с усилием развязал мертвый узел, который затянул три дня назад. Мускульные усилители выплеснули в тело щедрую порцию тепловой энергии, пальцы покраснели.

– У вас имплантаты класса D, – констатировал таможенник.

– Класса Е. Я майор в отставке.

– Вы должны были упомянуть этот факт в декларации.

– Я не знал.

– Ничего страшного, я допишу. Должен вас предупредить, что ваши перемещения по планете будут фиксироваться в полицейской базе данных.

– Почему?

– Таково местное законодательство. Статья 270 части третьей уголовно-процессуального кодекса: свобода передвижения лиц, обладающих на законных основаниях встроенным или внешним оружием, отнесенным классификацией конфедерации к классу D или более высокому, ограничивается в соответствии со статьей 36 того же кодекса. Вы не можете посещать без специального разрешения помещения органов законодательной или исполнительной власти, начиная с регионального уровня, кроме того, все ваши перемещения будут регистрироваться полицейской компьютерной сетью.

– Мне навесят какой-нибудь маячок?

– Нет, тотальный контроль начинает действовать только с класса F, эта мера вас не коснется. Доставайте ваш груз.

Анатолий поднатужился и извлек из рюкзака золотого цверга. Таможенник присвистнул.

– Данный груз подпадает под действие статьи 45 первого приложения к таможенному кодексу, об импорте высокоценных металлов, – сообщил он.

– С каких это пор золото стало высокоценным металлом? – удивился Анатолий.

– С тех самых, как ящеры стали чеканить из него монету. Личные вещи путешественников массой более килограмма, изготовленные из высокоценных металлов, подлежат налогообложению в сумме, равной ста процентам рыночной стоимости.

– Что за ерунда! – возмутился Анатолий. – Это же запретительная пошлина!

– Совершенно верно, – согласился таможенник. – Слишком много, знаете ли, развелось желающих обменять золото на местные наркотики. Ваш заказчик сделал большую глупость, отправив вас грузовым рейсом.

– Это точно, – вынужден был признать Анатолий. – Сколько составляет пошлина?

– По текущему курсу олимпийской биржи килограмм золота стоит пять тысяч двадцать два местных евро или четыре тысячи шестьсот семь земных. Надо взвесить эту статуэтку…

Анатолий подсчитал в уме примерную сумму и не поверил результату.

– Но это получается больше ста тысяч! Погодите… у вас золото стоит больше четырех тысяч за килограмм?!

– Разве вы не знали этого? – удивился таможенник. – На Деметре золото почти в двадцать раз дороже, чем на Земле. Ваш заказчик совершил непростительную оплошность.

– Я не могу заплатить такую пошлину, – заявил Анатолий. – Я должен связаться с получателем груза.

– Это допустимо. Груз будет находиться на складе в течение тридцати местных дней. Стоимость хранения… впрочем, не важно, по сравнению с общей суммой это сущие пустяки. После тридцати дней невостребованный груз будет продан с аукциона. Заодно и экспертизу проведем.

– Какую еще экспертизу?

– Экспертизу художественной ценности. Груз явно подпадает под статью 137 о предметах, предположительно имеющих высокую художественную ценность. И еще под статью 279 об артефактах иных цивилизаций. Это ведь религиозная статуя цвергов, не так ли?

– Понятия не имею, – покривил душой Анатолий.

– Если да, то она подпадает еще и под статью 297 о предметах религиозных культов. Я рекомендую вам как можно быстрее связаться с получателем. Это университет Вернадского, я полагаю? Хотя нет, здесь указана фирма “Ифрит плюс”. Так или иначе, свяжитесь с получателем и попытайтесь убедить его заплатить пошлину как можно скорее. Вы добирались транспортом отправителя?

– Да.

– Тогда получатель, скорее всего, подаст иск… гм… может быть, что и на вашу фирму. Вы из “Истерн Дивайд” или DLH?

– “Истерн Дивайд”.

– Ваша контора совсем рядом с вокзалом, на такси минуты две. Еще какие-нибудь вещи у вас есть?

Какие-нибудь вещи у Анатолия были, но интереса таможни они не вызвали. Процедура быстро закончилась, и Анатолий направился к выходу в смешанных чувствах, получив в качестве напутствия уверение в том, что экспертиза вещей на таможне конфиденциальна точно в такой же степени, что и досмотр.

2

Вот уже десять минут Джон Рамирес задумчиво смотрел на экран своего домашнего компьютера. Компьютер был подключен к каналу планетарных новостей, в данный момент на экране шла заметка из хроники происшествий Нового Кузбасса.

“29 марта 2208 года Дао Лан Чжу, профессор кафедры металловедения Новокузбасского университета, не вернулся домой с работы. Поиски, предпринятые друзьями и коллегами, не принесли никаких результатов. Профессор не был обнаружен ни у друзей, ни у любовницы, ни в больнице, ни даже в морге.