"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 1120

– Что за ерунда! – воскликнул Дзимбээ, выйдя из помещения, и добавил к этому несколько нецензурных слов. – Сингх, он что, отменил приказ? Не понимаю.

– Что делать? – спросил Рамирес.

– Что-что… выкидывать это хозяйство.

Дзимбээ отвернулся к стене и расстегнул куртку, под которой блеснул пояс шахида, составленный из шести десятитонных зарядов. Рамирес последовал примеру Дзимбээ, сзади зашуршали одежды других членов братства.

– Все пока не выкидывайте, – бросил Дзимбээ, не оборачиваясь. – Я сейчас схожу, поговорю с Сингхом и вернусь.

– А если не вернешься? – спросил Рамирес.

– Тогда действуйте по плану Б. А если кто будет выпендриваться, взорвите этот гадюшник к чертовой матери.

7

Сяо Ван редко впадал в ярость. Он считал себя очень уравновешенным человеком, и нельзя сказать, что у него не было на то оснований. Ежедневно Сяо Ван проводил в медитации не менее часа и за последние годы достиг ощутимых результатов – он действительно стал более уравновешен, чем все его коллеги и те, кого он считал друзьями. Сяо Ван довольно далеко зашел на пути просветления, но до Будды ему было почти так же далеко, как и тогда, когда он только начинал свой путь. Несмотря на все усилия, Сяо Ван так и не научился полностью контролировать свои эмоции, иногда он испытывал самую настоящую ярость.

Вот и сейчас настал один из этих постыдных моментов, постыдных потому, что истинно просветленному не подобает испытывать такое низкое чувство, как гнев. Только что позвонила Аривасаца Беймарая, младший менеджер из его отдела, она сообщила, что Абубакар Сингх, начальник пиар-отдела, хочет забронировать целых шесть мест на грузовом поезде и, более того, отказывается сообщить имена тех, кто должен отправиться на Деметру. Самое наглое и беззастенчивое нарушение всех мыслимых инструкций и распоряжений. Да, в экстренной ситуации сотрудника можно отправить грузовым поездом, как, например, отправили курьера из “Истерн Дивайд”. Но то, что сын Хируки Мусусимару поехал тем же поездом, уже не лезет ни в какие ворота. Существуют правила, утвержденные руководством компании, они могут казаться неадекватными и даже нелепыми, но это не отменяет необходимость их соблюдения. Долг руководителя состоит в том, чтобы добиваться неукоснительного соблюдения всех правил, которые относятся к компетенции данного руководителя. А если руководитель не способен обеспечить порядок в своем ведомстве, он никуда не годится. И когда разные безответственные личности пытаются навязать свою безответственность хорошему руководителю, таким попыткам надо давать самый решительный отпор.

Вот и сейчас Сяо Ван был намерен дать самый решительный отпор наглым поползновениям господина Сингха. Получив официальное письмо, Сяо Ван начертал резолюцию “отказать” и сейчас ждал дальнейших событий. Первые полчаса Сяо Ван нервничал, ему хотелось даже не медитировать, а включить на полную громкость что-нибудь из классиков хип-хопа и прыгать по кабинету подобно молодой обезьяне. Но Сяо Ван отогнал от себя это желание, недостойное хорошего руководителя, который обязан поддерживать на должном уровне репутацию не только лично себя, но и всей компании. Когда Абубакар Сингх вошел в кабинет, Сяо Ван был спокоен и сосредоточен или, по крайней мере, казался таковым.

Сингх начал с того, что вежливо поздоровался и, повинуясь вежливому жесту Сяо Вана, сел на стул для посетителей. А дальше все пошло не так, как надо.

Сингх расстегнул защелки на кожаной сумке от “Гуччи”, вытащил из нее маленькую металлическую коробку с двумя кнопками (черной и красной) и тремя лампочками (красной, желтой и зеленой), поставил коробку на стол и нажал черную кнопку. Загорелась зеленая лампочка.

– Что вы делаете? – удивился Сяо Ван. – Вы думаете, нас здесь подслушивают?

– Береженого боги берегут, – спокойно ответил Сингх. – Я хочу сказать вам кое-что важное и не хочу, чтобы нас подслушали. А для начала я вам кое-что покажу.

Сингх снова открыл сумку, вытащил оттуда еще одну маленькую пластмассовую коробочку и протянул ее Сяо Вану. Сяо Ван открыл коробочку, и его сердце дало сбой, он даже забыл про “Ом мани падме хум”. В коробочке лежало отрезанное человеческое ухо.

– Что это? – спросил Сяо Ван.

– Ухо, – ответил Сингх.

– Человеческое ухо?

– Да.

Сяо Ван искал на лице Сингха не то улыбку глупого шутника, не то признаки сумасшествия, но не видел ничего, кроме спокойного сосредоточенного выражения, точно такого же, как то, что секундой назад было на лице самого Сяо Вана. Сингх спокойно смотрел на Сяо Вана, как будто ему приходилось выдавать коллегам отрезанные человеческие уши по два раза на дню.

– Откуда вы его взяли? – спросил Сяо Ван.

– Отрезал.

– У кого?

– Вы его не знаете.

– Но… зачем?

– Он слишком много знал.

– Что вы имеете в виду?

– То, что сказал. Этот человек слишком много знал.

Сяо Ван ощутил приступ страха. Абубакар Сингх открылся ему с новой стороны, не как квалифицированный и дисциплинированный менеджер и не как замечательный человек с хорошим чувством юмора, а как… даже непонятно, как кто… или что.

– Что вам от меня нужно? – спросил Сяо Ван, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно и уверенно.

– Виза.

– Какая еще виза?

– Что вы разрешаете отправку шести пассажиров на грузовом поезде на Деметру.

– А ухо тут при чем?

– Ни при чем.

– Тогда зачем вы его сюда принесли? – Сяо Ван уже знал ответ, но ему хотелось, чтобы эти слова произнес Сингх. Когда-то давно Сяо Ван читал, что лучший способ защититься от шантажа – не поддаваться на угрозы.

– А вы хорошо держитесь. Давно медитируете?

– С детства.

– Завидую вам. У меня никогда не хватало выдержки, чтобы серьезно заняться этим делом. Так вы поставите визу?

– Зачем?

– Мне это нужно.

– Я не могу позволить использовать грузовые капсулы для неподобающих целей.

– Но курьеру “Истерн Дивайд” вы разрешили уехать грузовым поездом.

– Тогда это было необходимо.

– Сейчас это тоже необходимо.

– Я этого не вижу.

– Посмотрите вниз.

Сяо Ван посмотрел вниз и увидел человеческое ухо, которое все еще держал в руках. Он передернулся и положил ухо на стол. От среза отвалилась крошечная чешуйка запекшийся крови.

– Вы намекаете, – спросил Сяо Ван, – что, если я не соглашусь, вы отрежете у меня ухо?

– Нет, – интонация Сингха ничуть не изменилась, – я не буду отрезать у вас ухо. Вы просто бесследно исчезнете. А потом окажется, что перед этим вы успели поставить визу.

– Я не поставлю эту визу!

– Вы – нет. Я сам поставлю ее.

– Для этого нужно иметь мою личную карту.

– Трупу не нужна личная карта.

– Еще нужно иметь PIN-код.

– Вы его назовете.

– Почему?

– Потому что когда Абубакар Сингх что-то спрашивает, ему отвечают. Иногда не сразу, но отвечают. Всегда.

– Вы что, мафиози?

– Да.

– Не понял.

– Я мафиози. Я крестный отец “Уйгурского палладия”.

– Но… Кажется, теперь я слишком много знаю.

– Да. Только отрезание уха вам не грозит.

– Почему?

– Потому что одним из пассажиров буду я. Я, знаете ли, покидаю Гефест навсегда, и меня больше не волнует, что вы знаете, кто я такой на самом деле. Я полагаю, вы не настолько глупы, чтобы посылать запрос в Интерпол. Вы ведь не думаете, что в мафии нашей компании нет никого, кроме меня?

– Не думаю. Ладно, допустим, вы действительно наш крестный отец. Но тогда зачем вы покидаете планету? Что происходит?

– Много чего происходит. Вы все скоро узнаете.

– Но… Нет, я все равно не могу поставить эту визу!

– Жаль, – сказал Сингх и снова открыл сумку. Он вытащил пузырек с таблетками и стал их жрать, жутко морщась.

– Что это? – спросил Сяо Ван.

– Противоядие, – прошепелявил Сингх, не прекращая пережевывать очередную таблетку. – Сейчас я достану ампулу и плесну вам в лицо одну органическую жидкость. После этого вы поставите визу. Эта жидкость, знаете ли, подавляет волю.