"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 872

— Ну… более-менее. Спасибо.

— Не за что, — улыбнулась Головастик. — А знаешь что? Давай-ка я оставлю апостола Павла вам с Леной. Он ведь пока не знает, что я Тиаммат и Баал в одном лице, а когда узнает, очень расстроится. С его точки зрения я не должна существовать.

— А когда он узнает, что ты — Сатана…

— А вот тогда ничего не произойдет. Во времена Павла Сатану и Бога еще не противопоставляли друг другу. По мнению Павла Сатана — просто архангел для грязных поручений. А вот Баал — это уже серьезно. Особенно если учесть, что раньше он был аватаром Бомжа.

— Как это? — не понял я.

— Элементарно. Вавилонский Бел превратился в финикийского Баала. Но потом Бомжу очень понравился аватар Элохим, от Баала пришлось отречься, а я не могла оставить такую хорошую маску валяться на дороге. Я тогда отвечала почти за всех языческих богов, мне это нравилось. Глупо, конечно…

— Почему глупо?

— Потому что время свободы прошло. Как только Бомж сообразил, что можно объявить себя единственным властелином вселенной, все сразу изменилось. Раньше нас было больше. В одном только Вавилоне нас было двенадцать и у каждого были ученики…

— А куда они подевались? — спросил я.

Головастик вздохнула.

— Глупые мы были, — сказала она. — Глупые и дикие, такие же, как люди в те времена. Люди создают богов по своему образу и подобию. Мы дрались друг с другом, устраивали настоящие войны, однажды даже потоп устроили, не всемирный, правда, но все равно нехилый. В конце концов нас осталось трое: я, Бел и Иштар. Что случилось с Иштар — не знаю, ей надоели наши божественные игры, она ушла к людям и перестала с нами разговаривать. Может, до сих пор где-то живет, а может, и умерла давно.

— Разве боги умирают? — удивился я.

— Конечно. От несчастного случая, например, или от самоубийства. Долго жить очень тяжело, особенно вторую тысячу лет. Память переполняется, дежа вю постоянно одолевает, кажется, будто не живешь, а сон видишь. Многие не выдерживают.

В дверях кухни появился Павел.

— Шолом! — сказал он.

— Шолом, — отозвалась Головастик и разразилась длинной тирадой на иврите.

— Проблема, — сказал я. — Ни я, ни Лена на иврите не говорим.

— Вы можете общаться с ним телепатически, — заметила Головастик.

— Это… Это как-то неправильно.

— Как знаешь, — сказала Головастик.

И снова заговорила на иврите.

2

К вечеру у нас с Леной появилось новое жилище. Это была сравнительно небольшая вилла на берегу моря между Сочи и Туапсе. Головастик предлагала Лазурный берег и Багамы, но я отказался — предпочитаю места, где можно говорить по-русски. Тогда Головастик предложила Кипр, но я снова отказался, ну его…

Церемония покупки заняла чуть больше часа. С деньгами проблем не возникло — Головастик на несколько минут куда-то телепортировалась, а вернулась с золотой «визой» на мое имя.

— Подпись подделала? — спросил я.

— Что-то неправильно? — заволновалась Головастик.

— Нет, все правильно, — успокоил ее я. — Мне всегда казалось, что нужно гораздо больше времени, чтобы завести такую карту. Кучу бумаг заполнить…

— Обычно так и есть, — согласилась Головастик. — Но в том, чтобы быть Сатаной, есть и свои плюсы. С Сатаной никто никогда не спорит. Держи, это абсолютно легальная карта с абсолютно легальными деньгами. Пойдем, продавец уже подъезжает.

— Как ты догадалась? — спросил я. — Какая-то магия?

— Та же самая, что и при телепортации, — сказала Головастик. — Смотри, сейчас визуализирую.

В воздухе появилось полупрозрачное изображение маленького южного городка, наблюдаемого с высоты птичьего полета. Камера, передающая изображение, резко опустилась, масштаб увеличился и я увидел двухрядную дорогу и едущую по ней белую иномарку средних размеров.

— Смотри, — сказала Головастик.

Картинка дрогнула, масштаб уменьшился, а затем снова увеличился, но уже в другом месте.

— Попробуй, — сказала Головастик. — Телепортируйся сюда.

— Прямо на тротуар? — спросил я. — А если люди увидят?

— А тебе не по фигу? — спросила Головастик.

Я пожал плечами и попытался телепортироваться. Короткий путь без самого пути… пространство подобно скатерти… вот она, складка… теперь совмещаем две точки, распрямляем…

Ничего не получилось. Мы по-прежнему были в раю.

— Попробуй еще раз, — сказала Головастик. — Ты должен поверить, что находишься в конечной точке перемещения, а не в начальной. Как только почувствуешь это — распрямляй. Сейчас я подгоню складку…

В воздухе снова появилась та же самая картинка. Я попытался представить себе, что нахожусь внутри нее, что картинка расширяется, охватывает нас и превращается в реальность, а окружающая нас реальность — в картинку.

— Распрямляй, — сказала Головастик.

Я распрямил.

— Вот и все, — сказала Головастик, — а ты боялся. Кстати, вот и продавец.

Иномарка, оказавшаяся новенькой «ниссан-примерой», парковалась метрах в десяти от нас.

— Он все видел, — сказал я.

— Вот и хорошо, — отозвалась Головастик. — Меньше проблем будет.

— Каких проблем? — не понял я.

— Пока не знаю, — сказала Головастик. — С этой дачей явно связан какой-то криминал, какой — не знаю, подробно не изучала. Станет скучно — изучишь, а заодно попрактикуешься в боевой магии.

Из «ниссана» вылез молодой бритоголовый парень, невысокий и щуплый.

— Странно, — сказала Головастик. — Он непохож на татарина. Явно блондином был, пока голову не побрил.

— А почему он должен быть татарином? — удивился я.

— У него имя татарское, — пояснила Головастик.

Парень подошел к нам и спросил меня:

— Это вы Сергей Иванов?

Я кивнул и протянул руку. Парень пожал ее и представился:

— Амаль.

— А я — Тамара, — представилась Головастик. — Пойдемте бумаги подписывать.

— Деньги у вас с собой? — спросил Амаль.

Я вытащил из кармана кредитную карту. Амаль присвистнул.

— Сначала надо в банк съездить, — сказал он извиняющимся тоном.

— Не надо никуда ехать, — заявила Головастик.

— При всем уважении… — начал Амаль, но Головастик его перебила:

— Банк через дорогу. Ехать не надо.

Амаль покрутил головой, увидел соответствующую вывеску и растерянно пробормотал:

— Его здесь никогда не было…

Головастик пожала плечами.

— Пойдемте, — сказала она. — У нас мало времени.

Через полчаса Амаль убедился, что карта подлинная, а еще через полчаса сумма, лежащая на карте, похудела на сто тысяч евро, а в моих руках появилась генеральная доверенность на продажу дачи. Мы обменялись рукопожатием, а в следующую секунду дача, которую я раньше видел только на фотографиях, материализовалась совсем рядом, а Амаль исчез. Телепортация заняла неуловимую долю секунду, у Головастика эта магия получается намного лучше, чем у меня.

— Может, не стоило так резко? — спросил я. — Он же наверняка испугался. Слухи пойдут дурацкие…

— Пусть идут, — отмахнулась Головастик. — Он работает на бандитов, а в сделке есть какое-то кидалово. Возможно, с нечистой силой они связываться побоятся. А теперь рекс-пекс-пекс…

Рядом с нами материализовалась Лена.

— Ну все, — сказала Головастик, — успехов вам. Если что, обращайтесь. А я к Павлу пойду, нехорошо его одного оставлять.

С этими словами она растворилась в воздухе.

3

Следующие дни я активно осваивал телепортацию. Я попытался научить этой магии Лену, но ничего из этого не вышло. Сдается мне, магия искривления пространства доступна только настоящим богам. Ну и ладно.

Утомившись возиться с Леной, я телепортировался к тому месту, где мы с Амалем заключали сделку, и обнаружил, что никакого банка напротив нотариальной конторы нет. Я мысленно обратился к Головастику.

«Что такое?» отозвалась она.

«Тот банк, в котором проверяли мою карту…» замялся я. «Это была иллюзия?»