Звёздотрясение (ЛП) - Форвард Роберт Л. - Страница 35

Спустя всего несколько сетоборотов, ее летун уже несся в сторону Белой Скалы, родному городу одноименного клана. Она точно знала, где находится питомник, ведь и сама оставила в нем яйцо всего два колосса тому назад.

При виде кланового питомника ее мозг едва не сплелся в узелки. В манеже лежали крохотные тела невинных, беззащитных мальков, которые от удара от стену лопнули и попадали на кору, как перезрелые одноягоды. Те, чье падение смягчили умиравшие старцы, были покрыты смертельными волдырями, в которых внутренние соки запеклись почти до состояния твердой корки. Надеясь на чудо, она направилась к яйцеферме и с трудом откатила тело мертвого старца, упавшего на вверенные ему яйца. С момента звездотрясения прошло всего два оборота, так что яйца должны были выжить и без специального ухода. Внимательно их осмотрев, Уме-Уми неуклюже отрастила мальковую мантию и спрятала яйца под ней. Они казались безжизненными, хотя на них не было ни повреждений, ни волдырей. Еще раз дернув тотемом в наследной сумке, она продолжила поиски выживших в Белой Скале.

Часть VI. В изоляции

Вторник, 21 июня 2050 г., 06:58:07.3 GMT

Голодные судороги в теле Пятнистой Верхушки перескакивали с одной ротовой сумки на другую. Они разыгрались так сильно, что та уже начала подумывать о старых временах на свалке, когда из заведений в центре города прибывали салазки с мусором. Оборотный пир давно прошел, и ей нужно было что-то съесть. Проблема заключалась в том, что кора вокруг нее была слишком тихой. Стоит ей оттолкнуть камень, загораживавший вход в туннель, и ее непременно услышал лязгуны. Тогда она пододвинулась к выходу и просунула один глаз в трещину между камнем и стеной.

– Да Светила ради! – прошептала она, втягивая глаз обратно – снаружи и правда оказалась лязгунья. Вот только с ней что-то было не так. Снова выставив глаз из туннеля, чтобы оценить ее реакцию, Пятнистая Верхушка слегка сдвинула камень. По коре разнесся скрежещущий звук, но лязгунья не двинулась с места. Осмелев, Верхушка оттолкнула булыжник в сторону и выплыла наружу, где воздух все еще искрился от коротрясения.

Наполовину заслонив глаза веками, Пятнистая Верхушка направилась к лязгунье. Ее огромное тело расплылось в широкий овал. Несколько потускневших желто-красных глаз нависали над мясистыми веками, а из удерживающих сфинктеров повыпадали крупные лязгунские значки.

– Слишком нежная, чтобы пережить слабенькое коротрясение, ты, глазососная топталка крадунов? – Пятнистая Верхушка подобрала лязгунский значок и прикрепила его к своей блеклой шкуре. Значок оказался тяжелым, но носить его было приятно.

– На мне он смотрится куда лучше, чем на тебе, глазососная отцелюбка, – произнесла она, взбираясь на труп лязгуньи и забирая себе оставшиеся знаки отличия. В одном из карманов она обнаружила электронную плетку. Впервые Пятнистая Верхушка познакомилась с этой шуткой, когда ее поймали, а ей самой хватило глупости, чтобы попытаться удрать. С тех пор всякий раз, как ее ловили за очередным непотребством, она не сопротивлялась и просто позволяла лязгунам себя вести. Она сползла с мертвой туши и включила плетку. По коре пробежал ток высокого напряжения. Пятнистая Верхушка взмахнула плеткой под подошвой лязгуньи. Первый взмах вызвал рефлекторную реакцию по краям подошвы, но даже она прекратилась, когда плетка накрыла мертвое тело своей аурой.

– Пусть теперь лязгуны попробуют меня поймать! – бравировала она, размахивая во все стороны новообретенным оружием. – Я поджарю им подошвы и съем их на «закуску перед среднепиром»! – Спрятав плетку в нательный карман, Пятнистая Верхушка направилась к центру города, едва не волоча громадные значки. Тишина вызывала беспокойство. С тех самых пор, как она вылупилась из яйца на свалке по другую сторону города, ее подошва чувствовала доносящийся сквозь кору неумолкающий гул машин и шорох других подошв. Теперь все эти стихло, и даже Трамплинное Кольцо прекратило свое писклявое завывание. Наконец, она решила взглянуть туда, где должно была располагаться парящая в небе конструкция. Но теперь от него не осталось и следа.

– Похоже, это было не просто коротрясение, а настоящий ползун! – прошептала она, медленно продвигаясь вперед и бдительно прослушивая окрестности наученной улицами подошвой.

Когда подошло время оборотного пира, ее уже не мучал голод. Пятнистая Верхушка набила свои сумки странной на вкус едой из магазинов, которые некогда охраняли растекшиеся лавочники. Теперь ее раздувшаяся шкура поблескивала знаками отличия всех возможных сортов, включая двухзвездные адмиральские значки, которые она стащила у того космодесантника. Ее пятна были покрыты неумело нанесенными мазками флуоресцентной краски, а на каждом из стебельков красовались самосветные глазные кольца, украденные из ювелирного магазина. Вдруг ее подошва засекла в отдалении какой-то звук.

– Лязгун! – Она быстро перебралась на узкую аллею между двумя магазинами. Там она сняла тяжелые знаки отличия, спрятала глазные кольца в нательную сумку и стала внимательно вслушиваться своей подошвой. Похоже, что поблизости находилось только одно подвижное существо – и судя по звуку, им был крадун. Чувствуя себя немного одинокой, Пятнистая Верхушка направилась к источнику шума. Стоило ей прийти в движение, как звук поменял направление и рванул прямиком в ее сторону. Вскоре на дороге появился крадун, который мчался настолько быстро, насколько позволяла его подошва.

– Привет, Розовая Пушинка. – Пятнистая Верхушка поприветствовала подбежавшего крадуна, пушистая верховина которого от напряжения разогрелась до красновато-белого цвета. Пятнистая Верхушка любила животных, и отрастив усик, попыталась похлопать зверька по его волосатой шкурке. Крадун бросил на кору небольшой свиток и, уклонившись от ее усика, отбежал в сторону, после чего посмотрел сначала на Пятнистую Верхушку, а затем на свиток. Та обползла свиток и попыталась еще раз погладить крадуна, но зверек оббежал ее по кругу, подобрал свиток и опять положил его рядом с ее подошвой.

Оставив попытки дотронуться до крадуна, Пятнистая Верхушка надавила усиком на свиток, как ей уже доводилось видеть на дисплеях в магазинах головизоров. От ее касания свиток открылся и растянулся на коре. Внутри было что-то написано. Некоторые слова, вроде «В» или «ИЗ» ей были знакомы, но остальное она прочитать не смогла. Пока Пятнистая Верхушка пыталась расшифровать послание, зверек неугомонно носился туда-сюда. Вдруг ей на глаза попалось еще одно знакомое слово. «ПОМОГИТЕ». Пятнистая Верхушка задумалась. Если она придет на помощь, автор послания наверняка поинтересуется, где она раздобыла эту дорогущую нательную краску, и вызовет лязгунов.

– Прости, Розовая Пушинка, – сказала она, отпуская свиток, отчего тот снова свернулся в цилиндр. – Найди кого-нибудь другого. Мне нужно позаботиться о себе самой.

Она уже было поползла вдоль дороги, направляясь к продуктовому магазину. Крадун подобрал свиток, выбежал вперед и снова положил его перед Пятнистой Верхушкой, напряженно следя за каждым ее движением всей дюжиной глаз. Она попыталась обойти его сбоку, но крадун спешно перегородил ей путь. Она остановилась и, рассмеявшись грохочущим голосом, снова вытянула манипулятор, чтобы похлопать зверька. Но тот увернулся и быстрыми перебежками направился по дороге в том же направлении, откуда и пришел; отбежав, крадун оглядывался, чтобы удостовериться, идет ли она следом, затем снова мчался к Пятнистой Верхушке, чтобы повторить весь маневр. Каждое его движение сопровождалось встревоженным щебетом в окружающей коре.

– Ладно, Розовая Пушинка, я иду. – Она последовала за крадуном по дороге, продолжая бдительно вслушиваться подошвой на случай, если поблизости окажется лязгун.

Крадун вел Пятнистую Верхушку к городскому центру. Когда они оказались у входа в огромное сооружение, зверек шмыгнул внутрь ворот. Пятнистая Верхушка замешкалась, ведь именно там работали всякие умники с большими значками. Она не раз подумывала прокрасться туда вместе со своей бандой и выяснить, есть ли внутри что-нибудь ценное, но так и не смогла миновать лязгунов. Видя ее нерешительность, крадун вернулся за ней, и в его щебете стали все отчетливее слышать нотки тревоги. Пятнистая Верхушка заползла внутрь и услышала вдалеке едва заметный голос, который кого-то звал. Дело было неладно. Казалось, что звук идет прямо из-под коры. Она с силой потерлась подошвой о кору и выждала очередного крика. Голос определенно шел снизу. Предчувствуя опасность, Пятнистая Верхушка последовала за крадуном к источнику звука, пока зверек не остановился чуть впереди нее. Его щебет стал громче, и в ответ на него послышались крики: