Путь к счастью (СИ) - Кисленко Виктори - Страница 7

— Ты прекрасно знаешь, какие я раньше подавала отчеты. Без единой ошибки! И вчера все пересчитывала до позднего вечера! «Имбрувека» вся была на месте! На месте, дядя! Я ее не воровала! — В горле встал ком. Я прекрасно осознавала, что пропажу повесят на меня… Никто и разбираться не станет.

— После Иванникова в твоей хорошей работе я сомневаюсь! — Бьет колючей фразой.

— Что? Да как ты смеешь?! Дядя, я все считаю ежедневно. Ошибки быть не может! Да и зачем мне эта «Имбрувека»? Что я с ней, по-твоему, должна была сделать?! — я разозлилась от своего бессилия в данной ситуации. Дядя категорически отказывался мне верить. Он не пытался разобраться, а только нападал, обвиняя меня в краже. Но я ведь еще в здравом уме и прекрасно знаю, что ничего не брала!

— Значит, плохо проверяешь! Ты вообще в последнее время крайне странно себя ведешь. Чего только стоит твоя рассеянность! — упрекнул мужчина, бросив шариковую ручку на стол. — К этой фурии в красном сейчас нужно идти на поклон и рассказывать о краже, — помахал папкой перед моим носом. — Что ты ей скажешь?! Что, Ксюша?!

С момента знакомства с новым начальством прошло две недели. Две ужасно трудные недели, надо признать. Кирилл Александрович в тот же день умотал и пока не появлялся в нашей клинике. Всем начала заведовать Виктория Павловна. Жена мужчины, с которым я провела ночь…

Федосеев в тот день сделал вид, что меня совершенно не знает. Сначала в глубине души зародилось зерно обиды, но, узнав поближе его жену, оно тут же испарилось. Этой женщине лучше не переходить дорогу.

— Или, может, ты за полчаса все пересчитаешь и найдешь пропажу?!

— Дядя! — оскорблено вскрикнула. Я до последнего пыталась держать свои эмоции в узде. — У нас есть система контроля прибытия сотрудников на работу и учета рабочего времени. Надо попросить Мишу выгрузить эти данные. Они точно сохранили время моего ухода из клиники. И потом, в хранилище есть камера. Нужно посмотреть записи, и мы найдем вора. Я уверена!

Я догадывалась, кто мог меня так хладнокровно и жестоко подставить… Сомнений нет — любовница дяди. Выдвигать ему свои догадки нет никакого смысла. Не поверит. Слишком слепо он любит эту вражину.

— Миша, — задумчиво проговорил он и потянулся к своему мобильному телефону.

Я сидела вся на иголках, пока Вадим Александрович общался с нашим IT-менеджером.

Долго себя ждать мужчина не заставил и влетел в кабинет заведующего с круглыми от шока глазами.

— Вадим, — нервно произнес мужчина. — Происходит полный хаос… Видеозапись с камер за вчерашний день стерли и систему контроля подчистили за эту неделю.

Дядя сжал губы, посмотрев на меня сочувствующим взглядом.

Ни жива ни мертва. Кажется, именно так я себя почувствовала после слов Миши. Зажмурила глаза что есть мочи…

Нет безвыходных ситуаций. Это все провокация и клевета. Если Виктория Павловна грамотный руководитель, она сможет размотать этот клубок заговора против меня.

Момент, когда дядя встал со своего места и за локоть поднял меня на ноги, я не помню. Здраво мыслить мне мешал мандраж. А еще горький ком, застрявший в горле.

Вадим Александрович встряхнул меня за плечи. В ушах зазвенело от неожиданной головной боли, а в глазах потемнело. Словно сквозь плотную завесу я услышала обрывки его фраз:

— Ксюша, Виктория тебя уволит! Она не станет разбираться в этом, а Кирилла еще нет в клинике! — тон голоса повысил и сощурил глаза. — Я столько сил приложил, чтобы ты работала здесь. И что теперь?

Все слова смешались в одну мрачную пучину, из которой было сложно выбраться:

— Как? — наконец-то вымолвила, понимая, что поддержки от единственного родного человека стоит не ждать. — Как ты так можешь?

— Из-за твоего безалаберного отношения к работе все летит к чертям!

— Моей безалаберности? — проговорила спокойно, стараясь держать свое лицо до последнего. — Я не виновата. Почему ты мне не веришь? — Кажется, мое сердце пропустило пару ударов. От безысходности и своего одиночества хотелось разрыдаться в голос.

— Иди к новому начальству и оправдывайся, — пророкотал он, прожигая полным ярости взглядом. — Может, удача тебе улыбнется, и ты останешься на своем месте!

Оттолкнула от себя дядю и выскочила из кабинета, ничего не слыша. Пустота внутри и застывшие чувства сопроводили мой уверенный шаг к кабинету Виктории Павловны.

Я буду до последнего отстаивать свою правоту и бороться за эту работу!

Соленые слезы застилали мой взор. Не разбирала дороги и шла на автомате, пока на своем пути кого-то не сбила с ног…

Осторожно сморгнула влагу с ресниц и подняла голову.

— Кирилл Максимович… — Не узнала свой дрожащий голос.

Я вновь начала тонуть в глубине невероятных синих глаз. Они притягивали мой взгляд. Даже текущие проблемы отошли на второй план. Был только он…

Душу неведомой нитью протянули к этому мужчине, словно мою судьбу сплели с его судьбой. Хотелось увидеть в этом взоре хоть какие-то теплые эмоции по отношению ко мне. Пускай я не помню самого главного, что произошло между нами, но… Мужчина точно меня помнил, хоть и показывал обратное.

Новый начальник отступил и, кивнув, направился к кабинету Виктории Павловны. Ну конечно… Жена.

Я передернула плечами, сбрасывая с себя странные ощущения.

«Что это было?» — задалась вопросом.

На меня будто наложили пуховое одеяло, окутав его призрачным маревом.

Чертовщина!

Я запретила себе даже думать о чужом мужчине. Но сейчас во мне на секунду возродились странные светлые чувства, похожие на влюбленность.

«Разве такое может быть? Нет! Это просто стресс!»

Быстрым шагом я поспешила за начальником.

— Пошла вон, старая ведьма! — завизжала своим тонким голосом Виктория Павловна.

Дверь кабинета отворилась, и перед нами появились две женщины.

Жена босса выглядела, как всегда, красиво и элегантно. Черные как смоль волосы были собраны в замысловатую высокую прическу. Фигура с идеальными изгибами облачена в очередной красный костюм. Я с такой женщиной и рядом не стояла. Странно, что Кирилл Максимович вообще обратил на меня внимание.

— Ты пожалеешь! Не творить тебе темные дела, дрянь!

Я повернула голову на очень знакомый голос и застыла столбом.

Перед нами была та самая женщина с ярко-рыжими волосами, которую мне посчастливилось встретить на празднике Гали. Ощутив панику, я вцепилась в локоть Кирилла Александровича.

— Проваливай отсюда, стерва старая!

Нас, кажется, они вообще не замечали до того самого момента, пока начальник не заговорил:

— Что здесь происходит?! Вика, как ты разговариваешь с моей мамой?!

Обе женщины гневно взглянули на нас. Я тут же отдернула свою руку от босса и загипнотизированно посмотрела на старушку. Хотя старой она определенно не выглядела. На вид ей было не больше пятидесяти пяти.

Я открыла рот, чтобы поздороваться, но не смогла произнести и слова. В глазах резко потемнело…

Темнота. Она была всюду. Окружила, стиснула своими ледяными объятиями.

Я замерзла.

Этот холод, казалось, затронул каждую клеточку моего тела…

Миг — и щупальца исчезли. Леденящий душу холод пропал, и непроглядная мгла развеялась светом.

Резко открыла глаза, едва глотнув крупицу воздуха, и начала часто кашлять.

— Эй! Ты чего это там удумала?

Уши заложило непонятным звуком. За своим кашлем я не сразу расслышала встревоженный голос Гали. По спине прополз холод, напомнив мне о жутком сне.

— Сон, — глухо выдавила из себя. — Это всего лишь страшный сон, — затараторила, еще раз откашлявшись.

— Ксюша, ты меня пугаешь.

Я огляделась вокруг: кушетка, рабочий стол, ширма...

— Как я оказалась в твоем кабинете? — задала вопрос Павловой.

Женщина подсела рядом со мной на кушетку и приложила ладонь к моему лбу.

— Ты ужасно бледная и холодная, — прокомментировала коллега, внимательно меня осматривая. — Я не понимаю… Ты словно в холодильнике полежала. Как себя чувствуешь?