Джио + Джой и три французские курицы (ЛП) - Холл Элли - Страница 26

Но есть одна вещь, о которой она не знает. Могу ли я рассказать ей?

Мы оба замираем, пойманные в сети этого момента. Вырвемся ли мы на свободу или останемся здесь, вместе?

Я вижу крупинки золота в ее зеленых глазах. Это сокровище стоит больше, чем все деньги, дорогие дома и экстравагантные путешествия, которые я совершил. Теперь я вижу правду.

У меня перехватывает дыхание.

Ее губы слегка дрожат.

Да, я хочу, чтобы Джой знала о моих чувствах, и скажу ей об этом поцелуем.

Сокращая расстояние между нами, я обхватываю ладонями ее лицо и наклоняюсь..

Ее глаза закрываются.

Я вдыхаю ее аромат мятных леденцов.

Джой улыбается, и это последнее, что я вижу перед тем, как прижимаюсь к ее губам.

Наконец-то все становится на свои места в том, что какое-то время казалось перевернутым миром и вывернутой наизнанку жизнью.

— Что ты говорила о том, что тот поцелуй был случайностью?

— Это было как-то связано с тем, что ты сказал «упс» сразу после него. Сейчас я уже с трудом вспоминаю. — Ее веки полуприкрыты.

Поглаживая челюсть Джой, я говорю:

— Если беспокоишься о Фрэнки, то мы с тобой друзья.

— Верно. Для начала неплохо.

— Именно. Все великие отношения начинаются с дружбы. И мы не будем целоваться. Что бы ни случилось, это чистая случайность.

Я вдыхаю, снова прижимаясь губами к губам Джой.

ГЛАВА 9

ДЖОЙ

Теплые губы Джио прижимаются к моим. Бабочки в моем животе трепещут. Вся моя система выходит на орбиту, не зная, что делать с Джованни Коста, целующим меня.

Непонятно, стоят ли мои ноги на Земле. Наверное, гравитация дала сбой. Пульс бьется в ушах, и я понимаю, что все еще нахожусь на планете Земля. Но я словно парю в облаке эйфории и нереальности, вызванных поцелуями.

Но его руки на моей коже ощущаются очень, очень реально. Его мозоли нежно царапают мою кожу. Его мятное дыхание обдувает мою щеку.

Похожие на снежинки звезды танцуют у меня перед глазами. Но мне не холодно. Совсем наоборот. Никогда еще поцелуй не зажигал меня так, как сейчас. Согревал меня изнутри. Не задумываясь, я протягиваю руки к волосам Джио. Провожу по ним пальцами, запутываясь в его локонах. Его пальцы в моих волосах, разглаживают мои кудри.

Прижавшись к его твердой груди, я не могу представить, как могу быть ближе, но это именно то, чего я хочу.

Больше Джио. Больше поцелуев. Больше его прикосновений.

Его щетина царапает мои щеки, когда поцелуй становится глубже.

На мгновение он отстраняется и смотрит в мои глаза нежно, пристально, словно видит в них чудо рождественского утра, волнение нового года и удовлетворение всего того времени, что прошло между ними.

Я медленно моргаю, пытаясь осознать происходящее. Как будто жизнь привела меня обратно к моей единственной и неповторимой влюбленности. Наши взгляды встречаются на долгое мгновение. Я заставляла себя не смотреть в его сторону, но теперь, глядя в его голубые глаза в обрамлении темных ресниц, словно вижу будущее. Нас.

В этом поцелуе нет ничего случайного. Вообще ничего.

Мое дыхание замирает где-то между легкими и горлом, когда я теряюсь в его губах.

Когда отстраняемся друг от друга, он улыбается той загадочно-кокетливой улыбкой, которую я много раз видела обращенной в мою сторону.

— У меня есть секрет, Джой, — признается Джио между поцелуями, которыми я наслаждаюсь, как подарками под рождественской елкой.

— М-м-м? — Это все, что мне удается вымолвить, когда он прижимается к моим губам.

— Ты мне нравишься. Очень. Я никогда раньше не испытывал таких чувств.

— У меня тоже есть секрет. Я тайно влюблена в тебя с тех пор, как у меня появились брекеты.

— Я так и думал, — говорит он со своей загадочной улыбкой.

— Ты знал?

— Нет, но я не возражаю. Ни капельки.

Не говоря больше ни слова и не давая мне ответить, наши губы снова соприкасаются.

Я погружаюсь в поцелуй, и снежинки внутри меня полностью тают.

Целоваться с Джованни Костой опасно по нескольким причинам:

Я лучшая подруга его сестры, так что технически он под запретом.

Джио всемирно известный сердцеед — наверное, он мог бы написать книгу о том, как разбивать сердца.

Если мое сердце впутается в историю с его, оно, скорее всего, будет разбито, а я не хочу, чтобы меня упомянули в сносках.

Наверное, это плохой знак, что я просыпаюсь с мыслями о Джио, вспоминая наш поцелуй, а потом бегу на кухню, как будто я легче снега.

Я думаю о нем, когда ухаживаю за котятами. Когда выбираю наряд, более подходящий, чем футболки и фланелевые рубашки, в которых обычно ходила на работу, и когда жду его у окна, как влюбленный котенок.

На мою электронную почту приходит сообщение. Скорее всего, это рождественская распродажа или скидка, но я все равно открываю его. Мне нужно решить, какие подарки подарить маме, Фрэнки, детям и, возможно, Джио. Никогда не делала покупки в последнюю минуту, но с тех пор, как переехала, я была занята, как один из эльфов Санты в это время года. Но, опять же, на Мейн-стрит есть несколько очаровательных магазинчиков, так что я могу сделать покупки на месте.

Письмо пришло от «Атлас Архитектур Инкорпорейтед», в которую я совсем забыла, что подала заявку перед отъездом из Нью-Йорка. Вместо отказа — просьба о личном собеседовании, что означает, что я вхожу в число претендентов на эту должность. Только вот находится фирма в Огайо.

Мое сердце замирает.

Но затем также быстро набирает обороты, когда у подъезда останавливается красный «Порше» и из него выходит Джио. Телефон забыт, а бабочки в животе трепещут. Он проводит рукой по волосам и с развязностью сердцееда идет к моему крыльцу.

— Джой, к тебе джентльмен! — кричит мама.

Я вздрагиваю.

— Мама, тише. К тому же сейчас не 1940 год.

Она появляется, одетая в шелковое платье длиной до колен с пуговицами спереди.

— Что, сейчас 1940 год? — Возможно, я действительно совершила путешествие во времени.

— Нет, я примеряю наряды для нашей рождественской вечеринки в стиле ретро. Тема — фильм «Эта замечательная жизнь». Он вышел на экраны в 1946 году, так что ты попала в нужное десятилетие.

— Кто устраивает эту вечеринку? Где? Когда?

— Устраивают в «Хоук-Ридж-Холлоу Хелперс». Можешь присоединиться к нам но я думаю, что молодой человек у двери предпочел бы твое внимание.

— О, точно.

Я спешу открыть дверь, чувствуя себя немного растерянной, когда приветствую Джио.

— Отличное утро. — Я прижимаю руку к лицу. — Я имею в виду доброе утро.

Его пристальный взгляд скользит по мне, как будто это я одета в красивое винтажное платье. Джио улыбается.

— Действительно прекрасное утро.

— О, перестань. — Я шлепаю его и хихикаю.

— Готова строить дом?

— Если учесть, что раньше я проектировала дома и здания, то да, это будет превосходно.

Джио запрокидывает голову назад и смеется.

— Сейчас что, 1940 год?

— Я задавалась тем же вопросом.

Пока мы идем к машине, я рассказываю ему о мероприятии в центре для пожилых людей Хоук-Ридж-Холлоу.

Мы легко болтаем всю дорогу до магазина пиццы и пирогов, но я заставляю себя не смотреть на губы Джованни… или в его глаза, на его лицо, на любую его часть. Несколько раз мне приходится отводить взгляд. Сегодняшний день может стать испытанием моей воли, потому что больше всего на свете я хочу снова поцеловать его. Как будто он выпустил эльфа с Северного полюса. Олени свободно бегают по тундре. Коты вылезли из мешка Санты.

Как и вчера, в магазине многолюдно, но Томми, Мерили и Нико вместе с мистером и миссис Коста справляются, оставляя нас с Джио на кухне, где мы собираем пряничный домик. К моему удивлению, безглютеновые стены и крыша оказались на удивление прочными. Почти как кирпичи, что идеально сочетается с королевской глазурью, которая действует как строительный раствор.