По следам невыученных уроков (СИ) - Евстигнеева Алиса - Страница 28

-Всё в порядке?

Он задумчиво кивнул головой, ничего толком не объяснив. Догадка пришла как-то сама по себе, когда я заметила, как он с каким-то неподдельным удивлением посматривал на огромный вольер с тиграми.

-Паш, ты был здесь уже до этого?

-Нет.

-А как же “так-то я тоже видел все местные достопримечательности”?

-У нас, видимо, разное понятие о достопримечательностях. Я вот, к примеру, могу тебе экскурсию по местным барам провести, даже пару рюмочных знаю, - небрежно пояснил Савицкий, после чего ещё и руки скрестил, должно быть, ожидая, что я сейчас устрою разборки на тему, что кому-то пить меньше надо.

Но ошарашила я его совсем другим.

-А ты вообще когда-нибудь в зоопарках был?

В этот момент он глянул на меня с упрёком и закусил губу, явно не желая развивать тему. Зато вот я резко остановилась и повернулась к Пашке лицом, хватая его за руку, ибо он так и норовил уйти вперёд.

-Паш?

-Что, Ксения Игоревна?! - Савицкий мрачнел на глазах, чем только усиливал то щемящее чувство, что разрасталось у меня в груди. Я не могла не жалеть его в этот момент, хоть и понимала, что от моей жалости ему будет только хуже, поэтому пришлось отвести глаза в сторону, чтобы он не увидел, как во мне всё внутри разрывается от желания согреть того потрёпанного жизнью мальчишку.

Так мы и встали, посреди дороги, не зная, что можно сказать друг другу в этой ситуации.

Паша пристально смотрел на меня, плотно сжав челюсти, внутри него шла какая-то борьба. Мне же оставалось просто стоять рядом, не зная, что сказать, дабы ещё сильнее не разбередить его душу.

А потом он отмер и даже улыбнулся, и пусть сам он был всё ещё хмур, я восприняла это как хороший знак.

-Не находишь, что в тридцать два как-то поздно начинать?

-Самое то! - излишне бодро отозвалась и, схватив его за локоть, потащила к огромному вольеру с белыми медведями. - Я тебе сейчас такое покажу!

Мишки не подвели, их было двое и они отрывались по полной, выписывая самые настоящие акробатические номера в воде небольшого бассейна, лишь иногда вылезая на поверхность. Смотря на их кувырки и громкий рёв, так или иначе хотелось улыбаться.

Мы стояли слегка в отдалении от основной толпы, я всё ещё держалась за мужской локоть, чувствуя, как он постепенно расслабляется. На улице было тепло, поэтому Савицкий надел сегодня футболку с коротким рукавом, и это было странно - по собственной инициативе касаться его кожи. Что казалось более интимным, чем целая ночь, проведённая в обнимку.

Когда мы дошли до огромного пруда с птицами, Пашка вдруг куда-то убежал, а вернулся уже с двумя розовыми сладкими ватами. Для его брутальной капитанской персоны это смотрелось очень даже экстравагантно, сдержать улыбку было просто невозможно.

Я стояла, оперевшись локтями на деревянные перила, что шли по периметру пруда, Савицкий же пристроился сзади, одной рукой обнимая меня, а другой вертел вату, словно не зная, что с ней делать.

-Отрывай и в рот, - с видом знатока посоветовала я, показывая на своём примере, как надо. Благо, в отличие от него у меня были свободны обе руки.

-Я же липкий потом весь буду, - на удивление капризно заметил товарищ капитан.

-Пфффф, а ещё кто-то меня в занудстве обвинял! - фыркнула я, после чего оторвала огромный розовый кусок от одной из порций и запихала ему в рот.

Пашка довольно зажмурился, после чего потребовал ещё.

-Нахал!

-А ты вообще училка!

-А ты мент!

-Оба не без греха, - гоготнул Савицкий, ещё сильнее прижавшись ко мне. После чего самым серьёзным тоном попросил. - Прости за резкость. Меня иногда… кроет.

Легко повела плечом, словно отгоняя ненужную сцену, разыгравшуюся между нами до этого.

-Всё в порядке. Нас всех от чего-нибудь кроет.

Паша с благодарностью кивнул головой и совершенно неожиданно наклонился и поцеловал меня… в макушку.

После зоопарка я потащила его на Детскую железную дорогу. Забавные зелёные вагончики неспешно ползли по городу, а мы, сидевшие в окружении толпы детей, которые целым классом отправились на экскурсию, всячески старались не расхохотаться.

-Скажи, что тебя просто тянет в места скопления детей, - низко наклонившись к моему уху, издевался надо мной Савицкий. - Это профессиональное?

-Сказал знаток баров и рюмочных. Или это тоже профессиональное ?

-Между прочим, учителя третьи по спиваемости после медиков и силовиков.

-Вот именно, что после!

Железная дорога соединяла зоопарк и один из крупнейших парков города. Не знаю почему, но этим летом меня безудержно тянуло на природу, словно устав от городской суеты, хотелось тишины и гармонии, если не с самой собой, то хотя бы с миром. Савицкий и здесь решил исполнять роль добытчика, притащив два карамельных яблока на палочке.

-Сколько можно есть сладкое?! - возмутилась, получив свой “чупа-чупс”, и прикидывая, как скоро такими темпами я перестану влезать в джинсы.

-Мы на отдыхе, - мимолётом напомнили мне, вгрызаясь в своё яблоко, посыпанное разноцветным конфетти, - так что расслабься и получай удовольствие.

Удовольствие оказалось сомнительным. Конфетти сыпалось, карамель была приторной, а яблоко настолько жёстким, что было непонятно, как это вообще есть. В итоге по результату наших мытарств мы оба походили на трёх поросят. И если Савицкий, вымазанный в сладкой карамели, смотрелся мило, то оставшиеся два с половиной поросёнка выпали на мою долю. У меня даже волосы склеились.

Лучше б и дальше вату ели. Таким образом, я превратилась в капризного ребёнка, которому всё было не так и не этак…

-...вообще, поехали срочно в гостиницу, мне нужно утопиться.

-Утопиться, говоришь? - хищно сверкнув глазами, переспросил Паша. Мне бы насторожиться, но здесь, в парковой тиши и в окружении многометровых сосен, я, видимо, вконец потеряла бдительность.

-Вода! Мне нужно много воды! - дулась я, с чувством оттирая влажными салфетками липкое лицо.

Паша вызвал такси и мы поехали. В машине я немного расслабилась, и даже позволила себе прилечь на мужское плечо, гадая, почему каждый раз всё заканчивается моей истерикой. Я ж вроде как адекватная… была когда-то.

Ехали мы излишне долго, и, заподозрив неладное, я закрутила головой по сторонам, как раз вовремя, чтобы уловить тот момент, как мы выехали из города.

-Ну и куда мы едем? - не забыла я возмутиться, чем знатно повеселила Савицкого.

-Ксения Игоревна, - едва сдерживая очередной приступ смеха, заметил Паша, - у тебя подозрительная способность превращаться в Бабу Ягу. Причём, я уже перестаю улавливать причинно-следственные связи.

И пусть он был прав, признаваться в этом было совсем не просто.

-Ксюш, ну что такое?

Сделав глубокий вдох и с трудом удержавшись от того, чтобы зажмурить глаза, я покаялась:

-Я всегда ворчу, когда… волнуюсь и нервничаю.

Капитан удивлённо изогнул бровь и переспросил:

-Это я тебя, что ли, нервничать заставляю?

-Нет, ты меня только нервируешь, - цокнув языком, извернулась я.

Паша глубоко вздохнул, видимо, намекая на то, что я тоже, так-то, испытываю его терпение.

-Ты эти дни сама не своя.

Думала огрызнуться, заметив, он меня видел всего лишь несколько раз и вряд ли может делать выводы о том, что свойственно мне, а что нет. Но каким-то чудом удержалась, ну не объяснять же ему истинные причины моей истерии.

-А я, когда нервничаю, сладкое ем, - вдруг признался мужчина, - или курю…

-...или пью, - вставила свои пять копеек.

-Или пью, - вынужденно согласился Савицкий. - Но заметь, в последние дни - не так часто.

-О да, два дня воздержания - это прям поступок!

Пашкины глаза задорно полыхнули, только после этого до меня дошло, какую глупость я сморозила. Думала оправдаться, но Савицкий с самым наглым видом наклонился к моему лицу и шепнул:

-Воздержание - оно на то и воздержание, чтобы однажды прекратиться.

Я уже привычно залилась краской. Ситуацию спас водитель, сообщивший, что мы приехали.